Чтение онлайн

Внезапно Эдди захотелось как можно быстрее скинуть эти сапоги с ног.

Он сел рядом с Сюзанной, поцеловал ее со словами: "Доброе утро, Спящая Красавица, или добрый день".

Потом быстро, с отвращением прикасаясь к ним (на ощупь - мертвая кожа), Эдди скинул сапоги. Увидел, что мыски ободраны, а каблуки грязные: сапоги уже не выглядели новехонькими. Чуть раньше он задавался вопросом, как они сюда попали: теперь, чувствуя боль в ногах и вспомнив следы от коляски, понял все. Пришли сюда пешком. Во сне.

– Это лучшая идея, которая посетила тебя с того... в общем, давно это было.
– Сюзанна последовала примеру Эдди. Краем глаза тот увидел, как Джейк разувает Чика.
– Мы там были?
– спросила Сюзанна Эдди.
– Мы действительно там были, когда он...

– Когда я убил свою мать, - закончил за нее Роланд.
– Да, были. Как и я. Да помогут мне боги, но я там был. Я это сделал.
– Он закрыл лицо руками, и тело его сотрясли рыдания.

Сюзанна шустренько перебралась к нему. Одной рукой обняла, второй оторвала его руки от лица. Поначалу Роланд упирался, но она настаивала, и он таки опустил руки, руки убийцы, открыв полные слез и тоски глаза. Сюзанна привалила его к своему плечу:

– Успокойся, Роланд. Успокойся и забудь. С этой частью твоего прошлого покончено. Все позади.

– Такое не забывается, - возразил Роланд.
– Ничего не выйдет. Я буду помнить об этом всегда.

– Ты не убивал ее, - вставил Эдди.
– Это слишком просто.
– Лицо Роланда по-прежнему прижималось к плечу Сюзанны, но слова слышались отчетливо.

– Не всегда ответственность можно переложить на кого-то еще. Некоторые грехи так и остаются висеть на человеке. Да, Риа там была, в определенном смысле, но я не могу сказать, что вся вина лежит на ней, как бы мне этого ни хотелось.

– Это не она. Во всяком случае, я имел в виду не ее.

Роланд вскинул голову.

– Что ты такое говоришь?

– Ка, - ответил Эдди.
– Ка - как ветер.

3

В заплечных мешках они нашли еду, которую туда не клали: печенье с эльфами на обертках [Эльфы - фирменный знак фирмы "Киблер", производящей кондитерские изделия.], сандвичи вроде тех, что продают автоматы на бензозаправках, и колу неизвестной Эдди, Сюзанне и Джейку марки. По вкусу кока-кола, но упакованная в красно-белые банки с надписью "Нозз-А-Ла".

Они поели, сидя спиной к деревьям и лицом к далекому Зеленому дворцу, решив, что это ленч. Если через час-другой начнет темнеть, подумал Эдди, переименуем эту трапезу в ужин. Но он полагал, что этого не потребуется. Внутренние часы вновь пошли, и этот загадочный, но обычно не дающий сбоев механизм подсказывал, что после полудня прошло совсем немного времени.

В какой-то момент Эдди встал, вскинул руку с банкой колы, улыбнулся в объектив невидимой камеры.

– Когда я путешествую по стране Оз в моей новенькой "такуро-спирит", я всегда пью "Нозз-А-Ла", - возвестил он.
– Она утоляет жажду, не вызывая позывов облегчиться! С ней я сразу чувствую себя мужчиной! Она помогает мне познать Бога! Она придает мне внешность ангела и потенцию тигра! Когда я пью "Нозз-А-Ла", я говорю: "Господи! Как я рад, что живу! Я говорю..."

– Сядь, балаболка, - засмеялся Джейк.

– Олка, - согласился Чик, его морда лежала на лодыжке Джейка, и он с интересом следил взглядом за сандвичем мальчика.

