Чтение онлайн

— Это не так, Александрия, это не верно. — Он безмолвно двигался к ней плавно и медленно, только его голос в голове был бархатистым и удивительным. Она потерла лоб.

— Боже, ты у меня в голове… Ты действительно считаешь, что я решу, будто это нормально — говорить друг с другом мысленно? Ты всегда знаешь, о чем я думаю?

— Это нормально для Карпат. Ты не вампир, cara. Ты Карпатка. И ты моя Спутница жизни.

— Остановись! Не говори больше ничего! — Предостерегла его Александрия.

— Я буду продолжать, пока ты не поймешь разницу.

— Я понимаю, что ты сделал меня такой. И предполагается, это должно меня радовать. Считается, что никто не живет в течение столетий, и что никто не убивает других для выживания.

— Животные делают это все время, piccola. Животные еще и убивают людей ради пропитания. Но, так или иначе, мы не убиваем, когда питаемся, тогда как вампиры часто делают это. Это запрещено, это заражает кровь, уничтожает душу. — Говорил он терпеливо. — Нет никакой необходимости бояться новой жизни.

— У меня нет жизни. — Наблюдая за каждым его движением, она медленно двигалась в направлении двери. — Ты забрал ее.

Он был в нескольких футах от тяжелого каменного входа, она двигалась медленно. Но даже когда она резко устремилась в открытую дверь, его рука успела остановить ее. Его тело, такое большое и сильное, преградило путь к свободе.

Александрия все еще продолжала двигаться.

— Я думала, что я не пленница.

— Почему ты не хочешь принять мою помощь? Если ты уйдешь из палаты с таким голодом, как сейчас, то станет только хуже.

Эйдан не касался ее, но она чувствовала его тепло. Казалось, ее тело тянется к нему. Даже ее сознание искало его. В ужасе она оттолкнула Охотника.

— Уходи от меня. Я хочу побыть с Джошуа. Мне нужно подумать, и я не хочу тебя видеть. Если я не твоя пленница, то убирайся.

— Ты не можешь пойти в таком виде к мальчику. Ты вся в земле.

— Где у тебя душ?

Он поколебался, затем решил не упоминать, что он ей не нужен, если она не хочет его присутствия. Пусть думает, что она такой же человек, какой и была. Это ему ничего не стоит.

— Ты можешь использовать свою ванну на втором этаже. Одежда находится в твоей комнате. Все спят, но там ты никого не побеспокоишь.

Он отступил в сторону и жестом указал в направлении прохода.

Александрия пробежала туннель, находящийся в скале. Ей придется оставить это место. Что она собиралась делать с Джошуа? Эйдан все дальше затягивал ее в свой мир. Мир безумия, сумасшествия. Ей придется уйти.

Она никогда не была на втором этаже. Но она была настолько погружена в свои мысли, что даже не обратила внимания на богато украшенные перила, махровые ковры, элегантность комнат. Мэри все сделала прекрасно, разместив вещи Александрии таким образом, что вокруг создавалось ощущение ее дома. Александрия сняла грязную одежду и вошла в большую душевую кабину. Все было настолько новым, словно никто и никогда ничем не пользовался.

Она открыла воду, такую горячую, какую только она могла вытерпеть, и подставила лицо потоку, пробуя заглушить истерику. Она не была вампиром, не была убийцей. Она не принадлежала этому дому. Джошуа, конечно, тоже не останется здесь. Она закрыла глаза. Что ей делать? Куда они могли пойти? Она медленно погрузила свои пальцы в густой пучок, распуская его, чтобы вымыть волосы. Длинные и быстрорастущие, они упали ей на бедра, пока она массировала шампунем голову. Что ей делать? У нее не было ни одной мысли, ни одной…

Голод, мучая, нарастал, пока ее мозг не оказался полностью занятым им. Она чувствовала на языке вкус крови Эйдана. Ее рот заполнился слюной, и тело запросило большего. Слезы, смешиваясь с водой, лились по ее лицу. Она не сможет, этого не будет. И самое худшее было то, что она не могла быть без Эйдана. Она чувствовала в своем сознании его согласие. На сердце было тяжело, она чувствовала себя больной вдали от него. Алекс не могла перестать думать о нем.

