Чтение онлайн

— У тебя что-то болит? Ты можешь ходить?

— Все в порядке. Просто меня немного знобит.

Эрик открыл заднюю дверцу машины, аккуратно поднял Тамару и усадил на сиденье. В этот момент Роланд захлопнул багажник.

А где остальные? — обратился к нему Эрик с безмолвным вопросом.

Они редко произносили слова вслух.

Разбежались, дорогой друг, — так же ответил Роланд.

И ты дал им уйти? Роланд, ты должен был наказать их.

Как насчет того парня? Ты убил его?

Пока нет. — Он почувствовал, как внутри опять нарастают гнев и ненависть к мерзавцу, который пытался изнасиловать Тамару. — Но я обязательно это сделаю, а потом убью и остальных, которые ему помогали.

Ты уверен, что тебе необходимо это убийство, Эрик? Те двое еще совсем мальчишки. Не трогай их. Так будет лучше всего.

Тамара встала с сиденья. Эрик понял, что не закрыл дверь. Она подошла к нему и положила руку на плечо:

— Роланд прав, Эрик. Они же еще совсем дети. Когда они увидели, как ты отделал их главаря, они убежали, поняв, как им повезло избежать встречи с тобой. И ты знаешь, что не сможешь вернуться и хладнокровно добить того парня. Это был бы не ты.

Роланд смотрел на нее широко открыв глаза, весь его вид выражал невероятное удивление.

— К таким вещам сразу сложно привыкнуть. Странно осознавать, что смертные слышат мои мысли. Хотя, полагаю, это происходит, только когда я разговариваю с тобой, Эрик. Она слышит то, что и ты.

Эрик кивнул. Он снял пальто и набросил его на плечи Тамары.

— Она слышит все, что слышу я, — подтвердил он. — Если прислушается к себе, может узнать мои чувства. Она легко читает мои мысли. Я ничего не могу от нее скрыть. — Эрик разговаривал с Роландом, но все, что он говорил, предназначалось Тамаре. Он пытался убедить ее, что она может ему доверять. — Надо отвезти ее домой. Поехали?

Роланд отскочил от машины, словно боялся, что она его укусит.

— В этом?

Тамара не смогла сдержать улыбки. Эрик поймал ее взгляд и тоже улыбнулся. С ней все будет хорошо.

— Мне очень приятно, что вы оба разделяете мою ненависть к этой машине. Я попробую доехать сама, спасибо за помощь.

Роланд в своем черном плаще поклонился и быстро скрылся в темноте.

Эрик обошел вокруг машины и сел на водительское место. Тамара сидела рядом. Он несколько минут просто любовался ею, вглядываясь в такие родные черты, затем перевел взгляд на приборную панель:

— Я водил довольно давно, но, насколько помню, нужен ключ.

Тамара смотрела на него теплым, согревающим взглядом.

— Они были в моей сумке.

Эрик огляделся и увидел ее сумку на заднем сиденье. Он достал ключ, нашел отверстие и вставил его. Когда он сидел за рулем последний раз, зажигание было на панели. Эрик повернул ключ и вздрогнул, когда машина издала отвратительный звук. Тамара рассмеялась. Эрик обрадовался этому смеху. Ему казалось, что вместе с ним она избавляется от излишнего напряжения.

— Когда же ты последний раз водил машину? — со смехом и удивлением в голосе спросила Тамара.

— Точно и не вспомню, но не пугайся, я быстро учусь. — Он пошарил ногой рядом с педалями. — А где же сцепление?

— Это автомат, — сказала Тамара, придвигаясь ближе. — Вот две педали: газ и тормоз. Ставь ногу на тормоз.

Эрик обнял ее за плечи и прижал к себе. Ногу он положил на педаль. Тамара указала на небольшой рычаг:

— Смотри на надписи: «Парковка», «Назад», «Нейтральная», «Движение». Переключи на «Движение».

Эрик послушно следовал ее указаниям. Он медленно ехал по улице, пока не привык к управлению. Вскоре он уже ловко со всем управлялся и уверенно выехал на шоссе.

— Ты сказал, что никогда не смог бы меня обмануть, — сказала Тамара. — Это правда?

— Я мог бы тебе соврать, но никогда этого не делал. Если ты все внимательно обдумаешь, поймешь, что это правда. У меня нет причин лгать тебе, Тамара.

Она кивнула:

— Знаешь, мне совсем не хочется домой. Остановись где-нибудь, поболтаем немного.

Тамара могла и не говорить, что больше всего на свете ей хочется стереть из памяти и с тела следы произошедшего. Она была поражена, как он все понимает. Эрик привез ее к себе домой, припарковавшись за оградой так, чтобы с улицы машина была незаметна. Затем он настоял, чтобы она позвонила Дэниэлу и объяснила, что задержится.

Тамара сказала, что они с Хилари собрались в ночной клуб после ужина и что она не знает, когда вернется. Дэниэл был недоволен, но не стал долго ворчать.

Когда она повесила трубку, в гостиную вошел Эрик, неся поднос с бутылкой коньяку и невероятной красоты пузатыми бокалами. Тамара пыталась прикрыть ладонью обнаженную грудь в том месте, где была разорвана блузка.

— Тамара, ты так прекрасна и невинна, всякие свиньи не должны касаться тебя.

— Я чувствую себя… словно меня вываляли в грязи.

— Знаю. Это нормальная реакция, насколько я понимаю. Думаю, тебе станет лучше после ванны.

— Да. — Она блаженно закрыла глаза. — Хочется соскрести с себя все это.

— Так я и думал. Пока ты говорила с Сен-Клером, я наполнил ванну.

— Да?

Эрик поставил поднос на стол, налил почти полбокала коньяку и протянул Тамаре. Обняв за плечи, он повел ее по длинному коридору.

Ванная освещалась несколькими масляными лампами и множеством свечей в высоких подсвечниках. Ванна цвета слоновой кости на изогнутых ножках в форме лап была наполнена водой с ароматной пеной. Эрик взял из рук Тамары бокал и поставил на столик. Он нажал кнопку на пульте, и комната наполнилась звуками классической музыки. На стенах и потолке плясали тени от пламени свечей, создавая неповторимую, волшебную атмосферу. Тамара опустила руку и поиграла с пузырьками.

— Не могу поверить, что все это ты сделал для меня, — сказала она, поворачиваясь к Эрику.

— Хочу, чтобы тебе было хорошо, Тамара, чтобы ты быстрее забыла все плохое. Я буду заботиться о тебе. И знаешь что?..

У нее на глаза навернулись слезы, так трогательно было это слышать.

— На этот раз я не потеряю контроль. Это было бы неправильно, после того, что тебе пришлось пережить. Я просто буду ублажать тебя.

Эрик взял руку Тамары и поцеловал каждый ее пальчик, потом прижался губами к ладони. Он слышал ее мысли, знал, что она согласна. Эрик снял изорванную блузку и лифчик. На правой груди проступил синяк, Тамаре показалось, что следы чужих рук навсегда останутся на ее теле.