Чтение онлайн

Король затряс головой решительно и уверенно.

— Мы так не поступаем здесь, Повелитель Кейн. Начиная с зарождения нашей расы, рабы крови могли гарантировать благополучие королевской семьи.

— Я вижу, — рабы крови могли также гарантировать злоупотребление королевской семьи. — И каково будет наказание для Жозефины за преступление Синды?

— Прислужницу Жозефину должны все избегать в течение месяца. Любой, кто заговорит с ней, будет убит.

Лучше, чем он мог ожидать. Однако, Кейн расправил плечи и напряг ноги, готовясь к сражению.

— Тогда у нас проблема. Я собираюсь с ней разговаривать, и это не обсуждается.

Кристальные глаза сузились.

— Очень хорошо, — согласился король после некоторых раздумий, — но ты будешь получать удар плетью за каждое слово.

— Что? — выпалил кто-то из толпы.

— Нет. Нет, Повелитель Кейн! — закричал другой.

— Нет, — захрипела Динь-Динь.

Кейн прервал ее одним взглядом. Заставляя замолчать.

Она затрясла головой, от чего ее темные волосы рассыпались по плечам, и сказала:

— Не делай этого.

Она все еще беспокоилась за него, даже после того, как он так сильно подвел ее. Его решимость усилилась. Он ответил королю:

— По своей воле я никогда не подчинюсь наказанию, — это ослабило бы его, а ему необходима каждая частичка силы, которую он мог собрать. — Я сомневаюсь, что у вас получится заставить меня… — за исключением Злого Властелина и его способностей, но тогда Кейн мог бы отрезать ему язык, и проблема решена —…а мужчины заплатят высокую цену за попытку.

Позади него в обморок упала женщина.

Принцесса сложила руки на груди и усмехнулась.

— Он так великолепен, когда жесток. Как скоро мы сможет сыграть свадьбу?

— Замечательный вопрос. Думаю, успеем к концу месяца, так что, у нас есть десять дней. — Король ударил скипетром о мраморный пол с такой силой, что образовались трещины. — Сейчас. Все вернутся к своим обязанностям. А ты, — зарычал он на Кейна. — Ты присоединишься ко мне в моих апартаментах.

Жозефина натирала тряпкой уже чистые перила лестницы, удивленная, что со временем они не потускнели… из какого бы материалы ни были сделаны.

Это было похоже на звездный свет и облака. Чуть выше нее висела люстра, в которой чередующиеся опалы, сапфиры и изумруды, казалось, крепились прямо к воздуху и отбрасывали радужные блики во всех направлениях, даже на пол, находящийся несколькими этажами ниже.

Хотелось бы мне спрыгнуть.

Глупый Кейн. Ему стоило убить ее, когда представился шанс. Но теперь она собиралась заставить его пожалеть. Да. Жозефине нравился этот план.

Как он посмел согласиться жениться на принцессе Синде?

Синда будет лгать, и изменять ему. Желание этой девчонки всегда быстро загоралось, но так же быстро угасало.

Она пережует Кейна и выплюнет, не оставив ничего, кроме костей, которые Жозефина, рискуя своей жизнью, спасла.

Как он мог хотеть эту девчонку? Как он мог не видеть того, что скрывалось за ее хорошеньким личиком?

Глупый, глупый, глупый мужчина!Жозефина топнула ногой. Гнев легче перенести, чем еще один отказ.

В тот момент, когда Кейн согласился на свадьбу, внутри нее что-то надломилось. Ее охватили темные эмоции. Жозефина едва не упала на пол и не разрыдалась. Едва не закричала: "Он мой! Весь мой!"

Но он не был ее и никогда не будет.

Как и она не станет его.

Неужели Тиберий отдал бы ее Кейну, надеясь, что воин скорее, накажет ее, когда она будет дурно себя вести, чем его прекрасную новую жену? Неужели Кейн и правда накажет ее? Если он и впрямь это сделает… Жозефина впилась ногтями в тряпку.

Я заставлю его пожалеть, что не умерла. Я заставлю его.

Ее подбородок задрожал, и она шмыгнула носом.

— Я хотел бы поговорить с тобой, Динь-Динь, — раздался мужской голос.

Встряхнувшись от своих гневных мыслей, Жозефина осознала, что прямо рядом с ней стоит Кейн.

Позади него стояли два охранника, тщательно отводящие от Жозефины взгляд, должным образом избегая ее, и все же продолжая выполнять свои обязанности, беззастенчиво подслушивать.

Кейн только что сказал ей восемь слов, а это значит, что обрек себя на восемь ударов хлыста. Жозефина хотела, чтобы он страдал, но не таким образом.

— Уходи, — сказала она, на всякий случай, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

— Оставьте нас одних, — приказал Кейн охранникам.

— Как пожелаете, господин Кейн. — Пара охранников устремилась в противоположный конец коридора.

— Тебе же известно, что не позволено разговаривать со мной, — сказала она. — Никому не позволено.

— Ты хочешь, чтобы я потратил несколько слов, объясняя тебе, что делаю то, что хочу, и, когда хочу? Потому что я хочу. И не возражаю.

Тридцать два удара плетью. И все ни за что!

— Заткнись, глупый мужчина.

Уголки его губ дернулись. Эта борьба с весельем ввела Жозефину в замешательство. Она только что оскорбила Кейна, а он смеялся над этим?

"Я никогда его не пойму".

— По крайней мере, твои глаза снова стали нормальными, — сказала она.

Кейн погладил кожу под ними.

— Ты серьезно?

Тридцать четыре удара. Жозефина кивнула, надеясь, что ее молчание заставит его последовать ее примеру.

Взгляд карих глаз Кейна прошелся по всему ее телу, заставляя его гореть. Что бы он там ни увидел, это, должно быть, разозлило его, потому что он провел языком по зубам.

— Кровная рабыня — вот причина, из-за которой ты желаешь умереть, да?

Жозефина прекратила попытки подсчитать его слова и просто ответила. Это была его спина, его мучительная боль. Если он не собирается помогать себе, она не собирается лезть из кожи вон и делать это за него.