Чтение онлайн

В конце концов, отсутствующий переход между головой и туловищем выражает и недостающее разграничение. Человек больше не способен различать, он все смешивает воедино, не признавая больше деления дня на часы еды и работы и постоянно что-то ест. Похожим образом дело обстоит с двигательными стереотипами. Вместо того чтобы разграничивать время интенсивного движения и часы отдыха, люди перестают двигаться. С одной стороны, они постоянно ездят на машине, с другой стороны, они никогда по-настоящему не отдыхают. Это фатальное смешение из недостатка движения и недостатка отдыха сегодня вообще является причиной многих проблем, связанных с излишним весом. Тот, кто перестает двигаться и, несмотря на это, не находит покоя, тот, кто постоянно ест, не насыщаясь, и еще и постоянно ездит, не совершая внутренних движений и с содержательной точки зрения не приводя ничего в движение, естественным образом беден, поскольку все это противоречит его природе. Человеку угрожает опасность при постоянном движении в значении отсутствия покоя все равно топтаться на месте и страдать от внутреннего (духовного) застоя. Позитивный вариант мог бы заключаться в том, придать своей жизни некую округлость, при которой многое, если не все, будет гармонировать друг с другом, вместо того чтобы мешать.

Учебная задача на духовном уровне при двойном подбородке в итоге заключается в том, чтобы стать мягче и гибче в процессе посредничества между головой и телом, между центром и исполнительными органами, между миром идей и поступками, между внешним и внутренним. Кроме того, требование могло бы читаться в том, чтобы лучше контролировать свой собственный мир и лучше защищать его. Но в первую очередь необходимо мягко и гармонично связать мир теории (голову) и с миром пережитого (телом). В конце концов, речь идет о том, чтобы впитать в себя достаточно хорошего, того, что действительно может насытить — как тело, так и душу и даже дух. В конечном итоге станет важной и тема необходимости открывать рот, чтобы изрекать слова и ответы (на слова), вместо того, чтобы поглощать все внутрь себя и увеличивать собственную шею.

Массивную и короткую шею мы называем бычьей. Бык олицетворяет собой силу и боевую мощь, и то и другое отражается здесь. Такие люди, кажется, способны справляться с тяжелым бременем и выправлять любое дело. В этом состоит их задача, не только в прямом, но и в переносном смысле.

С другой стороны, люди с бычьей шеей обычно считаются упрямыми и непреклонными. Они часто знамениты своим упорством и настойчивостью, они как будто пробивают головой стену. Такая широкая шея, конечно, может обладать большой силой. Такое применение силы имеет смысл тогда, когда человеку ясен его путь, в противном случае оно непродуктивно. Там, где сила велика, а позиция неизменна и не видно путей ни влево, ни вправо, упрямство приведет к тому, что человек становится в определенном смысле близоруким, недальновидным. В подобных случаях опасность состоит в том, что человек упрямо и непреклонно движется в неправильном направлении. Упорные люди в этом отношении находятся под очень большой угрозой.

Большая физическая сила, кроме того, быстро приближается к насилию, что снова противоречит духовно взыскательной позиции. С другой стороны, упрямец — это человек дела, он способен нести тяжкое бремя. Хотя извне никогда не ясно, идет ли речь при этом физическом феномене о компенсации отсутствующих или отражении имеющихся душевных качеств, но в большинстве случаев задача состоит в том, чтобы развивать крепкие шейные мышцы только в смысле душевных и нравственных сил. На физическом уровне бычья шея сегодня имеет меньшее, чем когда-либо, значение, так как мы перестали выполнять тяжелую физическую работу.

Актуален также аспект защиты. Короткая шея говорит о том, что человек хочет втянуть голову в плечи и пребывать в выжидающей, покорной позиции. Это положение может быть описано словами: «Хорошо защищен и ко всему готов». Упрямцам было бы полезно соответствующим образом попробовать себя и обратить внимание на различные области — общественную, партнерскую и профессиональную. Но ни мускулы, ни тем более жировые складки на этом уязвимом месте не являются стопроцентной защитой от всевозможных ударов по шее и спине. Сегодня было бы, кроме того, гораздо более важно вооружиться в переносном смысле слова и сделать ставку на социальные меры защиты.

