Чтение онлайн

— Что происходит!?

— Она говорит, что я ее совратил! — воскликнул Дар шепотом, и наше внимание вновь привлекла бунтующаяся ведьмочка:

— Что значит "не так, как ты говоришь"? Да как ты смеешь… СВОЛОЧЬ! — в нашу сторону полетела новая тарелка, я дёрнула друга за рукав и мы оказались совершенно в другой стороне, где я и потребовала объяснений.

— Я пришёл к Мике с цветами! Её любимыми, между прочим, — возмущенным шёпотом начал объяснять он. — А она вдруг как завопит, какой я плохой и совратил ее, чтобы она замуж не вышла!

— Ты чуть всё не испортил! — ведьма вновь подбежала к окну и запульнула в нас очередной чашкой, но она полетела криво, поэтому нам даже отходить не пришлось. Какие эмоции!

— Да причем здесь я вообще, ты же сама! — парировал стихийник. Мы все дружно услышали взбешенный рык Мики, после чего она вновь отправилась за новой утварью.

— Так вот, — продолжил он повествование, — я, естественно, стал себя оправдывать. Она же приказала своей метле, чтоб её светом разорвало, меня в окно выкинуть! Ну, не выкинуть, а выпроводить!

— Я сама!? Я!? И ты ещё имеешь наглость обвинять МЕНЯ!? — в этот раз ведьмочка прицелилась хорошо, поэтому нам пришлось вновь перебегать. Что случилось далее, было видно, поэтому дальнейший рассказ не потребовался. Я решила вмешаться:

— Мика, мне кажется, ты погорячилась! Постарайся успокоиться, пожалуйста, и не калечь мне друга!

— Хель, да как мне успокоиться, он мне чуть жизнь не испортил! — чуть ли не плача, ответила мне ведьма.

— Это я тебе чуть жизнь не испортил!? — теперь стал возмущаться Дариан!

— Да! — взвизгнула ведьмочка и снова скинула вниз что-то из посуды. А я стояла и недоумевала: почему они не могут разойтись и устраивают такой скандал!? Неужели Мика не понимает, что этим представлением подставляет сама себя? Или эмоции заблокировали ей способность мыслить трезво, как это часто бывает? В общем, поползла я к ней, цепляясь коготками за выступы на стене. Ну а что делать, если усмирить их как-то надо, чтоб преподаватели не нагрянули, а в какой именно комнате живёт ведьма, я не знаю?

Добралась быстро и своим необычным появлением остановила спешащую к окну девушку. Выглядела она так себе, если честно. Волосы взлохмаченные, краска для ресниц размазалась под глазами от слез, а из горла доносились судорожные всхлипы. Ее рука самовольно опустилась, Мика села на колени и закрыла лицо руками, став дёргаться в рыданиях. Какие все же эти ведьмы эмоциональные!

— Ты чего? — мягко спросила я, села перед ней и подняла голову девушки. Слезы лились рекой, миленькое и симпатичное личико стало немного пугающим.

— Он ведь прав, — выдавила она сквозь рыдания, судорожно вздохнула. — Это я! Я чуть не сломала себе жизнь! И, что самое страшное, я совершенно об этом не думала, когда шла к нему!

— Послушай меня внимательно! — заявила я, обхватив ее лицо руками, чтоб сконцентрировать на себе внимание. — Судьба – вещь странная. Она может сделать твою жизнь настолько непредсказуемой, что можно хвататься за голову. Но это Судьба, она не сотворит плохого. Для каждого из нас уготован тот путь, который приведёт нас к счастью. И жалеть о чем-то глупо. Все случилось так, как нужно было, и в этом нет чего-либо ужасного. Это я тебе как маг Времени говорю.

Улыбнувшись, я вытерла оставшиеся слезы ведьмочки, прикрыла её чуть раскрывшийся рот и спокойно вышла в окно на четвертом этаже. Мягко приземлилась, выпрямилась, поправила волосы и заметила две новые фигуры. Этими фигурами были директор и его сын. Опять они…

— Что происходит? — спросил почему-то у меня Рейн-старший.

— Я тут не причем! — сразу открестилась. — Это всё любовь, и даже не моя!

Где-то в толпе захихикали, но под стальным взглядом мага Тьмы замолчали. Он измученно посмотрел на меня, потом на балкон, на осколки, на Дара… и вдруг сделал то, чего не ожидал никто.

— Разбирайтесь сами, — тяжело вздохнул он, махнул рукой и поспешил обратно в учебный корпус, провожаемый удивлёнными взглядами. М-да. Довели мужчину. Причём сильно довели.

Когда директор Тёмной Академии вошёл в массивное учебное здание, все даже облегчённо выдохнули, я же почувствовала тёплую ладонь, обхватившую моё запястье и, повернувшись, увидела знакомые и почему-то совсем не надоевшие синие глаза.

— Ты за своим отцом везде как хвост демона таскаешься? — резко и немного грубовато спросила я, но тихо, чтоб никто не услышал, хотя на нас и не обращали внимания, все стали расходиться, Дар ушел одним из первых.

— Прости меня, — вдруг выдал некромант, как я думала, давно потерявший совесть, и даже пооборачивалась, мало ли не он. Но остатки совести у него, видимо, ещё были. — Просто я вспылил, понимаешь? Вспылил. И не придумал ничего лучше, чем, как маленький, пойти жаловаться отцу на несправедливость.

— Дело не в этом, — я мягко высвободила свою руку, однако тон был, как никогда, холоден. — Сам факт. Ты подставил меня и моих друзей. Не важно из-за чего! Сам факт!

— Хель, прости, пожалуйста.— повторил он, несколько странно глядя на меня.

— Чего ты добиваешься? — ситуация начала меня раздражать. — Что изменится, если я тебя прощу!? Ничего. Совершенно ничего, Кристан. Я буду так же ненавидеть тебя.

— Ненавидеть… — стиснув зубы, протянул служитель Смерти, вновь, но теперь грубо, схватил меня за руку, прижал к себе и выдохнул в лицо: — За что!? За что, Хель!? Почему ты так ненавидишь меня!?

А я… я не нашла причин. Действительно не нашла. Что я могу сказать? Ты меня использовал? Это ведь глупость. Только сейчас я поняла, что все, что я напридумывала тогда себе, было полнейшей глупостью. Но что получается? У меня нет причин не любить этого человека? Но почему тогда при виде его во мне разгорается желание уйти подальше и, желательно, перед этим сказать что-нибудь неприятное? Это ведь ненормально! Так не должно быть!

— Хели, — напомнил о себе Кристан и ослабил хватку. Но это не вырвало меня из размышлений.