Чтение онлайн

Возможно, и ему следует опасаться этой силы.

Когда Смертоносные Всадники проехали, Грюннарх присоединился к пешим солдатам своей армии. Проклиная свое нежелание прямо обвинить Ларика в том, что он служит сразу двум хозяевам, Грюннарх сердито ехал по дороге, злобно отбрасывая все, что встречалось у него на пути, и немилосердно дергая поводья своего несчастного коня. Поэтому получилось так, что Ларик первым из северян оказался на вершине Прохода Динлок и увидел длинную, ведущую вниз, в долину Мурлок, тропу. Здесь тропа становилась достаточно широкой, всадники снова оседлали своих лошадей, и воины в красном поехали через голые, насквозь продуваемые ветром скалы.

Ночь опустилась на горы раньше, чем основная часть армии добралась до вершины Прохода Динлок. Грюннарх, который не очень-то умел действовать в горах, слишком поздно объявил привал, и из-за попыток разбить лагерь в незнакомом месте, да еще когда уже начало темнеть, произошло немало несчастных случаев и путаницы. Впрочем, вскоре взошла яркая луна, и большая часть людей смогли отыскать для себя укромное место, где их не доставал пронизывающий ветер, и устроиться на ночлег. И все же, надо сказать, это была не самая приятная ночь в их жизни.

В резком свете полной луны Грюннарх сидел у небольшого костра и обдумывал положение, в которое попала его армия. Ему было не по себе, к тому же, они потеряли кучу времени, взбираясь вверх по Проходу. С каким-то мрачным предчувствием король пытался объяснить себе то странное ощущение присутствия колдовской силы, которая теперь отделяла его от Смертоносных Всадников. Из расщелины в скале появилась темная фигура и двинулась в сторону Грюннарха. Коричневый плащ, в который был закутал человек, указывал на то, что он не из армии северян, и все же каким-то образом ему удалось пройти мимо постов незамеченным. Король уже решил, что непременно отыщет виновного и как следует его накажет, а рука в это время уже легла на короткий кинжал, спрятанный под складками плаща.

Человек уселся у костра напротив Грюннарха, и тот заметил, что незнакомец одет в простую одежду лесника; на голову он натянул глубокий капюшон, так что из-под него были видны лишь горящие злобой глаза.

Стараясь унять дрожь, король северян посмотрел прямо в глаза незнакомца.

– Кто ты?

– Я – Траэрн, друид из Долины Мурлок. Я прибыл, чтобы указать вам дорогу.

Кольцо рыцарей на белоснежных конях медленно сомкнулось вокруг Тристана, и он видел, что каждый из них защищен великолепными сияющими доспехами. Даже, несмотря на большие кольчуги, всадники казались хрупкими, а их лошади – огромными. Но вели себя рыцари, держали свое оружие с уверенностью опытных воинов.

– Кто ты? – резко спросил принца один из всадников, лошадь которого стояла прямо напротив Тристана, и тут принц с изумлением обнаружил, что перед ним женщина. У нее был высокий, музыкальный голос, которому вовсе не шел грубо заданный вопрос.

– Тихо, Карина! – заговорил другой, начальственный голос. Этот голос тоже принадлежал женщине.

Тристан неподвижно сидел на спине могучего жеребца, наблюдая за рыцарями, молчаливо стоявшими вокруг него. Меч Симрика Хью лежал в ножнах, и доставать оружие было уже поздно.

Принц прикидывал, сможет ли он на своем удивительном скакуне перепрыгнуть через кольцо всадников, но тут один из них – тот, который заставил замолчать Карину, – нарушив круг, подъехал к Тристану. Ее копье было небрежно опущено вниз, словно она давала принцу понять, что не собирается нападать на него. Принц смотрел на женщину, и какая-то часть его сознания отметила великолепие ее доспехов. На боку висел длинный меч, а голову защищал островерхий шлем, который лишь подчеркивал тонкие черты ее узкого лица.

Лошадь оказалась на целую ладонь ниже жеребца принца, но была столь же стройной и мускулистой. Броня из того же серебристого металла защищала грудь и бока лошади. Принц заметил, что седло было тяжелым и глубоким, обеспечивая устойчивое положение для всадника и дополнительную защиту лошади. Узкое забрало шлема было открыто, и Тристан с интересом посмотрел на лицо всадницы. Удивительно хрупкое лицо украшали огромные лучезарные карие глаза. Завитки золотистых волос обрамляли лицо, беспорядочно выбиваясь из-под облегающего шлема.

– Как случилось, что ты оседлал Авалона? – резко спросила она.

– Он сам пришел ко мне в мой лагерь в лесу. Я вскочил на него, и он сразу поскакал в эту долину. А в чем, собственно, дело?

– Значит, он разрешил оседлать себя? – спросила она.

– Да.

– Скажи нам, пожалуйста, свое имя, – попросила женщина-рыцарь, явно смущенная чем-то.

– Меня зовут Тристан Кендрик, принц Корвелла.

Ответная реакция всадников была совсем не той, что ожидал Тристан.

Все рыцари, одним слитным движением, несмотря на тяжелые доспехи, опустили свои знамена и спешились. Принц заметил, что Карина некоторое время колебалась, прежде чем спрыгнула со своего коня.

Неожиданно воительница, стоящая перед ним, обнажила свой меч и стала на колени. Она вытянула меч перед собой и заговорила:

– Милорд, меня зовут Бригит. Я командир отряда Сестер Синнории. Мы ллевиррские воительницы, и ты можешь располагать нами.

…Полдо почти задремал, стоя на страже, перед рассветом. Вдруг он вздрогнул, с удивлением увидев белые фигуры всадников, появившихся из темноты.

– Он вернулся! И он по-прежнему на белой лошади! И!… – тут от изумления у Полдо перехватило дыхание, когда большая группа всадников выехала на поляну.

– …и он привел с собой целую армию! – запинаясь закончил он, когда Робин и Керен подошли к нему. Дарус едва сдерживал собак, у которых шерсть встала дыбом. Даже Гэвин с беспокойством смотрел на приближающихся незнакомцев. Принц соскочил с коня перед своими друзьями. Улыбаясь, он показал в сторону женщин-рыцарей и просто сказал:

– Это Бригит и ее лейтенанты, Карина и Маура.

Карина продолжала подозрительно хмуриться, с пренебрежением глядя на спутников Тристана, но две другие девушки приветствовали их с очевидной искренностью.

– Они ллевиррские воительницы из Синнории и они готовы помочь нам в войне с северянами.

– Неплохо, – пробормотал пораженный Полдо. Действительно, рыцари выглядели весьма воинственно. Их доспехи были не только необыкновенно красивыми и изящными, но и надежно защищали все тело. Легкие копья и длинные узкие мечи казались хрупкими, но мастерство оружейников не оставляло сомнений в прочности металла, из которого они были сделаны.

Воительницы сняли шлемы и принялись разбивать лагерь, а Тристан впервые смог как следует разглядеть их лица. Для человека их волосы были слишком длинными и золотыми; на хрупких лицах сияли огромные карие или зеленые глаза. Кончики заостренных ушей пробивались сквозь золотистые локоны. Что-то детское и удивительно прекрасное таилось в этих утонченных женских лицах.