Затылок, покрытый жировыми складками, выглядит обычно очень мощно, однако в этом случае внешняя форма находится в противоречии с внутренними темами. Внутреннее состояние впечатляет куда меньше внешнего и оставляет желать лучшего. Расплывчатые, неопределенные контуры указывают на проблемы и пути их решения.

Плечи — нагрузка и постановка

Плечи рассказывают, как человек относится к миру и легко ли ему дается жизнь. Подставляющий плечо другим защищает их, отворачивающий плечи от других холоден и равнодушен. Человека, опустившего плечи, можно похлопать по плечу и тем самым вселить в него мужество. Можно идти по жизни плечом к плечу. Если человек разрешает заглядывать другим через свое плечо, то он позволяет им перенимать опыт.

Статные, широкие плечи готовы взять на себя что-то. Они предоставляют широкую основу для ноши, на них можно опереться и на них можно что-нибудь нагрузить. Задача при этом — внутренне дорасти до такого положения плеч. Речь идет о том, чтобы услужливо и мужественно брать на плечи ношу и нести ответственность за других.

Узкие плечи, напротив, олицетворяют незначительную способность к нагрузкам. Такие люди не обладают широкой спиной, они не способны вынести многое.

Поэтому у окружающих они вызывают желание помочь, снять с их плеч ношу. Узкие плечи не могут обеспечить защиту и безопасность. Обладатели узких плеч часто сами нуждаются в защите.

У мужчин узкие плечи стали символом слабости, бессилия и недостаточной способности реализовать собственные намерения. Они воплощают неуверенность и противоположность мужественности. У женщин они олицетворяют хрупкость и потребность в защите, два свойства, которые некоторые мужчины ценят в «слабом» поле и часто считают достоинством.

Опущенные плечи способствуют созданию разочарованного или подавленного впечатления. Они производят впечатление не способных к нагрузке, чрезмерно напряженных. За этим могут скрываться подавляющее чувство вины или гнетущие проблемы. Тот, кто опустил плечи, в общем, склонен к тому, чтобы и в целом пасть духом. На такие плечи ничего нельзя переложить, так как все с них будет сползать. Они выражают то, что их обладатели (обладательницы) чувствуют себя обессиленными и изнуренными и поэтому от всего хотят избавиться.

Задача состоит в том, чтобы прекратить взваливать на свои плечи ношу и позволять другим себя использовать. Важно добровольно и осознанно углубиться в себя, найти и изучить миры своего второго, теневого «я». Необходимо не сопротивляться жизни, а отдаться ее потоку и легко преодолевать препятствия. Необремененно и легко скользить по жизни — вот задача таких нежных и уязвимых людей. Тот, кто уже имеет настолько большой груз, что опускаются плечи, мог бы подвергнуть ревизии эти ноши и обузы и определить, действительно ли имеет смысл и дальше нести их по жизни или было бы лучше их отложить. При старых долгах и обязательствах, которые давно уже превратились в бремя, при некоторых обстоятельствах было бы удобнее сдаться, просто отозвать свою подпись под определенными «договорами» и таким образом избавиться от них.

Высоко поднятые плечи говорят о страхе. Как черепаха втягивает голову, чтобы спрятать ее в безопасное место, так и люди пытаются убрать голову с линии обстрела и спрятаться в себе самих. Окружающий мир воспринимается ими, как внушающий опасность, и они склонны уходить из опасной зоны.

На фазе обучения новым двигательным стереотипам, например, когда кто то начинает учиться игре в гольф, по наблюдениям ортопеда доктора Ланца, дело доходит до контроля положения с помощью органов чувств (прежде всего, с помощью глаз), что также приводит к напряженному положению высоко поднятых плеч. Если такое положение сохраняется, это говорит о преградах в процессе обучения и о боязни не справиться, что из-за напряжения мышц приводит к головным болям и неловким движениям, которые похожи на движения марионетки.