Чтение онлайн

— Убей ее, Крузалла!

— Уничтожь суку!

Ее рычание не произвело на меня никакого впечатления. Или ее поклонники. Был только один способ закончить эту борьбу. Со мной, стоящей над ее телом. Она была существом, которое охотилось на проклятых, получая удовольствие от пыток других. Независимо от того, заслуживали ли проклятые ада или нет, существо, которое процветало, причиняя бесконечную боль, не заслуживало ничего, кроме уничтожения.

Она снова качнулась вперед, на этот раз двигаясь с большей осторожностью. И я заметила, что она немного прихрамывает. Я парировала ее следующий замах окровавленным цепом. Но она оказалась хитрее и быстрее, чем я думала, изменив прицел ровно настолько, чтобы попасть в нижний край моего правого крыла. Резкая боль и взрыв голубых перьев взлетели в воздух, разразившись хором демонических криков.

Пламя ярости лизнуло мой позвоночник, когда я взглянула вниз на повреждения. Когда я раскрыла и захлопала крыльями во всю ширь, зрители ахнули от благоговения и замолчали, даже когда музыка продолжалась. Я уставилась на Крузаллу, молча призывая ее подойти ко мне. Давай, попробуй еще раз дотянуться до моих крыльев.

Она зарычала и зашипела. Медуза горгона не могла быть более ужасной по поведению и внешнему виду, чем эта зверюга. Я сражалась с титанами-драконами и гигантскими монстрами в двадцать, тридцать раз больше меня. Я победила фурий, мускулистых рогатых зверей, которые служили стражами для демонов. Я сражалась с одним из принцев демонов, и хотя он укусил меня, я все равно сбежала. Я даже сражалась со злыми людьми, которые охотились на невинных детей, изгоняя их из этого мира и отправляя их души в Ад без оглядки. Это существо и близко не было таким страшным, как любой из них. Она проводила свои бесконечные ночи, мучая закованных в цепи жертв. Я провела свою жизнь, сражаясь со свободными зверьми, более злобными и кровожадными в искусстве жестокости, чем она когда-либо могла быть.

Это будет быстрая схватка. Это говорило не мое тщеславие, это была чистая правда. Хотя я все еще скрывала опасный секрет от Доммиэля. Какая-то эгоистичная часть меня хотела подождать. Я знала, когда ждать будет слишком опасно. Я бы никогда не стала подвергать его опасности, потому что он, безусловно, сделал бы что-нибудь, как только петля на моей шее затянется слишком туго, и я стану пешкой Обезьяны. Я взглянула на него, где он теперь стоял на ногах, скрестив руки на груди, выглядя свирепым и довольно опасным. И таким ослепительно красивым.

Инстинктивно я пригнулась, когда кинжал пролетел над моей головой, почувствовав это раньше, чем увидела. Повернувшись к поле боя, я сосредоточилась на Крузалле. И ее неминуемой кончине. Я покрутила кинжалы на тыльной стороне костяшек пальцев, крепко сжимая рукояти, затем подняла голову и рассмеялась.

С отрывистым рычанием она бросилась вперед, описав цепом круг над головой. В нужный момент я присела на корточки и сильно взмахнула крыльями. Перевернувшись вверх тормашками, я рассекла плоть на внутренней стороне ее руки, которым она размахивала цепом. Я глубоко вонзила свой клинок. Брызнула черная кровь. Ее цеп с острым как бритва концом со звоном влетел в решетку.

Ловко приземлившись на ноги, я прошлась по кругу, хлопая прижатыми крыльями, моя броня в ответ звякнула стальными пластинами. Ее наполовину отрубленная рука висела на сухожилиях и костях. К ее чести, Крузалла не издала ни звука боли. Скорее, она издала боевой клич и вытащила из-за пояса топор, метнув его со сверхскоростью в мою голову. Я увернулась. Тихий звон стали, разрезающей кончики моих волос, доказал, как близко я ее подпустила. Не останавливаясь на своем, уклоняясь и отворачиваясь, я взмыла в воздух, высоко подняв оба лезвия.

