Чтение онлайн

Они гоняют меня по кругу, не оставляя не единого шанса на спасение. Лай становится громче, когда на поляне появляется пара крупных черных псов. Оскалившись, они бросаются в мою сторону.

– Не допускай того, чтобы его поймали, - кричит Катрина.
– Ты же знаешь, что тогда будет!

– Да. Шериф повесит его… - отвечает Адель.

– Уводим его подальше, - командует Катрина.

И мои мертвые девушки меняют тактику, окончательно переходя на мою сторону.

– Сюда, - говорит Катрина, появляясь справа от меня.

Адель парит слева от меня.

Мы трое снова объединились ради одной цели.

Я - самое важное в их существовании.

Мне необходимо скрыться от собак, поисковиков и шерифа. Я должен избежать суда.

И мы бежим.

Глава 7

Я почти теряю сознание, не имея возможности отдышаться. Мы бежали так долго и так быстро, что мне кажется, словно я вот-вот рухну. Но мои мертвые девочки совсем не устали. Они никогда не выбиваются из сил. Девчонки порхают около меня, подобно бабочкам, и на их лбах нет ни капли пота.

Между тем, собаки уже совсем близко. Одна из них делает бросок вперед, вцепляется мне в лодыжку, разрывая зубами брюки, и я падаю.

– Пошли прочь!
– кричит на псов Адель.

Один из них, кажется, видит ее. Он взвизгивает, разворачивается и уносится в обратном направлении.

Но второй пес лишь утверждается в своем намерении поймать меня.

Позади нас раздаются мужские голоса.

– Куда он побежал?

– Я что-то нашел… Здесь труп!

– Это Адель? Она мертва?

Как они умудрились найти тело, если мы не смогли сделать этого втроем за всю ночь? Уже поздно размышлять об этом, я не могу повернуть время вспять и исправить то, что сделал. Адель по-прежнему носится с собакой, стараясь держать ее подальше от меня. Катрина смотрит назад, на мужчин, которые ищут меня.

Вторая черная собака продолжает преследовать меня.

Я мчусь мимо елей и дубов, сквозь колючие кусты можжевельника, пересекая небольшой ручей, а затем взбираясь вверх по крутому склону. Все это время пес то и дело огрызается и нагоняет меня, его клыки длинны, словно кинжалы, а челюсти сильны, подобно тискам…

Я цепляюсь за пучки травы и фиалок, подтягиваясь вперед, забираясь все выше…

Собака почти догоняет меня, она совершает бросок и я тоже…

Теперь она на мне, ее клыки вцепились в мое левое предплечье. Я взвываю от боли, и тут же от страха… Все внутри меня сжимается, когда мои ноги не могут найти опоры.

Я срываюсь вниз.

Падаю.

Мы с псом падаем все ниже и ниже, но зверь не отпускает меня, хотя мы летим вниз в бескрайнюю черную бездну.

Для нас пути назад нет.

Не теперь.

Больше никогда.

Моя спина ударяется о каменистые выступы, корни, ветви, моя правая рука вывернута, но я все еще падаю. Кажется, что это длится вечно.

И вот…

Дно ущелья готово принять меня: голодное, готовое сожрать меня, поглотить мою плоть и кости. Я пронзен, сломлен, уничтожен, и боль накрывает меня с головой.

Последнее, что я вижу, - это как мои мертвые девочки летят ко мне.

Глава 8

Боль продолжается гораздо дольше, чем ожидалось. Я вообще не уверен, что она когда-нибудь утихнет. Моя спина, руки, ноги, каждая часть моего тела сломана, изувечена, и я сомневаюсь, что способен двигаться.

И даже дышать.

Моя грудь больше не поднимается и не опускается.

Катрина склоняется надо мной. Черный жук срывается с ее губ, приземляясь на мои. Я вздрагиваю и пытаюсь стряхнуть его, но не могу.

– Уильям?

Я слышу голос Адель, но не вижу ее.

– Поднимайся, - говорит Катрина.

Ее глаза застилает мутная пелена, и я поражаюсь тому, что она способна видеть меня. Да и вообще что-то, если уж на то пошло.

– Вставай немедленно. Если ты пробудешь в таком положении слишком долго, ты вовсе потеряешь способность перемещаться.

– Ты серьезно?
– любопытствует Адель.

Она еще такой ребенок. Такая наивная и незрелая. Не понимаю, что я вообще в ней нашел.

Но затем я ухмыляюсь, вспоминая изгибы ее тела.

И в этот момент неожиданный озноб пронзает меня с такой силой, что я готов взвыть. Они обе наклоняются и погружают свои призрачные руки внутрь меня.

– Прекрати! Это же не больно. Вовсе нет.

Я не в силах говорить, но им плевать на это. Их длинные костлявые пальцы копошатся внутри меня, царапая мои внутренности, что-то выискивая, пока, наконец, не нащупывают то, что нужно.

Вот черт, мое тело пронзает боль куда более сильная, чем после падения, и мой крик эхом разлетается по всему каньону.

– НЕ-Е-Е-ЕТ!

Они продолжают терзать меня, смеясь и ухмыляясь.

– Он говорит!

– Это всего лишь стон. Любому призраку это доступно. Тяни сильнее!

Я слышу треск, хруст, скрежет. Чтобы это ни было, мне кажется, что только что одна из моих костей была извлечена из меня. Эта боль — тупая сокрушительная боль — пробуждает во мне желание умереть…

Если этого уже не произошло.

Я скулю, словно несчастный раненый щенок.

– И снова стон, - вздыхает Адель.

– Скоро он заговорит. Просто дай ему время, - отвечает Катрина.

Теперь все по-другому. Боль, которая все это время изводила меня, исчезла. Я просто забыл о ней. Какой она была? Что я чувствовал после того, как сорвался с обрыва, после того, как пес терзал мою руку, после того, как я ударился об землю, переломав все на свете?

Я не мог вспомнить.

Катрина стоит по левую руку от меня, улыбаясь так широко, словно хэллоуинская тыква. Справа от меня мельтешит Адель, вовсе не такая милая, как была при жизни.

Я смотрю вниз и понимаю, что стою. Действительно стою на своих двоих. Я больше не прижат к камням, словно жук под чьим-то ботинком.

– Что… происходит…

Мой голос звучит так неуверенно, словно это первые слова, которые я произношу в жизни.

– А вот и он!
– ликует Катрина.

– Такой забавный, - добавляет Адель.

Я пытаюсь коснуться ее, но моя рука проходит насквозь. Это не удивляет меня. В конце концов, она мертва. Но моя рука продолжает движение, проходя сквозь деревья и даже камни. Я замираю в недоумении.