Темная для господина следователя
Шрифт:
– Дорогой, давай пообщаемся завтра, например, после похорон? Когда вы в одном здании, то я не чувствую, что меня куда-то тянет, – примирительно проговорила Мартина и протянула руку, чтобы коснуться щеки правнука, но рука прошла мимо. И от этого мне стало немного грустно. У него ведь из близкой родни никого не осталось.
– Хорошо, – выдохнул Нейтон. – Увидимся завтра, – я подхватила кота на руки и первой вышла из кабинета.
Глава 14 или когда друзья и зеркало видят то, чего ты не замечаешь
Я точно доживу до сотни
Ведь в зеркале с утра опять
Не двадцать семь а девяносто
Пять
Яромира Темная
Я пожалела, что у меня нет здесь телефона и нет возможности запечатлеть выражение лица Альфреда, когда мы вернулись домой. Он уже приготовился отчитывать безалаберного хозяина и его легкомысленную гостью за неподобающее отношение к приемам пищи и культуре отдыха, как вдруг из-за наших с Колином тел вылетела Мартина, и дворецкий натурально поплыл.
– Леди… Как чудесно узреть столь чудесное видение. Вы мне пригрезились? – пробормотал он, протягивая руку, но потом отдернул, видимо, вспомнив, что способность осязать утрачена уже давно.
– Ну что вы, милейший, я здесь. Вполне реальна, – леди Эттвуд попыталась игриво прикрыть улыбку ладонью, но перепутала руки или просто подзабыла, что у нее в правой бокал. Которым она собственно себя и стукнула. И что удивительно, у нее это прекрасно вышло. – Ой, а как так-то? – тут все взоры устремились ко мне.
– А я-то откуда знаю? Мартина, это Альфред. Дворецкий Колина. Альфред, это леди Мартина…
– Просто Мартина, зачем сути все эти условности? – усмехнулась она и подмигнула ошалевшему призрачному дворецкому.
– Хорошо, просто Мартина, прабабушка Эттвуда, моего начальника.
– А вот про возраст могла бы и не напоминать, – зашипела женщина, словно змея.
– Леди, разве в нашем состоянии возраст имеет значение? – пришел на выручку Альф. – Мы с вами существа вне времени и пространства. Вечные и бесконечно молодые. Хотите, я покажу вам дом?
– О да, с радостью воспользуюсь вашей любезностью, – Мартина оперлась на предложенный локоть, и эта парочка на наших глазах степенно полетела в сторону лестницы.
– Я не поняла, они сами для себя и друг друга это самое что ли… осязаемые? – повернулась я к другу и уставилась на такие же вытаращенные глаза.
– Я впервые вижу две сути рядом, и даже предположить не мог… Ты представляешь, что это значит?
– Нет, и не хочу, – устало проговорила я. – Я хочу есть, помыться и лечь. Желательно в кровать, – тут в холле появился Саймон
– Хозяин! Леди Яромира! А где же мой любимый шерстяной друг? – скелет заметался в поисках Салема.
– Он уже в столовой, Сай. Хозяин. Леди, – склонил черепок в поклоне подошедший к нам Элвин. – Я уже передал на кухню, что вы прибыли, через несколько минут можно будет приступить к ужину.
– Спасибо, Эл. Ты как хочешь, Яра, но я мечтаю переодеться, – Колин уже было пошел наверх, как я засмеялась. – Чего?
– Главное, чтобы Альфред не подумал показать Мартине хозяйские покои. В самый неподходящий момент, – хихикая, я обогнала его, взбежав на пару ступеней повыше.
– Яра! Ты как ребенок! – возмутился друг, и мы понеслись наперегонки в свои комнаты, и лишь краем уха я услышала за собственным хохотом разговор скелетов.
– Слушай, Эл, мне же это не снится?
– Ты уже давно не можешь спать. Да, Сай, хозяин смеется, – дальше их голоса потонули в нашем топоте по коридору второго этажа.
Переодевшись в домашнее, я бросила взгляд на зеркало и на какое-то время зависла перед ним. Как-то последнее время я этим не злоупотребляла, разве что покрутиться перед ним три секунды, чтобы расчесаться. Одежду мне доставал Саймон. Все, что висело у меня в шкафу – мне шло и сочеталось. Да и мысли крутились не вокруг того, как я выгляжу, а, как и раньше на Земле, вокруг тел. Правда теперь я думала не только о тех, которые нашли, но и о тех, которые я поднимала.
А сейчас мир, словно замер и я заметила, что глаза стали темнее и ярче, лицо светлее, и как-то разгладилось. Не то, чтобы мне не нравился этот эффект, но я насторожилась. В нашем мире считается, что за все нужно платить. Вопрос, чем буду я расплачиваться со своим даром, ведь сомнений нет, что из-за него такие изменения. Вниз я спустилась полная решимости поговорить об этом с Колином.
Он уже сидел за столом и встретил меня усталой улыбкой. Рядом с ним исходили паром тарелка с супом и стакан с отваром, судя по запахам, предположительно, первый был с грибами, а второй – с мятой. Если учесть, как на отвар косится Салем, то точно с мятой.
– Эй, черный, тебе нельзя такой, будешь потом всю ночь о скелетов тереться, – поддразнила я кота и присоединилась к ужину. – Кол, у меня к тебе разговор.
– Что-то случилось? – выглядел друг так, точно я его убила, а сейчас подняла.
– Слушай, ты как себя чувствуешь? – не уверена, что некроманты ребята болезненные, заметила, что даже недосып стала переносить намного проще, особенно, если подниму кого-нибудь. Как-будто тьма забирает мою усталость.
– Знаешь, это не тот вопрос, который принято задавать мужчинам, – он так тяжело вздохнул, что я как-то сразу вспомнила, что и Колин, и Нейтон, хоть и работают в Бюро, на самом деле «мальчики» из высшего общества.
– Я считаю тебя другом, Колин. А у друзей принято беспокоиться о самочувствии друг друга. Я хочу знать, все ли у тебя в порядке, и если нет, то смогу ли я тебе помочь?
– Не знаю, Яра. Понимаешь… Когда я присутствую рядом с тобой во время призыва сути или поднятия тела, мне становится плохо. Как будто я перебрал и после мучаюсь от количества.
– То есть моей тьмы так много, что тебе от нее нехорошо? – от такого открытия я даже ложку до рта не донесла. – И что это значит?
– Да ничего, кроме того, что работать тебе лучше без свидетелей. И да, твоя сила сметает все преграды. Просто невероятная мощь. И вдвойне невероятно, что на тебе это никак не отражается. Нет, сначала я подумал, что это из-за Салема, – кот тут же на секунду повернулся к Колину и, ехидно муркнув, продолжил уплетать стоящий перед ним паштет. – Но нет! Хотя без сомнений его присутствие облегчило мою жизнь.
– Я заметила, что ты не прикладываешься к фляжке, – и я искренне порадовалась за него. Быть алкоголиком, потому что нет выхода… Потому что либо пьешь, либо умрешь… Ну это такое себе. Мягко говоря, отвратительное.
– Да. И когда работаю я, а вы рядом со мной, то я вообще не ощущаю, что обращался к тьме.
– Все, делаем выводы, когда магичу я, надо отправлять всех подальше, а когда приспичит тебе, то зови нас с Салемом, – заключение вышло неплохое.
– А о чем ты хотела поговорить? – Колин даже повеселел.