Эдди уже собрался сесть, когда его взгляд вновь упал на лист-альбинос. Это же не лист, подумал он и направился к дереву. Действительно, не лист, а клочок бумаги. Он сдернул его с сучка. На одной стороне увидел колонки "блах блах", "йак йак" и "все одно". Обычно газеты двусторонние, но Эдди не удивился, не обнаружив на обратной стороне текста... "Оз дейли базз", в конце концов, вышел только один раз и в единственном экземпляре.

Но и обратной стороне нашлось применение. Эдди увидел две дыбящиеся рожицы, а между ними строки, адресованные их ка-тету:

В следующий раз я не уйду. Отступитесь

от Башни. Это мое последнее предупреждение.

Желаю Вам хорошо провести день.

И ниже - рисунок: грозовое облако и вылетающая из него молния.

Эдди вернулся к своим друзьям, показал им записку. Каждый прочитал ее, последний - Роланд. Он задумчиво провел по ней пальцем, словно проверял, какова бумага на ощупь, потом протянул Эдди.

– Эр-Эф.
– Эдди смотрел на подпись.
– Человек, который руководил ТикТаком. Записка от него, не так ли?

– Да. Должно быть, он приволок Тик-Така из Лада.

– Точно, - кивнул Джейк.
– Этот парень, Флегг, похоже, может с первого взгляда вычислить настоящего балаболку. Но как они добрались сюда раньше нас? Что может быть быстрее Блейна Моно?

– Дверь, - ответил Эдди.
– Может, они прошли через одну из этих особых дверей.

– Бинго!
– воскликнула Сюзанна, вытянув руку ладонью вверх, и Эдди хлопнул по ней.

– Б любом случае он дает дельный совет, - заговорил Роланд.
– И я прошу отнестись к нему со всей серьезностью. Если вы хотите вернуться в свой мир, я не возражаю.

– Роланд, я не верю своим ушам, - покачал головой Эдди.
– После того как ты перетащил меня и Сюзи сюда, хотя мы сопротивлялись изо всех сил? Так не бывает.

– Я сделал это до того, как подружился с вами. До того, как полюбил вас точно так же, как когда-то любил Алена и Катберта. И до того, как мне пришлось... вспомнить прошлое. При этом...
– Он замолчал, глядя на свои ноги, уже в старых сапогах, погрузившись в раздумья. Наконец вновь посмотрел на них.
– Какая-то часть меня уже много лет не шевелилась и не говорила. Я думал, она умерла. Как выяснилось, нет. Я снова научился любить, и я понимаю, что это, возможно, мой последний шанс полюбить. Я тугодум... это знали Ванней и Корт, да и мой отец... но я не глуп.

– Тогда перестань валять дурака, - ответил ему Эдди.
– Или держать нас за идиотов.

– Дело в том, Эдди, что я губил своих друзей. И я не уверен, что вновь готов пойти на такой риск. Особенно с Джейком... я... да ладно. Нет у меня нужных слов. Впервые с того момента, как я повернулся в темной спальне и убил мою мать, я осознал, что есть кое-что поважнее Башни. Больше ничего сказать не могу.

– И не надо, довод весомый.

– И я того же мнения, - подала голос Сюзанна, - но Эдди прав насчет ка.
– Она взяла бумажку, задумчиво провела по ней пальцем.
– Роланд, ты не можешь говорить о... ка... а потом дать задний ход только потому, что у тебя убавилось воли и решимости.

– Боля и решимость - хорошие слова, - кивнул Роланд.
– Но есть и плохое выражение, которое обозначает то же самое. Слово это - навязчивая идея.

Сюзанна передернула плечами, словно отметая его выводы.

– Сладенький, или вся эта затея - ка, или ею тут и не пахнет. Ка, конечно, штука страшная, судьба с орлиными глазами и собачьей пастью, но мне представляется, что без ка еще ужаснее.
– И она бросила записку от Эр-Эфа на вытоптанную траву.

– Как ее ни назови, но вы умрете, если она перейдет вам дорогу, пробормотал Роланд.
– Раймер... Торин... Джонас... моя мать... Катберт... Сюзан. Спросите их. Любого из них. Если б вы могли спросить.