Чтение онлайн

Аль-Хасим оглянулся на Хаффена, и ему самому чуть не снесли голову копьем. У каресианца не было времени на скорбь, и он продолжил пробиваться к Длинной Тени, чтобы попытаться спасти его. Йохан далеко опередил остальных защитников крепости и оставался в живых только благодаря силе воли. Хасим поднырнул под копье и перерезал копейщику горло. Он перекатился вперед, сбил двух противников с ног и, вскочив на ноги, пронзил ятаганом третьего. Каресианец двигался быстрее, чем ранен, и его не подавляла неконтролируемая ярость. Он добрался до Длинной Тени и встал спиной к спине с капитаном Алого Отряда.

– Нам нужно выбираться отсюда! – прокричал он сквозь шум битвы.

– Сначала смерть! – прорычал в ответ Йохан.

– Вперед! – приказал Джакан откуда-то из массы воинов.

Защитники Южного Стража оказались разбиты на небольшие островки сопротивления. Даже если бы у них получилось отступить к крепости, их количества уже не было достаточно, чтобы удержать пролом. Хаффен погиб, Длинную Тень окружили враги, и добровольцы Дарквальда выставили вперед копья и пошли к третьим воротам, они огибали немногих сражающихся раненов и занимали их землю.

Несколько сотен раненов погибли за считаные минуты, и Ланри увидел, что Пурпурные священники добрались до передних рядов. Как бы ни были свирепы ранены, по боевым умениям они не могли сравниться с аристократами Одного Бога. Матиас Огненный Зуб и Хоррок Зеленый Клинок попытались их задержать, но в исходе их попытки не приходилось сомневаться. Никто из оставшихся защищать третьи ворота не впал в боевую ярость, и ранены спокойно готовились к их обороне всего лишь с горсткой людей.

Священников вел брат Джакан, и он сам не раздумывал ни секунды, прежде чем атаковать Хоррока мощной серией вертикальных ударов, которые заставили отступить измотанного ранена. Огненный Зуб сбил другого священника на землю, но ранена быстро окружила толпа добровольцев и отобрала у него топор. Помощник вождя Южного Стража громко проклинал схвативших его людей, налетевшие на него воины из Дарквальда осыпали его градом ударов, и Ланри быстро потерял его из виду.

Противник превосходил Хоррока, и, несмотря на огонь, горевший в глазах ранена, помощник вождя слишком устал и ослабел, чтобы достойно провести поединок с Джаканом. Пурпурный священник сделал ложный выпад в бок Хорроку и ударил его щитом, отчего ранен потерял равновесие. Затем Джакан мощным выпадом вспорол противнику живот, и Хоррок окровавленным месивом приземлился на спину перед третьими воротами Южного Стража. Он был еще жив, но сражаться больше не мог и, тяжело дыша, смотрел на небо.

Снова повернувшись к переднему краю битвы, Ланри увидел, что Длинная Тень и Аль-Хасим все еще сражаются. Из тела Йохана торчало три арбалетных болта, но даже тот, который попал ему в шею, никак не влиял на его действия.

– Сдавайтесь! – прокричал брат Ланри дрожащим голосом. – Будет другой день, другая битва… не умирайте здесь.

Если Аль-Хасим и услышал его – он никак не показал этого. Каресианца мощно ударили булавой по спине, а в грудь ему вонзился арбалетный болт. Длинная Тень одной рукой обхватил соратника, чтобы удержать его на ногах, и изо всех сил пытался сохранять расстояние между собой и врагом, но теперь он остался один против огромной армии вражеских солдат.

Брат Джакан и его священники убили нескольких оставшихся раненов, которые охраняли третьи ворота. Затем священник повернулся, чтобы отдать команду своим людям:

– Отойдите. Он нужен мне живым.

Воины, окружавшие Длинную Тень и Аль-Хасима, расступились, выстроившись вокруг них. Добровольцы нацелили на них острия копий и арбалеты, но не атаковали. Йохан прикрывал собой бесчувственное тело Аль-Хасима и не пытался напасть. Похоже, он только что почувствовал боль от раны на шее и ухватился за древко болта, торчащее из нее.

