Чтение онлайн

В результате, к половине седьмого в Большой Зал они в сопровождении учителя спустились, разминая уставшие от объемной письменной работы пальцы.

Со стола Слизерина, состроив тоскливую мину, товарищам махнул рукой Драко Малфой, тут же уткнувшись в тарелку с макаронами.

– Пока нам точно не расскажешь, почему тебя Помфри так долго держала в больничном крыле - не отстанем, - вместо приветствия заявил Рональд, придвигая к себе рагу.

– Она сказала, что это просто перенапряжение, - буркнул в ответ мальчик.

– Ага, перенапряжение! А я - Мерлин, Великий и Единственный! Мозги не пудри, - фыркнул Гарри.
– Кому говорят, рассказывай.

Малфой со вздохом уронил голову на руки.

– Все из-за этой дурацкой эмпатии, - наконец глухо произнес он.
– Я почему-то очень остро реагирую на Квиррела. Что-то здесь не так.

– Конечно, с твоей головой что-то не так, - широко ухмыльнулся Поттер, и, склонившись над бифштексом, продолжил куда более тихим голосом: - Я у него на уроке ничего не заметил.

– А то ты способен хоть что-то заметить, - вяло отмахнулся Драко.
– Я не знаю, в чем дело. Поэтому весь день и провел в лазарете: мадам Помфри никак не могла понять, что не так.

– Постой-ка, - Рон неловко взмахнул вилкой, заляпав нанизанным на нее рагу соседа.
– Получается, насчет эмпатии это твои собственные выводы?

– Да. Я ей, конечно, об этом сообщил, но она вряд ли сочла это чем-то серьезным.

– А ты, вроде, отцу письмо собирался послать насчет всех своих способностей, - напомнил Гарри.

– Я и послал. А ответ вы сегодня вместо меня получили.

– Так письмо, которое в обед филин принес...

– Именно. Но отец ничего по-настоящему полезного не написал - такое ощущение, что вообще просто отписаться хотел!

– Все же, предлагаю пока ничего не делать и выждать некоторое время, - покачал головой Гарри Поттер.
– Кстати, очень жаль, что тебя не было на дополнительных занятиях по Чарам - там такое творилось!

– Ага, с его подачи, - ухмыльнулся Уизли.
– Представляешь, Флитвик со старшекурсниками в карты играл! Маггловские!

Драко Малфой от удивления чуть не выронил кубок с соком.

– Да? Честно?

– Ага! Зато теперь понятно, почему Мальсибьер так любит эти дополнительные уроки, - с улыбкой сказал Гарри.
– Мы почти ничего не делали.

– Только последние минут десять-пятнадцать писали конспект, - подхватил Рон.
– Но что-то я сомневаюсь, что у Снейпа мы тоже будем заниматься ничегонеделаньем.

Блондин сразу скис.

– Поправочка, Рыжий, Снейп заданиями нагрузит только тебя: ты же у нас восходящая звезда алхимии!

Теперь недовольную рожу скорчил Рональд Уизли.

– Ничего, вот у нас в полночь астрономия - там я отыграюсь!

– Какая полночь? Какая астрономия?
– ужаснулся Малфой.
– Я спать по ночам хочу, а не в телескоп пялиться!

– Это обязательный урок, - ехидно заметил Поттер, давно заметивший, что режим дня - больное место друга.

Драко чуть не взвыл.

– А когда мне уроки делать?

– Возьми с собой учебники и свитки, а мы уж как-нибудь тебя у Снейпа отмажем, - смилостивился Рональд.

– Тогда я сейчас приду, - дожевывая на ходу, пробормотал Малфой и выбежал из Большого зала по направлению к подземельям.

– Почему-то мне кажется, что именно вот так, по-дурацки, пройдет весь наш первый год обучения, - пробормотал Уизли.

– Знаешь, я тоже так думаю. Пошли к Снейпу, Драко нас нагонит - ему из гостиной ближе.

Пока мальчики спускались по очередной лестнице в подземелья к кабинету своего декана, Малфой действительно их успел нагнать. Запыхавшись и помахав перед носами друзей учебниками, он, тяжело дыша, провозгласил:

– Грызть гранит науки трудно, хотя бы потому, что его составляющие с собой таскать надо.… А самый тяжелый талмуд из всего этого, между прочим, трансфигурация.

– Ну-ну, бедняга, - посмеиваясь, Рон постучал в дверь кабинета зелий, и, услышав что-то в ответ, просунул голову в приоткрывшуюся дверь.

Минуту спустя «Слизеринское трио» устраивалось за партами. Рон, предвкушая нечто интересное, поглядывал на ингредиенты в шкафах. Драко, открыв злосчастный учебник трансфигурации, отправился прогрызать себе тропку в том самом плохо перевариваемом «граните науки». Гарри Поттер, на свою беду успевший сделать домашнее задание после обеда, не знал, куда себя деть.

В результате, когда Рональда «впрягли» в приготовление яда «Синей кожи», Гарри успел разговориться с профессором на тему заклятий темной магии. Мальчик, припомнив, как почти месяц назад сражался с Северусом Снейпом на дуэли, начал выспрашивать подробности применения тех или иных заклинаний.

– Ну, объясните мне, наконец, почему я «Проклятие» не могу использовать!
– взмолился юный волшебник, после длительной лекции о темных искусствах в исполнении Мастера Зелий.

– Поттер, вы меня слушали?
– раздраженно поинтересовался Снейп, одним взмахом пера перечеркивая чей-то реферат.
– Каким именно местом, позвольте спросить?

– Не ушами, - хитро улыбаясь, произнес мальчик.
– Единственное, что я из всего этого понял - и «Проклятие», и «В бездну» имеют общий энергетический смысл.

– Не общий, а обратный!
– поправил его Уизли, отрываясь от своего высокоинтеллектуального занятия.

– Уткнись в свой котел и помалкивай! Тоже мне, знаток нашелся!

– Между прочим, Рональд прав, - просматривая очередную работу, сказал Северус.
– Если, используя заклинание «Barathro Donare», Поттер, вы вместе со всей поглощаемой им магией отдаете и часть своей, причем - большую, то в случае с «Exsecratio» вы энергию принимаете.

– И в чем дело?
– не понял мальчик.

– В том, что вы можете либо умереть от истощения, либо - взорваться от переизбытка энергии!
– рявкнул Снейп, ставя кому-то очередное «отвратительно».

От своей домашней работы наконец-то оторвался Драко Малфой.

– И что, решение использовать эти заклинания или нет, зависит от сил и резервов самого мага?
– поинтересовался он.

– Браво, гениальный вывод, - буркнул Рон.

– То есть, я в тот раз действительно мог пол-Англии разрушить?
– перед внутренним взором Гарольда, похоже, что-то начало проясняться.