Чтение онлайн

— Не пытайся исцелить его, пока я не вернусь. Его кровь заражена вампирской. Ты не сможешь войти в его сознаний одна, без посторонней помощи. Если я не вернусь, прежде чем начинать исцелять его, ты должна будешь найти еще одного целителя, чтобы он помог тебе. Обещай мне, Франческа. Для тебя будет слишком опасно входить в него без дополнительных сил. Постоянно помни, что в своем теле ты носишь новую жизнь.

Из-под своих длинных ресниц она подарила ему взгляд полный упрека.

— Нет необходимости напоминать мне об этом факте. Я не хочу говорить о том, что ты можешь не вернуться. И я никогда, ни на один миг, не забывала, что ношу наше дитя. Она и для меня чудо. Я бы никогда не стала рисковать младенцем, даже ради Брайса. Ты вернешьсяко мне этой ночью. Я ожидаю тебя как можно скорее и без единой отметки на своем теле. А теперь иди и делай то, для чего был рожден, — она прислонилась к нему, на короткий миг прижимаясь всем своим телом к его, впитывая ощущение его. Сильного. Мужественного. Могущественного.

Она никак не ожидала, что будет так сильно любить его. И никак не ожидала, что будет такой любимой. Габриэль не стеснялся показывать ей свои эмоции. Он желал ее с силой, о которой она никогда не мечтала. Не просто тело, а ее компанию, сердце и душу. Ему нравилось находиться в ее сознании, деля с ней смех, взгляды на жизнь. Саму жизнь. Он так гордился ею, так глубоко верил в нее.

— Габриэль, — выдохнула она его имя, ее тело, мягкое и податливое, растворилось в его. — Поторопись вернуться ко мне, — у нее не было ни единой мысли об обольщении — последнее, что было у нее на уме, это занятия любовью — тем не менее, она чувствовала ужасную потребность в нем.

Габриэль наполнил ее сознание любовью и теплом, прижав ее к себе, после чего пошел прочь, назад через туннель к верхним этажам. К тому моменту, когда он достиг кухни, он стал невидимым, быстрым, холодным потоком воздуха.

На этот раз Габриэль покинул дом, просочившись через дверь, ведущую в сад, и сразу же поднялся в небо. Он уничтожил миньона вампира, забрал у него одну из его марионеток. Вампир должен находиться в ярости, что позволит легко его найти. Габриэль уже ощущал беспокойные вибрации в воздухе. Они неслись по небу, ведя его, словно стрелка компаса, к вампиру.

— Ты направляешься в его логово как любитель. Он расставил для тебя ловушки, охотник.

Габриэль продолжил двигаться. Голос Люциана звучал слишком близко, чтобы сохранять спокойствие. Если он приложит руку к сражению, нет никакой возможности узнать, на чью сторону он обрушить свою силу.

— Ты предлагаешь другой подход? — ответил Габриэль.

— Отступить. Тебе прекрасно известно, что лучше сделать это, чем вступать в бой, когда противник поджидает тебя, — голос был как всегда мягким и нежным, без единого намека на выговор. Габриэль обнаружил, что улыбается. Присутствие Люциана было таким знакомым для него, такой немаловажной его частью.

— Благодарю тебя за совет, древний, — старая насмешка была напоминанием, что Люциан был старше его всего на несколько минут. Габриэль с пути не свернул, но стал более бдительным. Он не боялся предстоящей битвы с вампиром, а вот его близнец был другим делом.

— Ты не прислушиваешься к моим советам.

— Этот не настолько могуществен по сравнению с теми, с кем мы сталкивались в прошлом.

— Этот древний.

Габриэль разорвал их связь, обдумывая в уме возможности. Что задумал Люциан? Габриэль изменил направление, сделав круг и приближаясь с другой стороны, на протяжении всего пути сканируя простирающуюся внизу местность. Он находился над рекой, где огромный мост пересекал воду. Две трубы бежали вдоль набережной, выливая свое содержимое в реку. Трубы были довольно большими и окружены зарослями тростника. Он почувствовал присутствие вампира. Мрачное, зловещее ощущение витало в воздухе, тяжелом и угнетающем.

