Чтение онлайн

— Хели, стой и не двигаи… двигот…

— Стой и не дви-гай-ся, — помог “другу” оборотень, за что Кэмират благодарно кивнул. Пришлось стоять. Не то, что бы я такая хорошая и послушная девочка, просто стало интересно, что им надо. Минут через пять, пару раз чуть не упав, собутыльнички наконец подошли достаточно близко для разговора и инкуб, почтительно кивнув (видимо только на кивки сил и хватает), заговорил:

— Увжаемая Ахрелия, не могли вы бы передать моей обажи… обжие… любимой невесте, что я благорит… благодарс… бла-го-дарс-твен-но…

— Благородно! — поправил Итан. У него с речью было намного лучше.

— Да, благодарно отдаю её ему!

Демон соблазнения указал на оборотня, тот поклонился с крайне серьезным видом, а я крайне серьезно прошипела:

— Что ты сказал!?

Кэм что-то поразмыслил в уме, потом виновато глянул на меня и ещё более виновато известил:

— Я не повторю.

— А мне и не надо! То есть ты два года играл влюбленного, сделал ей предложение, сам тем временем переспал с половиной академии, а теперь “благородно” отдаешь свою якобы обожаемую невесту тому, кто хотел сделать из неё постельную грелку!?

— Она мне нравится, — вставил Итан. Весомый аргумент!

— Да, всё верно. Ну только с половиной академии я не спал, — подключился к диалогу инкуб заплетающимся языком.

— Да, всего лишь с четвертью, — съязвила я. — А почему бы тебе это самому не сказать?

— Она заплачет.

— А мне не поверит! Так что сами, мальчики, сами.

И, развернувшись и обойдя пьяниц, я поспешила к своему общежитию. И таки да: передать нашу крайне увлекательную беседу. Потому что это за гранью! Если он уже в открытую от неё отказывается, значит дальше тянуть некуда – нужно решать проблему и немедленно! Вот только, боюсь, мне она не поверит, а если кого-то приведу в качестве свидетеля, скажет: подговорила. Эриа слишком влюбленна в Кэмирата, чтобы замечать его подлости. И как она вообще умудрилась с ним связаться?

В комнате пахло розами, которые и принёс днём “жених” соседки. Спрашивается, зачем принёс?

Риа аккуратно поправляла цветы и радостно улыбалась, а взглянув на меня, звонким от счастья голоса поинтересовалась:

— Ну как, выспалась?

Как же я не хочу стирать эту улыбку… Как же не хочется делать ей больно, пусть я в этом и не виновата. Ведь это мой единственный близкий человек, а вернее суккуб. Сестра практически. Та, кто знает все мои секреты, котрые знаю я сама, та, кто всегда меня поддерживала и сразу приняла, с первой встречи. Именно она – первая, с кем я близко познакомилась в этом городе. По крайней мере я считаю её первой, потому что давно уволившегося и ушедшего в науку преподавателя, который подобрал меня с улицы и, распознав магический дар мага времени, хоть и искаженный, помог устроится в академию, я не брала в расчет. Но я всё равно была безгранично ему благодарна и периодически заезжала к нему в лабораторию помочь, потому что денег для материальных благодарностей у меня нет.

— Хел, ты чего застыла? — удивлённо спросила Ри. А я поняла, что нет. Не смогу. Банально не смогу ей сказать.

— Ничего, просто задумалась, — мягко улыбнулась ей и прошла вглубь маленькой, уютной комнатки, ставшей мне родной за пять лет обучения. Какая же была моя жизнь до обращения? Кем я была, где жила?

Почему-то вспомнила ректорское: “Держитесь подальше от моего сына. Он не должен знать, кто вы”

Не должен знать, кто вы… А ведь только сейчас я подумала об этих словах иначе. Он не должен знать, что я вампир? Но это никак не скрыть, лорд Рейн должен это понимать. Или что я какая-то побродяжка? И что случится, если Кристан узнает, что я не помню своего прошлого?

И тут голову озарила страшная, но спасительная догадка: Директор знает, кем я была.

Глава 3. Безуспешные попытки

— Лорд Рейн! — громко обратилась я, заметив высокую фигуру в конце коридора учебного корпуса. Директор остановился, безразлично осмотрел меня и тяжело вздохнул. Кажется, я ему уже надоела.

— Адептка Эллест, вам больше нечем заняться, кроме как бегать за мной и за моим сыном?

— Ни за кем я не бегаю, он сам пристал! — оправдалась, подходя к мужчине и вспоминая, что тоже самое недавно говорила его чаду. Эта семейка всё же странно на меня действует.

— Вам что-то нужно? — перешёл к сути глава Тёмной академии, как только я подошла достаточно близко.

— Сегодня вы просили не подходить к Кристану, — решила не затягивать, — и заявили, что он не должен знать, кто я. Я не совсем поняла о чём идёт речь и хотела бы это выяснить…

Конец фразы договаривала уже шепотом, почему-то испугавшись под пристальным, пронизывающим взглядом чёрных, как и у всех магов Тьмы, глаз.

— Вам не нужно этого знать, — категорично объявил лорд Рейн и хотел уже было распрощаться, но я проявила себя и свою периодическую глупость:

— Что именно я не должна знать?

— Адептка, — мужчина обратился ко мне так, будто сплюнул, — давайте обойдемся без лишних вопросов. Просто держитесь на расстоянии от Кристана.

И мудрый, справедливый директор, не прощаясь, стремительно направился к своему кабинету, не оставляя мне и шанса для других вопросов. Ну… А кто сказал, что будет легко?

Когда-нибудь я обязательно выясню все подробности, но уже не сегодня. Слишком часто мы стали пересекаться с главой Тёмной академии, это может вызвать немалые подозрения.

С кислым выражением лица я бессильно развернулась и побрела прочь. В голове вертелись сотни мыслей, тысяча вопросов, которые задать было некому. Моё существование окружают одни загадки. И вообще моя жизнь (или не жизнь) похожа на дурдом. Большой такой, древний, со множеством душевнобольных пациентов, гуляющих в обширном парке и несущими разный бред. Одни из сумасшедших заключают помолвки и устраивают показательные сцены ревности, когда им это совершенно не нужно, другие отрабатывают актёрские навыки на итак больных душах, третьи носятся за пациентками в поисках любви, когда те совсем плевать хотели на чувства несчастных романтиков.

— Опять ты? — гортанный рык выдернул меня из мыслей, как из холодного озера. Я глянула на “спасителя” и невольно помянула Светлого Бога, что не укрылось от сына директора, который шёл к знаменитому предку.

— Нет, не я, — попыталась ввести врага в заблуждение и потихому ретироваться.

— Хели, не смешно, — очень-очень мрачно, с нахмуренными бровями сказал некромант.

— Не смешно, так не смешно, — милым голосом согласилась я, лишь бы отстал.

— Хели! — и откуда только имя узнал?

— Кристан! — уподобилась его тону и почему-то хихикнула. Уголки его губ почти незаметно дрогнули, но суровый служитель Смерти мигом вернул серьезное выражение лица.

— Я же просил тебя… — немного устало начал некромант, но был перебит:

— Не соблазнять твоего отца, помню, — заучено продолжила я и очень жалобно и умоляюще посмотрела на синеглазого. Он тяжело вздохнул, прямо как родитель, и, махнув на меня рукой, продолжил путь. Ну хоть один отвязался.

***