Чтение онлайн

– О чём вы?
– притворно удивился нокс.

Физиономия у него превратилось в застывшую маску.

– Ты меня отлично понял, приятель. Все эти разглагольствования про родственные связи, великую роль, уготованную тёмным, и прочая чушь. По Станиславскому, что ли, работаете?

Сефлакс нахмурился и открыл было рот, чтобы ответить, но моя вскинутая рука его остановила.

– Только умоляю: не надо про то, что вы тут давно и на постоянке! И что поэтому воображаете себя настоящими эльфами.

– К сожалению, дело не только в этом, - серьёзно ответил Сефлакс.

– В чём же ещё?

– Об этом не принято говорить. В последнее время.

Я закатил глаза.

– Давай без дешёвых интриг!

– Увы, эта интрига как раз может обойтись очень дорого.

– Да о чём речь!
– я вдруг почувствовал, что собеседник не прикалывается и гвоорит совершенно искренне.

– Завет Чёрного Зверя запрещает обсуждать данную тему. Но это и не важно. Вы спросили о другом. Так вот, отвечаю: первый Завет Чёрного Зверя гласит: Каждый игровой обязан отрабатывать свою легенду и оставаться в роли, насколько это возможно. Таково условие игры, - Сефлакс развёл руками, словно извиняясь.

– А если его нарушить? Что будет? Покроешься чёрными струпьями и сдохнешь? Без шанса на воскрешение?

– Может быть.

– Никто не проверял, что ли?

– Думаю, некоторые проверяли. Но лично я с ними не знаком. Может, потому что они сдохли без шанса на воскрешение.

– А слухи? Слухи, как известно, достоверней фактов.

– Неужели?

– Отражают суть вещей.

– Говорят, регулярно нарушающие первый Завет не умирают, но, в конце концов, отправляются в некое подобие ада. Ну, или камеру пыток.

– Да, едва ли находится много желающих экспериментировать.

– Вот именно.

– Хотя куда удивительней, что вообще есть желающие в этой игре зависать.

– Вы, например.

Я хотел ответить, что у меня свои обстоятельства, но не стал. Какая Сефлаксу разница?

– А то, что мы сейчас это обсуждаем, не нарушает Завет?

– Нет, нисколько. Главное - сохранять общую канву легенды.

– То есть, например, делать вид, что мы с Киркой родственники? Как того требует сюжет.

– Вроде того. К тому же, за качественный отыгрыш легенды начисляются бонусы – по итогам дня.

– Значит, не только кнут, но и пряник. Понятно. Спасибо, что просветил.

– Не за что.

Мы помолчали.

– Всё-таки хотелось бы понять, о чём нельзя говорить, - упрямо сказал я. – Уверен, есть способ обойти Завет. Вот ты, например, в курсе темы. Значит, кто-то тебя просветил.

– Всё верно, - не стал отпираться Сефлакс.

– Ну, так намекни! Не держи в себе. Дай волю слову.

– Слышали о скандале, связанном с этой игрой?

Тут я насторожился. Скандалы – это дело такое. Редко когда без оснований возникают.

– Не особо. Правда, я не следил за новостями в мире виртуальных игр.

– А напрасно. Были бурные обсуждения. Сыпались обвинения, будто игра стала влиять на игроков.

– Серьёзно? И каким образом?

Сефлакс развёл руками.

– Вот это-то обсуждать и нельзя. Таков Завет.

– Погоди… - я вдруг сообразил, что имел в виду собеседник. – Ты что, хочешь сказать, что игра заставляет игроков вживаться в роли сильнее, чем им хотелось бы?!

Сефлакс красноречиво пожал плечами.

– Проводилось расследование, но весьма формальное. Никто эти обвинения всерьёз не воспринял. Так что историю замяли. Но знаете… большинству не хочется покидать игру. Если вы понимаете, о чём я.

Боже, куда я попал?! Этого ещё не хватало!

– А о том, что конкретно вызывает это… привыкание, Завет запрещает говорить?

– Всё верно.

– Но версия же существует? О том, в чём причина.

Сефлакс нехотя кивнул. Похоже, мы вступали на скользкую дорожку.

– Итак… - ободряюще протянул я. – Намекни, будь другом.

– Видите, что творится вокруг? – подумав, проговорил нокс.

– Вполне ясно. Не то, чтобы я имел возможность сравнивать, конечно. Боюсь, цветущим я Авалон не застал. А он был раем?

– Был.

– Ого! Значит, что-то здорово пошло не так.

– Кругом изменения, - кивнул Сефлакс. – Мутанты и прочее.

– Ага.

Нокс замолчал, выжидающе глядя мне в глаза. Значит, уже пора было сообразить, что он имел в виду. Так, в чём причина бардака, творящегося на острове? Вроде, всему виной Чёрный Зверь. Я вспомнил о ядовитом дыхании местного божества, отравляющем всё вокруг. Неужели оно заставляло игроков вживаться в роли?!

Подавшись вперёд, я слегка дунул в лицо Сефлакса и вопросительно приподнял брови. Тот красноречиво кивнул.

– Ясно!
– сказал я мрачно. – Спасибо.

– Не за что.

Повисла небольшая пауза, в течение которой я обдумывал положение, в которое попал. Конечно, сейчас влияние дыхания Зверя на меня было минимальным, но я тут, чёрт возьми, надолго. И кем я выйду, отмотав срок? Шизиком, считающим себя тёмным эльфом?!

– Это такой маркетинг, чтобы люди подсаживались на игру и вкидывали бабло, или сбой программы? – спросил я Сефлакса. – Что говорили во время скандала-то?

– Разное. Компания вины не признала, все обвинения отвергала с возмущением. Так что можешь думать, что хочешь. Ничего так и не выяснили.

Я вздохнул. Мда-а… Попал!

– Ладно, - заставил я сказать себя.
– Пора возвращаться к экипировке, - очень хотелось сменить тему.
– Изучение сеттинга это, конечно, хорошо, но есть дела и более насущные. Мне нужен новый автомат-разведчик. Моего прежнего сожрал лестригон.

– Да, эти твари неразборчивы в еде, - с лёгким сожалением ответил Сефлакс. – Евгенистические уродцы, если позволите заметить. Что с них взять? Клан «Гиллихан» отказался от выведения и использования подобных несовершенных существ. По мнению наших Старейшин, лестригоны своим видом и поведением оскорбляют саму природу тёмных эльфов. Но не все так разборчивы, разумеется.

– Да, низвельгеры просто моральные уроды, - легко согласился я. – Как по мне, так альвам надо бы их истреблять, а не вас, эстетов.

Нокс ничем не показал, понял ли он мой сарказм, но уверен, он от него не укрылся. Сефлакс взял со стола и протянул мне сокола, очень похожего на того, которого я потерял.

– Юнит-модуль уже встроен. Пятнадцать монет.

– Беру.

– Как угодно.

Расставшись с деньгами, я убрал мехаразведчика в Инвентарь.

Монеты: 606