Битва окончилась, и стали слышны стоны умирающих. Ланри тяжело дышал. С его места на третьей крепостной стене он различал в прочем шуме, как тысячи воинов добровольческой армии, которые наводнили беззащитный город, штурмуют ворота. С последних рядов колонны проревел горн, оповещая короля: Южный Страж захвачен.

Брат Джакан вложил меч в ножны и спешился возле того места, где стояли Длинная Тень и умирающий каресианец. Им некуда было деться, им не оставили никакой возможности для побега. Ланри давно потерял из виду Матиаса Огненного Зуба и даже не представлял, каким образом тот мог бы выжить.

– Брось топор на землю! – властно приказал Джакан. – Ты побежден.

Йохан Длинная Тень, капитан Алого Отряда, осторожно опустил Аль-Хасима на залитую кровью землю, прежде чем повернуться к Пурпурному священнику. Он вздрогнул от боли, когда потянулся рукой к древку болта в шее и взялся за него, но больше никак не выказал страдания. С вызывающим рычанием, глядя прямо в глаза Джакану, Йохан Длинная Тень выдернул болт из шеи, и из раны резко потекла кровь, обагряя потрепанные кожаные доспехи. По мнению Ланри, рана была смертельной, и только бушующая ярость капитана поддерживала в нем жизнь.

– Сначала смерть, – пробормотал он, устремившись к Пурпурному священнику с высоко поднятым топором.

Капитан Алого Отряда не достиг своей цели. Его пронзило десятком арбалетных болтов еще до того, как он успел сделать первый шаг, и секундой позже он уже упал замертво. Его татуированная голова, словно символ убийственной непокорности, лежала у ног брата Джакана.

Аль-Хасим и Хоррок тоже не двигались. У нескольких выживших защитников крепости отобрали оружие, а их самих поместили под надежную охрану. Третьи ворота выбили таранами, и люди ро наводнили центральную часть Южного Стража. К городу уже подходили оставшиеся подразделения армии, и тут Коричневому священнику неожиданно стало плохо. Он увидел, как по ближайшей лестнице быстро поднимаются добровольцы и бегут к нему с арбалетами наготове.

Он поднял руки вверх, показывая, что без оружия, и произнес, стуча зубами:

– Я брат Ланри из Канарна… и я сдаюсь.

Когда солнце высоко поднялось над равнинами земель Алого Отряда, брат Ланри, закованный в кандалы, находился в раненском доме, ставшем тюрьмой воинов ро. Он не знал, что произошло с Хорроком или Аль-Хасимом, хотя шепотом передавали слухи, будто капитан Отряда Призраков умрет от своих ран еще до вечера. Несколько тысяч жителей Южного Стража силой согнали из их домов в центральную часть крепости, где они ожидали, какую судьбу уготовил им король, пока остальные отряды его армии хозяйничали в городе.

Ланри оказался вместе с бывшим Красным рыцарем, лишенным своего звания, и аристократом, который, похоже, во время битвы напился до потери сознания. Рыцаря звали Фэллон из Лейта. Священник был наслышан о его воинской доблести и смутно припоминал, что тот участвовал в захвате Ро Канарна. Почему с него сорвали рыцарский плащ и сковали руки сталью – оставалось загадкой. Когда неловкая тишина между двумя пленниками достигла апогея, а лорд из Дарквальда начал храпеть, Ланри решился заговорить.

– Э-э… в чем ваше преступление, сэр рыцарь? – спросил он, не сумев придумать ничего получше. Фэллон слабо улыбнулся, но взгляд его оставался странно напряженным.

– Я спас человека от смерти, – ответил он загадочно. – И не называйте меня «сэр».

– Ну, как последователь Одного Бога, я желаю вам удачи на суде. – произнес Ланри и неожиданно почувствовал, что его разум обессилел не меньше, чем тело.

– Вам следует поспать, брат, – произнес опальный рыцарь. – Голос у меня в голове сообщает, что вы мой союзник… и нам многое предстоит сделать.