Чтение онлайн

Он сосредоточенно смотрел мне в глаза, дожидаясь моего ответа, но я смогла лишь кивнуть, после чего моя голова, словно каменная упала на грудь. Услышав его удаляющиеся шаги, не поднимая головы, схватилась за неё руками. В ушах всё так же продолжало шуметь, заглушая все посторонние звуки, в горле образовался ком, который никак не получалось сглотнуть и из-за которого становилось тяжело даже дышать. В голове сейчас осталась только одна мысль: – «Я должна убедиться, должна сама его увидеть!».

После принятого решения в действиях снова появилась решимость, я обрела хоть какую-то цель и, возможно… надежду. Резко выпрямившись, зашагала в сторону операционных. Зайдя в служебный коридор и стараясь избегать посторонних глаз, нашла шкаф с чистыми халатами и, надев один, направилась искать Калума. Заглянув в несколько помещений, похоже, нашла нужное.

На операционном столе, накрытое белой простынёй, лежало тело. На негнущихся ногах я подошла ближе и, взявшись за край простыни, застыла в нерешительности. Но почему? Я видела столько смертей, сама отняла огромное количество жизней. Так почему именно сейчас взглянуть в лицо смерти так страшно? Страх… Я давно забыла, что это за чувство, забыла, как он парализует, как сковывает всё тело, не давая действовать, снова заставляя почувствовать себя маленькой беспомощной девочкой.

Мотнув головой в попытке отогнать эти мысли, выйти из оцепенения, я сильнее сжала простынь и резким движением руки отдёрнула её в сторону. В ту же секунду моё сердце пронзила стрела! Это он – мой Калум. Губы задрожали, как и всё тело, я попыталась взять себя в руки, но эта попытка ничего не дала. Пройдясь взглядом по его лицу, я осторожно прикоснулась к губам, которые уже начали синеть: – «Такие холодные!». Ноги стали ватными и, упав на колени, рядом с операционным столом, я зарыдала навзрыд, не беспокоясь о том, что меня может кто-то услышать. Протянув свои дрожащие руки к нему, я сомкнула их на его запястье, на том месте, где должен биться пульс, но его не было… Его сердце – сердце Калума больше не билось.

Не знаю, сколько я так просидела, из ступора вывели громкие голоса в коридоре. Я отпустила руку Калума и, поднявшись с колен, оставила нежный поцелуй на его холодных губах. Вернув простынь на место, услышала, как из коридора доносятся обрывки фраз. Из них стало понятно, что говорят о полицейских, а значит, пора уходить. Но не в состоянии двинутся с места, я ещё раз бросила взгляд на тело под простынёй.

– Прости меня, – с губ сорвался умоляющий шёпот. – Я виновата. Мне не искупить этого греха, как и многих других, совершённых мной, – я замялась, но после в мыслях появилась решимость. – Но я могу отомстить! Да! Кто бы это ни сделал, кто бы за этим не стоял, я найду его и заставлю пожалеть! Я отправлю его и любого, кто встанет у меня на пути в ад! Я обещаю, нет, я клянусь тебе – они все поплатятся!

С этими словами я обрела чёткую цель. Тело перестало быть ватным, мозг снова заработал, лихорадочно обдумывая план. В мысли вернулась прежняя хладнокровность и расчётливость. Я снова взяла свои эмоции под контроль и, развернувшись, вышла из помещения, ни разу не обернувшись. Не обращая на себя внимания и, как всегда, не давая камерам заснять лица, вышла из больницы. Вдохнув полную грудь прохладного ночного воздуха, подняла глаза к небу и прошептала:

– Пора навестить «лучшего друга».

Я стояла на пороге квартиры Кейлиба и давила на дверной звонок. По ту сторону послышался шум и его приближающиеся шаги, а затем и недовольный голос:

– Да иду я, иду! – раздался щелчок открывающегося замка и дверь распахнулась. Кейлиб замер от представшей перед ним картины и несколько раз моргнув, словно пытаясь сбросить наваждение, уверенно произнёс: – Какого хера Сил? – я ничего не ответила, дуло моего пистолета продолжило упираться ему в лицо. – Силена… что ты делаешь?

– А ты не знаешь? – мой голос был насквозь пропитан ядом.

