Чтение онлайн

Интересно, когда в ягодно-грибной сезон здесь будет бродить немало людей, – обратит кто-нибудь внимание на просевшую почву? Присмотрится к дерну, увидит, что он был вырезан аккуратными квадратами, затем уложен обратно? Шанс невелик… Когда-то давно здесь шли бои, в лесу множество таких едва заметных понижений почвы, отмечающих давно заплывшие воронки и окопы.

У меня оставалась надежда: если вернусь на место смерти, – может быть, как-то определится дальнейшая посмертная судьба?

Не определилась. Все остается, как было.

Можно, разумеется, завладеть еще чьим-то телом. Отчего бы и нет, раз уж в рай за грехи не берут, а в ад Сатана не пускает… Завладеть, и установить здесь крест с фамилией и двумя датами, а заодно написать для ментов подробный отчет о произошедшем.

О том, как управляющий «Фортуны-лайн» – толстяк, выглядевший достаточно безобидно – предложил сделку: вместо восьми миллионов я получаю триста тысяч, но в рекламных целях изображаю, что получил все, – и раздаю интервью со счастливой улыбкой победителя на лице… Иначе, дескать, не приобрету ничего, кроме судебного преследования за попытку мошенничества: квитанцию объявят поддельной.

Попросив время на раздумья, час спустя я позвонил толстяку и прокрутил запись наших переговоров. И предложил приготовить всю сумму. Если бы я знал, что из-за кризиса дела Трушина весьма пошатнулись и каждый миллион у него на счету, – действовал бы иначе. Да кто ж знал…

Дальнейшее известно: полянка, яма, пуля в затылок.

Ментам будет интересно узнать эту историю, но никакой практической пользы они не извлекут: центральный офис «Фортуны» уже сгорел, толстяк-управляющий умер, застреленный собственным внезапно сбрендившим охранником (а перед смертью поведал, что решение о ликвидации принял владелец заведения, г-н Трушин, а исполнили его личные телохранители). Так что не стоит губить чье-то безвинное тело, чтобы сообщить людям в погонах информацию, переставшую быть актуальной… Какая разница, где лежать? Местечко живописное, ничем не хуже кладбища.

Ладно, надо двигать отсюда… Вот только куда? И зачем?

Придумаю что-нибудь… Разве мало на свете респектабельных мразей вроде Трушина? Поискать, так отыщутся без труда. Подозреваю, что кое-кто из них вскоре начнет удивлять окружающих изменившимися привычками и вкусами, иной манерой речи, другой пластикой движений…

Хватит, надоело получать в своем странствии по телам лишь удары да выстрелы в упор. Попробую, наконец, как живут богатые хозяева жизни… Путешествие предстоит увлекательнейшее, ни один туроператор такого не предложит. Кстати, не стоит зацикливаться лишь на мужских телах. Можно, например, детально прояснить вопрос, чем женский оргазм отличается от мужского…

А когда все удовольствия тела прискучат – а они, наверное, быстро меня утомят – займусь чем-нибудь более глобальным. Политикой и экономикой, например. В планетарных масштабах.

Заманчивые перспективы – будь у меня голова, точно бы закружилась от необозримых возможностей. Завидное посмертие, что ни говори, не у каждого так получается.

Смерть удалась!

Глубокая ночь. Одинокая машина на загородном шоссе. Фары вспарывают темноту как скальпель. Как световой скальпель джедая, увлекшегося на досуге патологоанатомией. Рукоять джедайского скальпеля – «хонда-цивик», недавно разменявшая второй десяток. Не окончательно еще превратилась «ведро с гайками», но процесс превращения зашел далеко.

Водитель – парень лет двадцати пяти – в салоне «хонды» один. Голос Шнура из динамиков – не слишком громко, просто чтобы не задремать. И все равно клонит в сон. Визуальных впечатлений почти нет: монотонно мелькают обочины, изредка появляются на них дорожные знаки, издалека видимые, светящиеся отраженным светом – неприятным и неживым, словно вдоль дороги растут гигантские поганки-люминофоры на тонких ножках.

Фары выхватывают из темноты фигуру человека, стоящего на обочине. Но какую-то странную фигуру… Голова… Что у него вместо головы? – недоумевает водитель. Нога перестает давить на газ, но тормозить парню тоже не хочется. Он всего лишь пытается понять, что же такое видит…

Будь владелец заслуженной «хонды» более подкован в гуманитарных науках, – наверное, сразу бы подумал о древнеегипетских богах. О жутковатых созданиях, сочетающих тело человека с головой птицы или собаки.

Но парень в науках не искушен. И думает проще: «Что за хренотень…»

Руку, вытянутую в останавливающем жесте, водитель игнорирует. Еще чего… Все его внимание сосредоточено на непонятной мохнатой голове.

Загадочный силуэт мелькает за боковым стеклом, совсем рядом. И опасливое недоумение водителя тут же исчезает без следа.

Кот!

Всего лишь кот, устроившийся на плече своего хозяина. Вернее, хозяйки… Парень толком не рассмотрел ее, вглядываясь в загадочную голову, оказавшуюся вовсе не головой. Но успел понять, что на обочине голосует женщина.

Нога жмет на тормоз. Возможно, водитель испытывает некое чувство благодарности за то, что странная заморочка разъяснилась легко и буднично. Или просто любит кошек.

«Хонда» останавливается. Водитель смотрит в зеркало. Никого не видно, далеко укатил, пока сомневался, тормозить или нет… Решает проехать полсотни метров задним – и не успевает воплотить решение в жизнь.

Пассажирская дверь распахивается. Он изумлен – как? когда успела выдать рекордный спринт?

Через мгновение изумление сменяется другим чувством, – когда водитель в тусклом освещении салона видит, кого он решился подвезти…

Он выкатывается из «хонды» и бросается в ночь. Стремглав пересекает проезжую часть, спрыгивает в кювет, каким-то чудом не сломав и даже не подвернув ногу, карабкается по откосу, затем долго несется не то по полю, не то по пустырю, покрытому кочками и рытвинами, споткнуться и упасть здесь плевое дело, но он не спотыкается и не падает. Потом нога все-таки за что-то цепляется, водитель валится лицом вниз. Кровь грохочет в ушах и кажется, что это топот погони.

Но его никто не преследует. «Хонда» уже развернулась и покатила обратно – туда, где горизонт подсвечен огнями огромного города.

До рассвета остается несколько часов.

Систему «Банк-Клиент» пришлось устанавливать на компьютер заново. А недолго время спустя придется вновь снести. Не слишком-то удобно, но рисковать Кристина не привыкла. Муж к ее компу никогда не подходил, даже через плечо не заглядывал: чем там благоверная занимается? Но в жизни случается всякое, и впустую рисковать она не желала.