Чтение онлайн

— Ты спящая… точнее, была ею. Это тот, в ком течёт кровь вампира. Когда спящий подвергается сильному контакту с вампирами, в нём просыпается вампирская сторона. Это… переписывает твою ДНК, изменяет твоё тело. Другие могут объяснить это лучше, но примерная суть в этом, и именно это произошло с тобой. Теперь, когда ты пробудилась, всё будет совсем по-другому. И поскольку ты только что пробудилась, твои порывы будет… трудно контролировать.

Клэр всё это было безразлично, во всяком случае сейчас.

— Ты оставил меня в этой камере.

— Это… не камера. Это моя комната.

— Она похожа на тюремную камеру.

Он покраснел, как будто был смущён этим.

— Иди поешь. Пожалуйста. Кровь необходима, но тебе также нужно, чтобы в твоём желудке было немного настоящей пищи.

Она снова зашипела на него и продолжила расхаживать взад-вперёд. Он приблизился, его жесты были очень осторожными. Она возненавидела это. Что с ним не так? Раньше он таким не был.

— Клэр, — он схватил её за руку. Она вырвалась из его хватки. — Иди поешь.

Когда он снова взял её за руку, она позволила ему отвести себя к краю кровати, хотя обиженно тащилась на шаг позади него. Когда он попытался усадить её, как будто она собиралась просто сидеть и есть это блюдо, она по-настоящему разозлилась. Когда он протянул ей тарелку, она швырнула её через всю комнату.

Когда та с грохотом разбилась об пол, что-то внутри Клэр оборвалось. Она закричала на него, вскочила и заметалась по комнате. Ей нужно было действовать, нужно, чтобы что-то происходило, нужно было что-то делать. Почему он этого не понимал? Как он мог подумать, что она будет сидеть здесь и есть, как кроткая маленькая мышка?

Это невозможно.

Среди груды еды и битой посуды она заметила нож. Расстроенная до предела, она схватила его, а затем попыталась пнуть осколки тарелки. Прежде чем её босая нога успела коснуться острых осколков, его руки сомкнулись вокруг неё.

Драка, наконец-то.

Клэр яростно сопротивлялась неизбежному захвату. Когда её развернули, она ударила вслепую. Она попала во что-то, затем её схватили за запястье и вырвали нож из рук. Она услышала, как его отбросили в сторону.

Он слишком силён, это несправедливо!

Когда она обнаружила, что крепко прижата к нему, она сопротивлялась изо всех сил, но одолеть его было невозможно, и он стал её укачивать.

Сначала это раздражало её, но потом она начала расслабляться. Её сердитое дыхание выровнялось, и она начала чувствовать себя лучше.

Да. Так лучше.

Гораздо лучше.

Это именно то, что ей было нужно.

Он.

* * *

Покачивая Клэр, Нокс прерывисто выдохнул. Он вообще не знал, как справиться с ситуацией.

С тех пор, как они занялись сексом в душе, его съедало беспокойство из-за того, что он совершил ошибку. В то время это казалось правильным. Отказать Клэр в том, чего так естественно жаждало её тело, было бы неправильно.

Поддерживать её во время пробуждения, снабжать её своей веной — ничто на свете не могло бы помешать ему сделать это. Но когда прошло сорок восемь часов, и у него было время всё обдумать, понять, насколько Клэр была не в себе… Нокс усомнился в этом.

Поэтому, когда она жаждала сексуальной разрядки, он давал ей это, не позволяя себе ничего большего.

Да, он был возбуждён всё это время, его член постоянно сочился. От её запаха. От того, как она переплеталась с ним всем телом. От звуков, которые она издавала, когда кончала на его руке. От эротичного посасывания его вены.

Затем, когда горячка наконец спала, когда она, наконец, успокоилась, Нокс встал. Всё ещё возбуждённый. Его яйца и живот скрутило болью от отсутствия разрядки. Он вышел, чтобы купить то, что ей было нужно, и нашёл сумку с вещами первой необходимости за дверью.

Но ему также нужна была еда для неё, поэтому он пошёл на кухню и с облегчением обнаружил, что там никого нет, кроме Пенни, которая спросила, нашёл ли он пакет.

Ага.

И не хотел ли он чего-нибудь из еды для Клэр?

Да. Это было бы здорово. Да, спасибо.

Пенни, одетая, как обычно, по-осеннему, во фланель и с заплетёнными в косички волосами, не задавала вопросов и не удивлялась, что он стоит так далеко. Она привыкла к нему.

Несмотря на это, он чувствовал себя неуютно. Его эрекция по большей части ослабла. Но он знал, что она в курсе происходящего.

И она поставила для него на стойку бутылку с кровью, отвернувшись, чтобы он мог выпить, не комментируя, насколько он бледен и дрожал.

Затем он пробормотал слова благодарности, взял приготовленную тарелку с едой и вернулся в свою комнату, прихватив сумку с вещами. Он не ожидал, что Клэр проснётся. Он думал, что у него будет несколько минут, чтобы подумать, как с ней поговорить.

Но она расхаживала взад-вперёд. Сердитая.

Он не знал, что делать, и очень сильно зациклился на том, что ему не следует прикасаться к ней. Что он на самом деле не знал, что ей нужно. Что он был неспособен помочь ей.

Но сейчас, когда она была в его объятиях, расслабляясь от того, что он держал её, он понял — это то, что в чём она нуждалась. И тот факт, что он мог дать ей это утешение, что она хотела этого от него…

Боже, это было для него всем. Возможность быть таким. Для неё.

За всю свою жизнь он никогда не осознавал, что это единственное, чего он действительно хотел.

Это потрясло его до глубины души. Это изменило всё.

Когда она уловила запах его крови, он понял это в ту же секунду. Нож задел его довольно сильно, оставив глубокий порез на левом предплечье — не настолько, чтобы вызвать у него беспокойство, но определённо достаточно, чтобы острое обоняние вампира отметило присутствие крови.

Клэр втянула в себя воздух, вдыхая этот аромат. Она издала тихий стон и заерзала в его объятиях. Тело Нокса уже несколько дней было готово к сексу, а Клэр была прелестна и обнажена в его объятиях, так что трение об его член заставило его за считанные секунды перейти от умеренного возбуждения к стояку. Его клыки, которые оставались частично удлинившимися с тех пор, как он впервые вынес Клэр из дома Версали, полностью обнажились.

Рука Клэр сжала в кулак ткань его футболки, потянув её. В нос ему ударил запах её возбуждения.

Это нормально для только что проснувшегося спящего. Её жажда крови и секса будет пылать в ней много дней, а может, и недель. У людей гораздо более слабые инстинкты; она не привыкла к этому, не знала, как это контролировать.

Даже такой зрелый вампир, как Нокс, не был застрахован от подобных порывов. Откинув голову назад, он боролся с внезапным неистовым желанием войти в неё. Он хотел погрузить свой член поглубже, хотел вонзить клыки в её шею, когда будет трахать её, хотел попробовать её сладкую кровь.