Чтение онлайн

Драконы – создания одинокие. Живут по паре тысяч лет и за это время спариваются лишь однажды. Очень полезное свойство. Потому что если бы они размножались с большей скоростью, другие виды вряд ли смогли выдержать конкуренцию.

В этом мире для дракона существует две возможности умереть.

Первая и самая распространенная – смерть от старости. Естественных врагов у драконов нет, рыцари не настолько глупы, чтобы пытаться поднять свой престиж за счет драконьих голов, висящих над камином, ввиду полной невозможности сию голову добыть.

Попытки были. Но очень быстро прекратились за отсутствием желающих.

Вторая причина – это все же насильственная смерть. Но для того чтобы убить дракона, нужно собрать очень много хорошо вооруженного народа и заранее смириться с тем, что как минимум половина его ляжет в землю. Точнее, будет развеяна над оной в виде пепла.

Поэтому драконы, как правило, гибнут на войнах.

Убедить дракона выступить на своей стороне – задача сложная, но она того стоит, потому что если ваши силы примерно равны, а у противника дракона нет, то ему кирдык.

Купить помощь дракона нельзя, ибо то, что вы можете ему предложить, ему не нужно.

Запугать дракона тоже нельзя.

Не знаю, чем Джек заслужил преданность Киндаро, но старый дракон служит нашему роду с момента основания Империи.

Киндаро приземлился во внутреннем дворе замка, вызвав среди находившихся там наемников Ланса небольшой переполох. Впрочем, как только они убедились, что крушить и испепелять их сегодня все-таки не будут, шум стих и парни разбрелись по своим делам. А я вышел подышать воздухом. Не могу сказать, что свежим. Присутствие дракона дает о себе знать на сотни метров вокруг.

Вообще, Киндаро редко осчастливливает своим присутствием Черную Цитадель. А случаи, когда он появлялся без вызова Лорда, можно пересчитать по пальцам одной руки. Даже если использовать для этого правую руку Фродо Бэггинса.

Вблизи, со сложенными крыльями, Киндаро был действительно похож на аллигатора из одноименного американского фильма ужасов. Только с той разницей, что аллигатора выкрасили в коричнево-красный цвет.

– Привет, – сказал я, подходя на расстояние пятнадцати метров, идеальное для разговора с драконом, – и запах не настолько силен, чтобы сразу валить с ног, и голос собеседника еще не разрывает барабанные перепонки.

– ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ, ЛОРД, – громыхнул Киндаро.

– Что привело тебя в мой скромный замок? Случайно мимо пролетал?

– НАСТАЛО ВРЕМЯ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ВЫПОЛНИТЬ ОДНО ИЗ ОБЕЩАНИЙ, КОТОРЫЕ Я ДАВАЛ ВАШЕМУ РОДУ, – заявил он. – НАМ НАДО ПОГОВОРИТЬ.

– Где будем разговаривать? – Понятное дело, что не здесь. Голос дракона разносится если не на всю крепость, то уж на внутренний замок точно.

– У МЕНЯ.

– Отлично, – сказал я. – Когда мне туда прибыть?

– ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ ПОЛЕТЕТЬ СО МНОЙ?

– Благодарю, но у меня свои способы доставки, – сказал я. Летать верхом на драконе – это настолько экстремальный вид спорта, что катание на горном велосипеде или затяжные парашютные прыжки по сравнению с ним кажутся занятием для почтенных старушек.

– ЧЕРЕЗ ШЕСТЬ УДАРОВ МОЕГО СЕРДЦА, – сказал дракон.

Я быстренько перевел названный срок в привычные единицы измерения. Получилось что-то около двадцати минут. Есть еще время, чтобы, выпить чашечку кофе и выкурить сигарету.

– Хорошо, – сказал я.

Порыв ветра, вызванный развертыванием крыльев, чуть не сбил меня с ног.

Каменный коридор разветвлялся на два прохода. Я вызвал в памяти схему, нарисованную Киндаро хвостом на снегу, который никогда не тает, и без колебаний пошел направо.

Через тридцать шагов летящий впереди шар уперся в глухую каменную стену.

– Вот мы и пришли, – сказал я ему, поднимая правую руку.

– Граф, вы хоть отдаленно представляете, о чем может идти речь? – спросил я.

– Нет, милорд.

– А ты, Палыч?

– Откуда? Я – всего лишь орк, солдат, и не более того. Я никогда не лезу в те сферы, где магия, драконы и все прочее. Да меня туда никто и не пустит.

Хэмфри, Повелителя и прочих спрашивать тоже бесполезно. Да и где их искать, чтобы задавать вопросы? В последние дни перед войной все настолько заняты своими делами, что спят всего по нескольку часов в сутки, а все остальное время снуют по окрестностям. На то, чтобы гонцы выловили хотя бы одного из них, может уйти несколько часов.

– Но я думаю, с ящерицей можно поговорить, – сказал Палыч. – Вреда от этого не будет.

– Кроме того, Киндаро – могущественный союзник, и совсем нелишне уделить ему немного времени перед войной, – сказал граф.

– Знать бы только, о каком обещании идет речь.

– Каждый, кто присягал на верность Первому Императору, давал свои клятвы и обеты, – сказал граф. – И у каждого были свои обязанности, о которых никто другой не знал.

– Любопытно, – сказал я. – А чем клялись вы сами, граф?

– Единственным, что у меня было на тот момент, милорд.

– Жизнью?

– Честью.

– Сим-сим, откройся, – попросил я, и каменная стена передо мной рассыпалась в пыль.

Аудиоряд при работе с Браслетом совсем необязателен. Главное – это четко мысленно представить, что ты хочешь сделать. Но когда я нахожусь наедине с самим собой, мне приятно отдавать и голосовые команды, пускай они звучат нелепо и не всегда точно характеризуют производимые действия.

Если принимать мое нынешнее существование без малейшей доли юмора, можно очень быстро свихнуться.

Прокашлявшись, отчихавшись и символически отряхнув одежду, я побрел дальше по колено в пыли.

На горной вершине, служившей домом самому большому моему союзнику, было дьявольски холодно и постоянно дул сильный пронизывающий ветер. Уже через двадцать секунд пребывания на высоте я продрог до мозга костей и отбивал зубами чечетку. Надо было одеться потеплее, подумал я. И почему мне никто об этом не напомнил?