— Я ненавижу то, что ты сделал со мной. — Громко прошептала она, надеясь, что он слушал ее мысли.

Она одевалась медленно, тщательно выбирая одежду. Любимая пара джинс с двумя разрезами, которые она носила. Она любила чувствовать их на своей коже. Они были привычной частью ее обихода. Ее любимый кардиган, связанный из ниток цвета слоновой кости, с маленькими круглыми кнопками, которые всегда создавали у нее ощущение женственности.

Как она закончила вытирать свои волосы, то впервые посмотрела на себя в зеркало. Ее слегка потрясло отражение. Был момент, когда хотелось позвонить Томасу Ивену и попросить переделать некоторых героев вампиров для его игр. Его идеи больше не казались блестящими. Она выглядела хрупкой, бледной, со слишком крупными для ее лица глазами. Она прикоснулась к своей шее. Кожа была гладкой и шелковистой, никаких шрамов и заживающих ран. Затем она стала в удивлении изучать свои руки и ногти. Она никогда не могла отрастить длинные ногти. Ее пальцы сжались в кулаки.

Она не могла оставаться в этом доме. Ей нужно было выяснить, как отвести Джошуа в безопасное место. С голыми ногами она вышла в коридор. Не было никакой необходимости включать свет, она абсолютно ясно видела в темноте. Эйдан настраивался на нее, она закрыла себя, оберегая от опасности. Алекс не хотела, чтобы он знал, о чем она думает или что чувствует. Она не хотела признавать, что сильно отличалась от любого человеческого существа. Очень медленно она пошла вниз по ступенькам.

Она знала точно, где был Джошуа. Она безошибочно нашла путь к комнате, в которой он спал. Она стояла в дверном проеме и просто наблюдала за ним, ее сердце болело за них обоих. Он выглядел таким маленьким и уязвимым. Его яркие волосы рассыпались вьющимся ореолом на подушке. Она слышала его мягкое дыхание.

Александрия медленно приблизилась к кровати, слезы застилали глаза. Джошуа столько потерял. Она была плохой заменой их родителей. Не то чтобы она не пробовала, но у нее никогда не получалось увести Джошуа из ужасных окрестностей города. Это казалось горькой иронией — сейчас, когда ее брат, наконец, был в особняке, окруженном всем, что можно купить за деньги, и собирался пойти в одну из самых престижных школ вокруг, а мужчина, который сделал это возможным, был вампиром.

Она сидела на корточках возле кровати и держала его за руку. Что она будет делать? Хороший вопрос. Но только вопрос. Могла ли она забрать Джошуа и сбежать? Разве Эйдан позволит ей уйти? Она знала, в глубине души, что именно он позволил ей уйти, когда пытался ее накормить. Он был гораздо более силен, чем она могла предположить, и он скрывал свой полный потенциал от нее.

Алекс постаралась замедлить свое дыхание. У нее не было никаких родственников, чтобы забрать Джошуа. Не было никого, чтобы помочь ей. Бежать было некуда. Она наклонилась, чтобы поцеловать его макушку. Но, сразу же, почувствовала движение его крови. Она слышала, как она пульсировала через вены. Она стала интересоваться пульсом у него на шее. Она почувствовала запах свежей крови, и ее рот наполнился слюной. Александрия глубоко вдохнула, касаясь щекой шеи Джошуа.

Александрия почувствовала, как удлиняются ее клыки. С ужасом она отскочила от кровати, подальше от спящего ребенка. Она мгновенно достигла двери и выскочила прочь. Одной рукой зажимая рот, она побежала через дом вниз, в зал. Резко толкнув парадную дверь, Алекс вырвалась в темную ночь, которой теперь принадлежала.