Темный целитель. Книга 3
Шрифт:
— Принято, спрошу Рона.
— Не уверен, что и он в курсе.
— Вуррун, а что ты сделал со мной в позапрошлый раз?
— Ничего. Это не я, это ты.
— В смысле?
— Я не могу на тебя сильно влиять, если ты об этом. Ты вообще трудно поддаешься влиянию. А когда я попытался, просто поглотила кусок моей силы, и все. Больше я не пробовал, да как-то и не жажду.
— О как, — я промычала в ответ и затихла.
— Конни, — не знаю, как долго мы лежали в тишине, — А что вызвало твою ярость?
— А ты еще не покопался?
— Сил нет, слишком большой расход был, чтобы дотянуться.
— Разрушитель нанес удар в спину, — я скинула картинки, — А на известии о погибших у меня крышу и снесло.
— Ты уверена, что это твой Разрушитель?
— Он не мой. Он был в мире, когда меня тут и близко не было. Я раздражение почуяла. То самое.
— Но ты же была только в одном месте происшествия.
— Я проверю остальные, но я чую, что это его рук дело. А Рон говорил, что он на пару лет затихнет. Кстати, а ты тоже участвовал в том побоище. Как?
— Не очень активно. Мне сложно дотягиваться до мира.
— Значит, нашел лазейку?
— Ее ты пробила. Полностью мне в нее не пройти, а вот, — он замялся, — Просунуть щупальце, образно говоря, могу.
— Вуррун, так боги тоже могут уставать?
— Странный вопрос, могут.
— А ты часто баловался цунами?
— Не очень. Но иногда они очень полезны.
— А чем ты баловался чаще? А почему в храмах шел дождь? Ладно, а где твой тайник?
— Что?
— Я у тебя в храме все никак не могу найти тайник, а он там есть. Вот. Не может не быть. Вот. Так где?
— Тайник? — он фыркнул, — А от моего храма хоть что-то осталось?
— Ну так, чуть больше половины, да ладно тебе, всего-то в парочке мест дырки проковыряла. Ну чего ты ржешь? Так где?
— Ммм, попроси своего Прислужника показать тебе Книгу. Сумеешь ее прочитать — найдешь.
— Что-то в твоем голосе слишком много скепсиса. Уверен, что не сумею, да?
— Ты любишь преподносить сюрпризы.
— Люблю. Но это не значит, что мне нравится, когда меня используют втемную. А сейчас ты намерен именно это и сделать.
— Но тебе же интересно, да?
— У тебя получится тут восстановиться?
— Медленно, но справлюсь.
— Ну и ладно, — я зевнула и… вывалилась в населенный мир. Похоже, скоро я к Вурруну смогу за чай регулярно заскакивать.
Я стояла на месте пожарища и плакала. Знаю, что не положено по статусу, но сдержать слезы я не могла. Ну и в чем эти несчастные были виноваты? Они к разгорающейся войне не имели никакого отношения. Тех, кто выжил, я уже вылечила, правда, проверила вероятности в начале, так, на всякий случай.
— Конни, — Курц в очередной раз попробовал меня увести отсюда.
— Курц, я все понимаю. Но… Не волнуйся, все пройдет. Раны затянутся, будет новое время и будет новая жизнь. А слезы… Не волнуйся, слезы — это просто соленая вода. Не волнуйся, я знаю, будет… — больше я не сумела выдавить из себя ни слова. Моему принцу они и не нужны, он понимает меня и без них. Но он прав, мне надо как минимум уйти отсюда и заняться более полезным делом. Похоже, от меня пошли вихри не знаю чего. А, нет, это я готовлюсь прибыть в следующий храм. Сколько же их будет? Кто бы сказал.
Он осознал себя в темном коридоре. Каменные стены уходили вдаль на 4 стороны. Странно. Как он сюда попал? Куда это сюда? И кто он?
Медленно осмотрел себя. Когти, гребни. Да, он СакКарра-Ши. И его сила… заблокирована, а тело ощущается как чужое.
Хмыкнув, он пошел по одному из коридоров. Ему был предоставлен выбор или только его видимость? Идти долго не пришлось. Коридор вывел в огромный зал без единого окна. Зал был темен и полон густого тумана, что постепенно рассеивался. Он остановился, глядя под ноги. Там медленно двигались волосы. Какой же они длины? Он проследил взглядом за ними, благо в темных волосах словно запутались искры, и найти их хозяйку особого труда не составило. Он чуть нахмурился. Как он мог не заметить ее сразу? И кто она? СакКарра-Ши, но в ее ауре чувствовалось божественное присутствие. Полукровка? Он ощетинился. И это она его заблокировала.
