Тёмная Академия. Могущество запретных книг
Шрифт:
— Рад, что всё в порядке, — улыбнулся он. — Я ненадолго, есть ещё много бумажной работы.
— Зачем тогда приехал?
— Узнать, всё ли хорошо. Не мог же я бросить тебя в такой ситуации.
— Спасибо.
Наверно, еще ни к кому я не чувствовала столько благодарности. Ещё никто не вызывал у меня такие сильные эмоции. Только он. И мне хочется всегда быть рядом с ним.
— Безразличных, — вошла в комнату Риа. Поздоровалась она гневно и зло.
— Что-то случилось? — участливо поинтересовался Теонир.
— Нет. Но я больше никогда не свяжусь с этим глупым, упёртым собственником!
— Это ты о ком? — осторожно уточнила я, не выплывая из объятий Тео.
— О сероглазом недооборотне!
Впрочем, почему он именно недооборотень, а не обычный двуликий, подруга не объяснила, уткнувшись лицом в стену. Мой страж нежно погладил меня по щеке и тихо попрощался. Признаюсь, его уходу я огорчилась, но моя холодная кожа продолжала помнить горячее прикосновение. Весь оставшийся день я провела за книгами, нагоняя материал, Риа тоже читала, но, в отличие от меня, очередной любовный роман. Уже когда начало стремительно темнеть, к нам заглянул немного поникший Дариан, которого я пару часов назад видела в сопровождении Мики.
— Она настроена решительно, — оповестил он нас и сел на стол, отодвинув мои тетради с недавно записанными конспектами. Мы дружно опустили книги и приготовились слушать. Я и Риа уже давно воспринимаем их отношения как тот же любовный роман, а со свадьбой Мики началась и новая глава. Сегодня Дар позвал ее прогуляться, чтоб выведать все подробности, его ведьмочка не отказалась, что немного настораживает. В преддверии свадьбы с радостью гулять со своей бывшей, пылкой любовью, это ли не странно?
— В её глазах искрится счастье, а голос трогательно подрагивает, когда она упоминает имя своего благоверного? — мечтательно произнесла Эриа, хотя пыталась сочувственно.
— Ри, ну хоть сейчас от своей книжки отвлекись, — с укором сказала ей.
— Нет, — выдал стихийник, — она просто рассказывала, какой он хороший, как нравится родителям, как они рады свадьбе и ждут её.
— Она его не любит! — вынесла блондинка вердикт и получила два удивленных взгляда. — Что? Это лишь предположение! В любом случае, попытайся ее отговорить.
— Думаешь, сработает? — скептически отозвалась я.
— Конечно да! Только это надо делать постепенно и страстно. Вот, например: “Он наклонился к ней чрезвычайно близко, провёл языком по мочке уха и страстно прошептал: “Ты будешь моей?”. Керри не ответила, слишком соблазнителен был её искуситель, вызвавший желание лишь одним своим присутствием. Он расценил это как согласие, прижался к разгоряченному телу возлюбленной и…”
— Не надо! — прикрикнула я на забывшуюся соседку. — Все итак поняли, что последовало за этим “И”. Что за ерунду ты читаешь?
— Хочешь сказать, у вас с Тео все не так?
— Нет, ну девчонки, вот такие разговоры без меня, пожалуйста! — встрял возмущенный стихийник, заставив меня весело рассмеяться. Только весело было почему-то мне одной.
— Ты давно смеялась, вообще? — последовал вопрос от стихийника. И вот тут я хохотать перестала.
— А я знаю, это на неё так замечательно тот офицер действует. Ты прямо жить начала!
— Ну не знаю, — хмуро отозвался друг. — Он мне не нравится почему-то.
Уже третьему человеку он не нравится. Они сговорились все что-ли!? Ну сколько можно?
— Мне нравится, и это главное, — отметила глубокомысленно. — Вы тут болтайте, а я прогуляюсь.
Воздух был прохладным и мягким. Было приятно им дышать. Вокруг шелестели листья, шумел ветер. Я приводила мысли в порядок. Уже стемнело, лишь одинокий фонарь горит в парке. Туда я пошла. На лавочку под одиноко горящем фонарем. С друзьями, конечно, хорошо и весело. Но внезапно захотелось одиночества. Просто помолчать и услышать всю красоту музыки, создаваемой природой. Ту музыку, что мы обычно не замечаем, погрязнув в пучине разговоров, споров и обсуждений. Но одна я оставалась недолго.
Он подсел тихо, молча, не нарушая идиллию этого позднего вечера. Не сказал ни слова. А я не повернулась к нему. Зачем? Чтобы снова начать пустой спор?
Так мы просидели долго. Я точно не считала сколько, но видела, как в темноте уходит от женского общежития Дар, как гаснет свет в окне нашей с Рией комнаты. Он молчал и я молчала. До определенного момента.
— Почему ты вдруг согласилась пойти на свидание с этим офицером? Что в нём тебя зацепило?
— Это случайность, — ответила тихо. — Просто я торопилась. И согласилась, только бы отвязался.
— Но он не отвязался и потом, — странно усмехнулся Кристан.
— К чему был вопрос?
Синеглазый смотрел на меня и молчал. Я тоже молчала. Так мы и просидели в тишине, пока не потух этот одинокий фонарь. И я тут же встала и ушла от некроманта. Сидеть с ним в темноте, как влюбленная парочка? Вот ещё…
Глава 10. Подслушивать – полезно для жизни
Вчерашний вечер показался мне нереальным. Та лавочка, тот фонарь… Они словно приснились мне. Там не было ничего особенного, лишь молчание. Но… было какое-то но. Такое, волшебное "но".
Ночь и утро я провела в комнате, впрочем, как обычно, но словно наяву вглядываясь в синие-пресиние некромантские глаза. И искренне не понимала, почему же так зациклилась на этом позднем вечере. Из этого состояния меня вывела Риа, которая с задумчивым выражением лица наклонилась ко мне и подозрительного спросила:
— Ты вообще живая?
Странный вопрос.
— Нет, — ответила очевидное. Подруга улыбнулась, покачала головой и вернулась на своё спальное место, продолжив поглощать романтическое чтиво. Вот только не прошло и пяти минут, как она снова повернулась ко мне:
— А почему ты такая мечтательная? С Тео вчера виделась? Или с Кристаном?
— Последний здесь причём? — тут же возмутилась я, совершенно не мечтательная, а крайне задумчивая.
— Ну… ваши отношения такие страстные. Крики, ненависть, за которыми скрывается любовь. Откуда я знаю, может ты вчера с ним тайно гуляла?
— Завязывай с романами, — по-дружески посоветовала ей. — Я люблю только Тео и мне никто другой не нужен.