Габриэлю был прекрасно знакомо зловоние немертвых. Оно засоряло воздух как ничто иное. Они были мастерами иллюзий, представая перед людскими жертвами статными или красивыми, хотя в действительности были тощими и серыми, с отступающими деснами и острыми пожелтевшими зубами. Габриэль чувствовал их присутствие как удар в солнечное сплетение, он не выносил когда исключительные таланты и способности, использовать которые предназначалось лишь во благо, применяли таким образом.

Внизу под ним местность казалась неизменной, но ветер сообщил ему совершенно иное. Вампир замер в ожидании, свернувшись в тени, невидимый, раздутый от собственной силы и ярости. Запах крови достиг Габриэля чуть ранее тихого приглушенного крика, который свидетельствовал об убийстве. Ветер донес рассказ, страх и адреналин в крови жертвы, которые доставили вампиру восторг, сделали его еще более могущественным.

Вампир знал, что охотник приближается, расставил ловушку и ждал, как паук в середине своей паутины. У него была человеческая жертва, удерживаемая живой и напуганной, отчего адреналин так и тек по крови. Этот прилив был настоящим соблазном для немертвого. Они полагали, что это делает их сильнее и что их намного труднее убить. Габриэль не мог определить точного местоположения вампира, здесь в воздухе было более одного подозрительного «мертвого» пятна.

Он еще раз пролетел над местностью, прежде чем опуститься на землю. Земля тот час же слегка сместилась и его ноги погрязли в черной грязи. Она всосала его туфли, хватка была поразительно сильной, словно трясина действительно хотела утянуть его вниз. Что-то приближалось к нему под поверхностью, быстрое, коварное, огромное, поднимая заросшую тростником грязь. Габриэль моментально распался на капли дымки, сливаясь с тяжелым туманом. Тут же подул яростный ветер, нападая на молекулы, укрывшиеся в тумане, в попытке рассеять их и помешать Габриэлю собрать свое тело воедино. Грязная темная фигура промчалась через завесу тумана по направлению к каплям.

Фигура ударилась о барьер раньше, чем смогла достичь бестелесной формы Габриэля. Она упала с неба в болото одновременно с Габриэлем, который резко взмыл в небо, чтобы избежать темной массы. Монстр, скрывшийся в грязи, напал сразу же, таща отбивающуюся фигуру, в то время как Габриэль менял форму над этой сценой. Он не счел нужным возвести барьер, поэтому предположил, что это его близнец вновь вступил в битву, помещая свое тело между Габриэлем и вампиром. Однако Габриэль не смог определить его присутствие. Что свидетельствовало о великолепных навыках Люциана. Он мог приближаться незамеченным, в то время как другие нет. Ветер не прошептал бы о его присутствие и не выдал бы его любому, кто ищет его.

Вампир зарычал от ярости и боли, отшвыривая от себя червеобразное существо, которое он же и создал. Он сам выбрался из грязи, бросаясь то в одну сторону, то в другую в попытке найти охотника. Габриэль упал с неба, острым, как бритва, когтем разрезая горло вампиру. Тварь бешено закричала и в тот же миг молния пробежала от тучи к туче, а воздух закипел от темной злобы.

Они нападали со всех сторон, чернокрылые горгульи, разрывающие Габриэля, царапающие и кусающие его, приземляющиеся на его голову и плечи, давя его вниз в попытке приблизить к земле и черной грязи. Габриэль же спокойно растворился под ними, направляясь через зловонный воздух прямиком к вампиру. Он принял свой облик за один миг до того, как нанес удар в грудь вампира, его ноги зависли в нескольких дюймах над землей.

Его кулак проник сквозь грудную клетку, но вампир успел отодвинуться от него, его голос был режущей слух какофонией звуков, настолько отвратительной и противоречивой, что причиняла боль ушам Габриэля. Чтобы защитить себя, Габриэль не теряя времени приглушил звук и направил его назад к вампиру. Его руки горели от ядовитой крови, покрывающей их. Он должен был продолжать двигаться, чтобы не попасться горгульям. Из-за этих созданий, постоянно кружащих и нападающих на него, невозможно было стоять на одном месте. Они разрывали его кожу и глаза, царапали и кусали, чтобы помочь своему хозяину.