Я приставила пистолет вплотную к его лбу. Увидев решимость и боль, которой сейчас пылали мои глаза, удивление, что прежде было на лице Кейлиба, сменилось страхом вперемешку с беспокойством. Он поднял руки, давая понять, что не собирается обороняться.

– Сил, слушай, что бы ни случилось, давай просто поговорим, – он с опаской смотрел на оружие в моих руках, но голос был ровным и успокаивающим. – Что произошло?

– А произошло то Кейлиб, что стоило мне рассказать тебе, – я сделала особый акцент на следующем слове, выделяя его, – единственному человеку о Калуме, как не проходит и недели и его убивают.

На лице друга отразилось недоумение, и оно показалось мне искренним. Кейлиб словно решив, что он неправильно меня услышал, медленно переспросил:

– Что?

– Ты меня слышал! – я сорвалась на крик.

– Так… – он сглотнул и заглянул мне в глаза. – Силена, давай ты для начала опустишь пистолет, и мы зайдём в дом, пока бдительные и добропорядочные соседи не вызвали копов, – я колебалась, внутренне меня разрывало от терзаний. Кейлиб видя моё состояние, очень медленно протянул ко мне руку и, накрыв своей большой ладонью пистолет, слегка надавил, направляя его вниз. Я не стала упираться и поддалась, опустила оружие и зашла в его квартиру. За моей спиной послышался звук закрывшейся двери, я развернулась и заглянула другу в глаза… Глаза, которые так хорошо знаю, в которых раньше никогда не видела обмана. Я попыталась найти в них хотя бы намёк на фальшь, но её там не было. – Сил, ты действительно думаешь, что я к этому причастен?

Не дав ему ответа, я развернулась и пошла вглубь квартиры. Войдя в гостиную, положила пистолет на журнальный столик, а сама устало опустилась на диван, закрыв руками лицо.

– Я так думала, – голос на секунду дрогнул. – Совпадение слишком очевидное, чтобы не обратить на него внимание. Я не хотела в это верить, но всё же, на какое-то время и правда решила, что это ты… Прости.

Услышала шуршание ковра под его ногами, Кейлиб подошёл совсем близко. Он присел передо мной на корточки и, осторожно прикоснувшись к моим рукам, отвёл их от лица. Пристально посмотрев мне в глаза, спокойно произнёс:

– Что произошло Сил?

Я сглотнула, проталкивая образовавшийся в горле ком, и постаралась отключить ненужные эмоции, а после всё ему рассказала. От момента, когда зашла в разгромленную квартиру Калума до момента, когда рыдала у его тела в операционной. Когда я закончила, Кейлиб молчал, за время моего рассказа он ни разу меня не перебил. Дослушав он выпрямился, и сев рядом со мной на диван, притянул к себе, крепко обнимая за плечи. На долю секунды я напряглась, но это быстро прошло, в голове пронеслась мысль: – «Это же Кейлиб». В его крепких объятиях я почувствовала себя под защитой, и окончательно расслабившись, сама прижалась к нему, наслаждаясь заботой, в которую он меня укутал. Уткнувшись носом в его плечо, наконец, смогла дышать полной грудью, при этом вдыхая его еловый аромат, такой знакомый и такой родной. Не знаю сколько мы так просидели. Я, прижавшись к его груди, слушала ровное биение его сердца, а он моё медленное и глубокое дыхание. Но всё же неизбежно пришлось отстраниться.

– Прости меня, пожалуйста, – после моих слов на его лице отразилось недоумение, он вопросительно уставился на меня. – За то, что усомнилась в тебе, что хоть и на время, но всё же допустила мысль, что ты можешь меня предать.

– Прекрати, – он сказал твёрдо, не желая даже слушать мои извинения. – Не надо ни за что извиняться. Не знаю, как бы я поступил в такой ситуации. Возможно… не знаю… может быть, я бы тоже усомнился в тебе, – после его слов, таких неуверенных, сказанных, словно боясь меня обидеть, я не смогла сдержать улыбку. Кейлиб перевёл взгляд на мои губы и, потерев ладонью затылок, тоже улыбнулся. Я положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Из тьмы, в которую я погрузилась, меня вернул его голос: – Ты его любила?