— Давай познакомимся, — она рассматривала его не менее пристально, чем он ее, — Я — Конни. Хозяйка мира посмертия. А это, — она обвела руками окружающее пространство, — И есть мир посмертия.
Что такое она говорит?
— Да, ты все верно понял, — она сочувствующе кивнула, — Ты умер, и уже очень давно. Больше тысячелетия назад. Твоя душа с того времени уже прошла несколько перерождений. Ты даже не представляешь себе, сколько и каких усилий мне потребовалось, чтобы вернуть твою душу к памяти именно этой жизни.
— И зачем тебе это понадобилось?
— Все просто. Мне нужна информация. Вижу, ты все больше вспоминаешь свою прошедшую жизнь. Навыки и опыт возвращаются, — она грустно улыбнулась, — Вот-вот, ты даже не спросил, куда делась Старриба и почему именно я — хозяйка мира посмертия. Но, тем не менее, ты уже дал мне очень ценную информацию.
Он только ошарашено кивнул головой. Да, воспоминания о прошедшей жизни проносились перед глазами. И о смерти. Значит, мир устоял. Это хорошо.
— Не хочешь присесть? — хозяйка этого места чуть склонила голову к правому плечу и за ней и за ним появились каменные кресла.
— Что именно ты хочешь узнать?
— Все. И с самого начала.
— А если я не захочу отвечать на твои вопросы?
— Увы, но у тебя нет выбора. Здесь все будет так, как я захочу. И да, я жестока. Но и у меня выбор не так уж и велик. Но для начала я тебе расскажу кое-что.
Он слушал ее рассказ и свои ощущения. Неприятные, надо отметить, ощущения уязвимости и беспомощности.
— А теперь мои вопросы. Что произошло в начале начал этого мира между демонами и богами?
— На настоящий момент я не испытываю необходимости отвечать на этот вопрос, — с некоторым удивлением констатировал он собственное состояние.
— А я тебя и не заставляю сейчас.
— Почему? — да, сейчас он понимал ее гораздо лучше, но… он прекрасно понимал и то, что двигало оставшимися СакКарра-Ши в плане дозирования информации для нее.
— Все просто, — повторилась, — Я еще не очень опытна в вопросах тонкого воздействия. А если я ошибусь, то обреку тебя на страдания в дальнейшем. А это я считаю недопустимым, — она чуть покачала головой, — Но я и не настолько бестолкова, как могла бы показаться. Есть один способ, я его уже опробовала на нескольких других душах. Я могу полностью считать всю информацию, весь твой жизненный опыт, как из конкретной жизни, так и из всех твоих перерождений.
— Почему ты этого еще не сделала? — неужели она такое совершит? Да, и помешать он ей не сумеет.
— Ты все верно понял. Мне почему-то кажется это неправильным. Интуиция настойчиво говорит не делать этого.
— А почему ты говоришь это мне?
— Не хочу врать.
— Глупо.
— Нет. Я верю Рону. И не считаю это глупостью. Хотя, может, именно глупостью это и является. Как считаешь?
— Я умер. И мое мнение роли не играет.
— Ты умер. Но тебя ждет новая жизнь. А значит, твое мнение имеет свой вес. Кстати, а как вы могли доверять свое посмертие Старрибе?
— Выбора не было.
— Ты только что солгал.
— Нет. Техническая возможность есть. Но она неприемлема.
— Что ты знаешь о балахонистых? — от нее прилетело несколько картинок, — Они — пример такой технической возможности?
— Не все так, как кажется, — он услышал скрип собственных зубов.
— Да, это я знаю, — она опять грустно кивнула.
— Конни, а как надолго ты собираешься задержать меня здесь?
— Не так уж и надолго. Хотя искушение велико. Но ты уже мне много рассказал, хочешь ты того или нет. Самое лучшее перерождение для тебя появится уже через несколько часов.
— Ты странная, но это хорошо.
— Ничего хорошего. Ты не сказал, что я умная. Была бы умной, уже бы силой все из тебя вытащила и не мучилась бы неизвестностью.
— Нет, это не признак ума. И не признак отсутствия опыта. Не торопись.
— Ненавижу эту фразу.
— Не сомневаюсь.
— Что ты знаешь о том, как жили Изначальные в своем родном мире?
Он моргнул, а потом засмеялся.
— Не ожидал такого вопроса. Не так уж и много. Условия жизни были очень суровыми, но предки сумели занять доминирующее положение. Однако тот мир был очень старым. Он медленно умирал. Это, в общем-то, и все, что мне известно. Потому Изначальные и искали возможности создать собственный мир.
— Скажи, я сильно ошибусь, предположив, что численность предков сокращалась. Неуклонно. И оттого, что они сменили в процессе поиска несколько миров, ничего не изменилось, так?
