Тёмная зима
Шрифт:
«Он что-нибудь делает по этому поводу? Ну, вы знаете, не ослабляет ли он этого?»
Она покачала головой. «Нет, это можно отрицать, помнишь, парень из Норфолка».
«Чертов идиот».
Она медленно кивнула. «Ты когда-нибудь расскажешь мне, что ты имеешь против него?»
Мы как раз подъезжали к окраине Кингс-Линна, и Сьюзи заехала на заправку BP. Операцию всегда начинаешь с полным баком, и в любом случае нам нужны были карты города.
Возвращаясь через передний двор, глядя на развёрнутую карту, я уже чувствовал ветер с Северного моря. Кингс-Линн находился в правом нижнем углу залива Уош. Через него протекал Грейт-Уз, по которому, вероятно, корабли попадали в доки.
Мы пересекли кольцевую дорогу, заполненную супермаркетами стройматериалов, мебели и электроники, а также несколькими бургерными, и, следуя указателям к центру города, ситуация начала меняться к худшему. Это было унылое сочетание бетонных зданий 1970-х годов и столетних краснокирпичных домов. Всё выглядело так, будто его давно пора было перекопать и покрасить. Многие магазины были заколочены. Мы проехали мимо огромной открытой парковки рядом с унылым серым бетонным торговым центром, затем мимо нескольких обветшалых, облупившихся домов георгианской эпохи.
Сюзи выглядела такой же взбешенной, как и я, она морщилась и качала головой, еще быстрее жевая свою никотиновую жвачку, когда мы проходили мимо группы из трех мам-подростков с колясками и плохо окрашенными светлыми волосами.
Мы продолжали ехать по главной дороге, выезжая из города к объездной. Я сверился с картой. Мы уже были недалеко от улицы Сэра Льюиса. Слева начали появляться огромные топливные резервуары и промышленные трубопроводы, наполовину покрашенные, наполовину ржавые. «Нам нужна дорога Лок-роуд — справа».
Мы оба это видели. Мы были совсем рядом со входом в док, когда свернули направо с главной дороги, вдоль обширного пустыря. «Сэр Льюис идёт, через ручей, первый поворот налево».
Сюзи выглядела еще более подавленной, когда мы шли за задний двор дома сэра Льюиса, мимо ряда краснокирпичных домов с двумя спальнями на первом этаже и двумя спальнями внизу, расположенных прямо на улице Коронации.
Мы продолжили движение мимо целевой дороги, а Сьюзи все еще жаловалась: «Это так чертовски бездушно».
Глядя на узкие переулки, испещрявшие террасы, я видел, как почти в каждом дворе стирают бельё, а мусорные мешки выбрасывают мусор прямо на улицу. Кто-то в шестидесятых сколотил состояние, убеждая жителей тратиться на каменную облицовку и гальку. На фасадах домов красовалось множество потрёпанных объявлений о продаже, а также обязательная антенна спутниковой антенны Sky, и ни одна машина, припаркованная по обеим сторонам узкой дороги, не имела номерного знака выше буквы J.
Мы прошли мимо местного магазина, вывески парикмахерской, нарисованной от руки, и паба. Примерно через минуту нас окружили муниципальные дома и малоэтажные квартиры 50-х годов. Мы повернули направо, к железнодорожной станции.
«Давайте припаркуемся там, а потом вернемся и пройдемся мимо». Если вы припаркуетесь в жилом районе, люди ожидают, что вы зайдете в соседний дом.
Дорожные указатели закончились, но мы в конце концов нашли станцию – старое викторианское здание из кирпича и стекла, рядом с которым располагался новенький супермаркет Morrisons и магазин одежды Matalan. Сьюзи свернула на парковку Morrisons, а мы сели изучать карту, чтобы сориентироваться.
30
«Это старая карта, — я позвонил Моррисонсу. — Но именно там мы сейчас и находимся, на той открытой местности. Цель — примерно в десяти минутах ходьбы к северу».
Улица Сэра Льюиса была частью сети из шести кварталов террасных домов, расположенных вдоль трёх улиц, каждая длиной около 250 метров и параллельных друг другу, пересекаемых посередине улицей Уокер-стрит. Она примыкала к ручью и была немного длиннее двух других. Пустырь тянулся от ручья до главной улицы.
Сьюзи скривилась. «Как здесь можно выжить? Ненавижу эти места».
Я пожал плечами. «У людей не всегда есть выбор, не так ли?»
Мы разработали стратегию обхода, не зная точно, где именно находится нужный дом. Согласно карте, в конце дороги был тупик.
Сьюзи оторвала уголок и свернула его в указатель. «Если мы пойдём по улице Лоук, вернёмся к магазинам, мимо которых мы только что проехали, и повернем направо в один из переулков, мы сможем добраться до тупика на улице Сэра Льюиса. Если мы до него доберёмся, то сможем пройти всю улицу обратно к Лоук».
«Готово. Ладно, история такая: мы приехали сюда на несколько дней отдыха. Мы просто гуляли, заблудились и теперь ищем станцию».
Сьюзи заперла машину, дважды проверила все двери и убедилась, что комплект вещей в багажнике не виден.
Парковка кишела машинами и тележками. Мы с Сьюзи шли бок о бок, направляясь к проходу, ведущему в жилой комплекс. Сьюзи взяла меня под руку и с удовольствием болтала о марке и цвете каждой машины, мимо которой мы проезжали. Всё, чтобы издалека выглядеть естественно, пока мы пробирались.
Люди старались придать своим муниципальным домам индивидуальность, и это, казалось, ещё больше её бесило. У некоторых на воротах сидели каменные львы, гномы сидели на крыльце или ловили рыбу у маленьких прудиков; у других были скворечники с ветряными мельницами. У самых нарядных были навесы для машин. Сюзи особенно восхищались шатающимися половинками кирпичей в стене рядом с телефонным столбом. «Это, должно быть, DLB [неисправный почтовый ящик], да?»
Я кивнул, когда мы добрались до Лока, и свернул налево, возвращаясь тем же путём, что и проехали, мимо всех этих «Корри» с двумя подъёмами и двумя спусками. На каменной панели на одной из стен было написано «1892» – должно быть, это был последний раз, когда здесь приглашали декораторов. Сквозь тюлевые занавески я видел узорчатые коричневые ковры и латунных собак, сидящих на изразцовых каминах.
Сюзи не очень-то развеселилась. «Я правда это ненавижу».
«В чем дело? Тебе не нравится Норфолк?»
«Я сбежал к морю, чтобы выбраться из этой дыры. Посмотри-ка, это как гребаный Западный Белфаст в плохой день. Дайте мне Блюуотер и мою новую оранжерею в любое время».
Я огляделся по сторонам, прекрасно понимая, что она имела в виду, если не считать части с Блюуотером.
Мы продолжили путь по Локе, проехав первые две дороги, параллельные улице Сэра Льюиса. Из углового магазина вышел китаец лет двадцати с небольшим с газетой под мышкой и пальцем в безымянном колечке колы. Он сделал большой глоток, запрыгнул в старую красную «Ладу» и уехал с нужной дороги.