Крузалла потянулась за лезвием в ботинке, но не раньше, чем я нанесла удар правой рукой, промахнувшись мимо ее горла и угодив ей в грудину над обнаженной грудью. Я повалила нас обеих на землю. Но её мощная рука обвилась вокруг моей талии, благодаря чему она перевернула нас, и я оказалась под ней, схватившись своей рукой за моё горло она пыталась задушить меня. Казалось, то, что мой клинок вонзился в её грудь совсем не беспокоило ее. Её лицо отвратительно исказилось в дьявольской улыбке, когда она посмотрела вниз.

— Миленькая, маленькая птичка скоро умрет!

Толпа разразилась оглушительным ревом. Их злобные насмешки волной прокатились по залу, крики желающих моей крови обрушились на меня как дождь.

— Сломай ее крылья!

— Перережь ей горло!

— Выпотроши ее!

Поскольку вторая рука Крузаллы не работала, она не могла дотянуться до своего оружия. Или заблокировать мою левую руку.

— Они хотят твоей сладкой крови, миленькая птичка, — усмехнулась она. — Я дам её им, как только ты испустишь свой последний вздох.

Яростные крики стихли вдали. Курзалла тоже исчезла. Моё сознание начало проваливаться в бессознательную пропасть. Но это не имело значения. Все моё внимание было сосредоточено на внутренней сути моей полуночной любви. Он пульсировал в моем теле, ослабляя мгновенную панику и делая вздохи проще. Всё не имело значения. Что-то больше было здесь, чтобы помочь мне.

Энергия хлынула в меня, такая яркая и горячая. Не только моя, но и Доммиэля, они сливались воедино, образуя прекрасный клинок мстительного желания. Он владел своей сущностью внутри меня, требуя, чтобы я сосредоточилась, боролась и победила. Не то чтобы я этого не хотела с самого начала, но желание Доммиэля было обжигающей потребностью, которая текла по моим венам, как жидкий огонь.

Хоть сейчас мои конечности и подвели меня, и Курзалла практически задушила меня, я протянула правую руку между нами, вытащив клинок и со всей силы ударив её прямо в подбородок, рассекая весь череп. Её руки соскользнули с моего горла, а тело свалилось безвольный кучей рядом со мной.

Вздохнув полной грудью, я поднялась, пошатываясь на своих ногах. Крики зрителей стихли. Музыка была выключена. Но я ещё не закончила. Ещё нет. Даже близко.

Спотыкаясь об свои ноги, я двинулась вперёд. Поставив ботинок ей на живот, я ухватилась за рукояти клинков и со всей силы выдернула их с резким звуком, разбрызгивая чёрную кровь. Оседлав ее плечи, я начала рубить ее своими клинками. Один, два, три. На четвёртый раз я услышала треск ломающихся костей. Лихорадочная потребность калечить одурманила меня.

После пятого взмаха клинками, ее шея держалась на одном лишь куске плоти. Быстрым движением правого клинка я пронзила ее левую сторону груди, где было её сердце, затем я оторвала ей голову.

Подняв открытую ладонь над её телом, я не прошептала заклинание, чтобы отправить ее душу в Ад, я прокричала его. Старое заклинание наполнило подземную камеру вырвавшимся потоком энергии вокруг меня. Воздух начал потрескивать, когда её тело сморщилось и потемнело, превратившись в иссохшие чёрные конечности. Все это время в моей груди нарастала ярость убийства. А потом «бум». Её обезглавленное тело взорвалось с оглушительным грохотом, в воздухе появились клубы чёрного дыма и оранжевый золы. А след от сажи на загрязненным полу отмечал место, где ещё недавно было её тело. Я отправила её чёрную душу в самые тёмные глубинны Ада. Теперь её будут пытать в Эребусе.

Я подняла ее окровавленную голову, все еще болтающуюся в моей руке, и медленно повернулась, чтобы безмолвная Орда увидела, что я сделала с их чемпионом.

Тьма окутала меня, когда я развернулась, чтобы все видели чёрную кровь, которая стекала с меня. Моя реакция показалась мне странной, но не неправильной. Она заслужила смерть. Она заслужила, чтобы её ещё больше изувечили, стерли с лица земли, как и остальных подобных ей, которые уставились и осматривали меня сверху-вниз. Некоторые были в шоке, некоторые недоумевали, но большинство смотрели с угрозой. Тьма, которая сгущалась, подсказала мне, что я могла бы убить большинство из них.