— Не сильно. Сама понимаешь, сам я этого не видел, но так говорили. Почему ты считаешь это важным?
— Тут ключ к ответу на вопрос об уникальности этого мира. Но не все так просто.
— Это верно.
— У меня есть еще один вопрос. Какая был первая раса, что поселили в мире? А вторая? Эрвайлоры — кем они были?
— Конни, тебе ведь не сказали об этом. Наверное, ныне живущие имеют на это причину.
— Мне надоели отговорки. Были ли первыми прямые потомки богов и демонов? Общие дети? Это ведь они были первыми? — она смотрела прямо и очень жестко, — Чем они были не такими? А эрвайлоры — это уже их потомки, так ведь? И почему я не могу найти их души, даже упоминаний об их душах? Были ли они уничтожены полностью?
— Первые две расы были уничтожены полностью, — этот ответ нес меньше всего информации.
— Да, это мне уже сказали. Но кем эти две расы являлись? И почему помощь драконов была необходима?
— Конни, — что бы ей сказать, чтобы не сказать лишнего?
— Вот только лгать мне не надо. И полуправды мне тоже не надо. Насколько я ошиблась? Насколько я права?
Я скинула Рону разговор, состоявшийся в загробном мире. И свои выводы.
— А еще я знаю, что в самый первый момент нашего знакомства ты считал всю мою память, всю, без остатка. Всю информацию обо мне и моем мире. И там, в Диких степях, ты притворился, что был шокирован откровениями про пшеничку, и перевод песни тебе не требовался. Ты притворился, так как это вписывается в выбранный тобой образ. И я всегда это знала, но запрещала себе обращать на это внимание, — он молчал.
— А еще я знаю, что ты сделал и делаешь. Я знаю, почему, но не знаю, зачем. Я ведь была врагом, да? Меня кинули в этот мир найти и уничтожить отступника, да? А потом покинуть этот мир, что означало бы уничтожение мира. И ты мир спасал, так? Я знаю. Но ты мог и по-другому поступить. Но ты сделал так, как сделал. Почему? Я знаю. Но зачем? — он молчал.
— И зачем так дозировать информацию? Ведь с моим менталитетом, с наследием моего мира понять произошедшее в седой древности мне не так уж и сложно. Так почему? Я знаю. Мне надо было понять этот мир, я должна была проникнуться этим миром, полюбить его, полюбить живущих в нем. Я знаю почему, но зачем? Рон, ответь же мне, — но он все так же молчал.
— Рон, я знаю, что должна была разрушить этот мир. Может быть, именно поэтому у меня и образовался этот пунктик поиска Разрушителя. Лишь бы не признаваться себе, что это я. Я знаю. Знаю и кто такие балахонистые. Точнее, подозреваю откуда они, и почему они такие ущербные, и почему они так опасны для меня. И почему их центр, ядро так жаждет избавиться от меня. Я знаю. Но почему ты мне этого не хочешь сказать? Рон, неужели ты мне не доверяешь? — он медленно стер прокатившуюся по щеке злую слезинку.
— Я доверил тебе весь мир, маленькая. И прошу тебя: не торопись. Ты ведь знаешь и то, почему я прошу тебя об этом. Здесь, — он прикоснулся к моей груди, — Глубоко внутри, ты знаешь. Не торопись. Всего-то пара веков. Мы все успеем.
— Нет у меня терпения. Нету его, — знаю, что слезу бегут, но сдержать их сил нет.
— Я могу поделиться, — произнес вкрадчиво.
— Что? — я фыркнула, как можно поделиться таким эфемерным нечто, как терпение?
— Я могу, — он улыбнулся и снова вытер мои слезы, — Шшш, не плачь. Примешь мою помощь?
— Ну давай, делись.
Он очень бережно прикоснулся губами к моему лбу и внимательно посмотрел в глаза.
— Ну, и где обещанное терпение? Ничего такого не чувствую, — он только засмеялся. А я снова заглянула в себя в поисках того, чего так и не нашла.
— Наверное, мое нетерпение все твое терпение поглотило, да? — а он снова засмеялся.
Я проснулся и первым, что бросилось в глаза, была тоненькая ажурная цепочка с висящим на ней странным кулоном. Я взял ее со стола. Аура Конни, а в кулоне свернуто какое-то заклинание. Я улыбнулся. Сегодня день моего рождения, значит, это ее мне подарок. Она старается не забывать о таких незначительных датах. В ее родном мире так принято, празднуют все дни рождения, а не только значимые. Когда я ей объяснял разницу, она только покивала. Поэтому праздников не устраивает, но подарки все равно делает.