Темные воды Миссисипи
Шрифт:
Как только оказываюсь возле парочки, замечаю на ладони Микки две маленькие синие таблетки. Грёбаный ублюдок хотел напичкать ее наркотой. Я одним взглядом даю ему понять, что девочка принадлежит мне, он пятиться назад и вместе со своими друзьями быстро сваливает.
— Проваливай, Даффи! — кричит Микки, перебивая громкий бит. Ее глаза стали практически черными от расширенных зрачков. Бл@ть, это сукин сын все же успел дать ей наркоту. Она, пошатываясь, шагает к выходу из клуба.
Ливень, кажется, даже усилился, и ближайшие фонари превратились в сплошные жёлтые пятна. Микки усаживается на бордюр и, обхватив колени руками, опускает голову. Я приземляюсь на задницу возле неё.
— Детка, пойдем домой. — произношу я, накрывая ее плечи своей курткой. Она чертовски дрожит от ледяных потоков воды.
— Я не сдвинусь с места. И прекрати, ходить за мной. Ты жалок.
Бурчит она куда-то в пустоту. Её слова мгновенно уносят сточные воды.
— Я буду ходить за тобой всю гребаную ночь, если понадобится! Ты промокла насквозь! Мы идём домой! — произношу я твердым тоном и поднимаю девушку на руки.
Она молчит. Только бешенное сердцебиение выдает её состояние сейчас.
— Меня сейчас вырвет. — заключает Микки, мучаясь рвотным позывом
Опускаю девушку на асфальт, и в ту же секунду ее выворачивает наизнанку. Она утирает рот тыльной стороной ладони, а после обнимает свои дрожащие плечи.
— За углом круглосуточный минимаркет. Тебе нужно выпить воды.
Микки снова оказывается на моих руках, и я шагаю в сторону магазина.
— Хватит вести себя, как добрый самаритянин. Мне ничего от тебя не нужно…и ты не нужен. — девушка снова повторяет свою недавнюю колкую речь и замолкает. Бледное лицо со спутанными волосами говорит мне совершенно о другом.
— Мне плевать на твои слова! Я знаю, что ты сейчас чувствуешь! Поэтому, можешь говорить все, что угодно, я все равно буду рядом! — толкаю ногой стеклянную дверь минимаркета. Быстро нахожу отдел с бутилированной водой и направляюсь к кассе, так и не спустив девушку на пол.
На выходе вручаю ей бутылку и настаиваю, чтоб она сделала пару глотков. Микаэлла откручивает крышку и подносит прозрачную тару к губам.
— Я тебя ненавижу. — выдыхает она, и опускает голову мне на грудь
— Я уже это слышал. — бубню я и выхожу на улицу.
Ливень наконец затих, но мелкие капли продолжают стучать по асфальту. Быстро преодолеваю квартал. Спускаю Микки с рук только тогда, когда двери лифта закрываются за нами и подъемник везёт нас наверх.
— Утром ноги моей не будет в твоей квартире. Я уеду и забуду всё, как страшный сон. — дрожащим голосом произносит Микаэлла.
— Ты выйдешь из моей квартиры только через мой труп. — беру девушку за руку и вывожу ее из лифта на двадцатом этаже. — Я приготовлю тебе горячую ванну, ты вся продрогла.
Стягиваю через голову мокрую футболку, как только мы оказываемся в квартире. Запираю дверь на ключ, на случай, если ей опять вздумается сбежать.
Она неподвижно стоит у порога, наблюдая, как я отрезаю пути отхода.
— Отлично, значит, я снова взаперти? Только так ты можешь меня удержать? Глупо.
Микки возвращает взгляд на меня и подтягивает майку за лямки.
— Глупо ходить ночью по городу и принимать таблетки, что дал незнакомый парень в клубе! — я снимаю мокрые насквозь джинсы по пути в ванную комнату.
— Да, Коул, я дура! Только то вещество, помогло заглушить стоны гребаного Брайана в моей голове! — она шмыгает носом и отворачивается, чтобы не надломиться вновь и не расплакаться.
Останавливаюсь, как вкопанный и закрываю глаза. Ее слова рвут мое сердце на части. А после возвращаюсь к Микки, что так и не сдвинулась с места и стоит у входной двери.
— Детка, можно я помогу тебе раздеться? — осторожно спрашиваю я.
Она стучит зубами и согласно кивает. Затем поднимает руки и предоставляет возможность, стащить кусок мокрой ткани.
— Не смотри на меня. — шепчет Микки, посиневшими губами.
— Я просто помогу тебе, ты замёрзла. — стягиваю её майку, а после расстегиваю ширинку на ее джинсах и помогаю ей выбраться из мокрых штанов. Беру её холодную ладонь и тяну в сторону ванной. — Идем! Тебе нужно согреться!
Она бесшумно ступает по паркету и молчит. Я открываю кран, пробую температуру воды рукой. Тёплый пар, вмиг тонирует зеркало. Микаэлла отходит к стене и опускает голову.
— Выйди, я сама справлюсь. Не хочу, чтобы ты видел меня совсем раздетой.
Снимаю, боксеры и усаживаюсь в горячую воду на дно ванны.
— Я тоже чертовски замёрз, гоняясь за тобой по городу. — откидываю голову на бортик ванны. — Ну же, Микаэлла, иди ко мне!
— Ты серьёзно? Я не просила тебя бегать за мной! И вообще, это просто шоу уродов какое-то!
Она распахивает дверь и скрывается за нею.
— Твою мать!
Закручиваю кран, выбираюсь из ванны и, обмотав полотенце вокруг бедер, иду следом за девушкой.
— Микаэлла, что мне сделать, чтобы все стало, как раньше?
Она сидит на краю кровати, уставившись в одну точку.
— Как раньше не будет. Ты стараешься делать вид, что все нормально. Но, все дерьмово, Коул! — она опускается на мягкое покрывало и зажмуривается. — Я грязная, испорченная… шлюха, и ничто не исправит этого. Потому что, я всегда буду помнить о том, что со мной произошло.
— Не говори так, слышишь! Этот ублюдок изнасиловал тебя! — я присаживаюсь на корточки возле её ног и, поочередно, целую её колени. — Я знаю, что тебе не станет легче от мысли, что его уже нет в живых.
— Ты уже не будешь прикасаться ко мне, так как раньше. Ведь я уже не та девочка, что привлекла тебя своей чистотой. Не та…
Микки поворачивается на живот и, закрывшись ладонями, начинает всхлипывать.
— Детка, я люблю тебя и ничего не изменилось, поверь мне! — забираюсь на кровать и прижимаю ее холодное тело к себе. Покрываю поцелуями ее плечи и основание шеи.
Микки не отталкивает меня, я ощущаю кожу, покрытую мурашками, и влажное белье.
— Я…я… я, тоже тебя люблю. — последние два слова, Микки произносит очень тихо, словно выдыхает.