Чтение онлайн

В прошлом ему всегда надо было завершить половой акт, чтобы добиться передышки, но не с Хло. Просто целовать её, прикасаться к ней, доставлять ей удовольствие было достаточным, чтобы успокоить его, прочистить немного ему мозги. Он не претендовал на то, чтобы понять ”как” и ”почему” этого. Но оно сработало.

Он смирится с тем, что… что Хло будет усложнять ему жизнь, но сохранит в нём некую меру здравомыслия. Каким благом будут для него её поцелуи на шотландской земле.

Ох, у женщины было то, в чём он нуждался. Его инстинкты были правы, когда сказали ему ”моя”.

И это дало толчок новому потоку собственнических мыслей. Мыслей, которые в данный момент ни к чему не могли привести, так что он сделал медленные и глубокие вдохи-выдохи и вернул свои мысли к тягостным насущным проблемам.

То, что его ожидало, потребует от него весь ум и волю. Стоит ему только оказаться в Шотландии, и, как он знал, изменения ускоряться снова. И ему надо было найти способ, чтобы остановить их. А чтобы сделать это, ему надо было предстать перед своим братом. Драстен, это я, Дэйгис, мне жаль, что я солгал, но я тёмный и мне надо воспользоваться библиотекой. Да, это произведёт впечатление. Драстен, я подвёл нас всех. Я нарушил свою клятву и ты должен убить меня. Нет, не это, ещё нет. Ох, брат, помоги мне. Станет ли он?

 К чёрту всё, ты должен был позволить ему умереть! кричал его отец, когда, вернувшись в шестнадцатое столетие, Дэйгис собрал всё свое мужество, чтобы сознаться в том, что он сделал. Как? Как я мог сделать это? кричал Дэйгис в ответ. Спасая его ты уничтожил себя! Теперь я потерял обоих моих сыновей - один затерялся в будущем, другой в чёрной магии! Ещё нет, возражал он.

Но выражение отцовских глаз… оно сказало о том, что он верил, что надежды не было. Ужаснувшись, Дэйгис помчался к камням, полный решимости найти способ спасти себя.

И сейчас он вернулся в исходную точку, обратно к необходимости просить клан о помощи. Он ненавидел это. Он не просил о помощи ни разу за всю свою жизнь. Это было не в его правилах.

Резко выдохнув, он взял скотч, который заказал у обслуживающего полёт персонала, и выпил его залпом за один глоток. Когда жар взорвался внутри него, напряжённость в его груди сначала усилилась, потом спала. Что он мог сказать? Как начать? С Гвен, может быть? Она могла творить эти свои женские чудеса с его братом. Видит Бог, она была чудом для Драстена.

Он взвешивал различные способы как подступиться к нему, но это было больше, чем он мог выдержать, думая об этом, поэтому он переключил своё внимание на текст, нуждаясь в чём-то более ощутимом, что могло бы занять его.

Часом позже, прямо перед посадкой, он помедлил, а рука застыла в воздухе над его тетрадью. Он, наконец, нашёл нечто стоящее. Единственное упоминание, которое он обнаружил за всё время о роковой войне, произошедшей после того, как Туата Дэ Данаан ушли. Всего лишь короткий абзац, в котором говорилось о тринадцати изгнанных Друидах (так вот сколько их было внутри него!) и о ужасном наказании, которому они подверглись. Хотя он не конкретизировался, под ним была ссылка, которая направляла к пятой Книге Мананнанов, как он и предполагал.

Если ему не изменяла память, пятый том был в библиотеке Келтаров.

Хло тихо пробормотала что-то во сне, снова притянув его взгляд. Напоминая ему о том, что кто-то пытался её убить - из-за него.

Он бросил взгляд на её забинтованную руку, и яростное покровительственное чувство затопило его. Он никогда больше не позволит, чтобы ей причинили вред.

Он нуждался в ответах, и они были нужны ему быстро.

Во второй раз за такое же количество дней Хло получила странный и весьма раздражающий опыт, каково было идти по людной улице с Дэйгисом МакКелтаром. Первый раз был в Манхеттене вчера, и то же самое случилось и там.

Мужчины расступались на его пути.

Не потому, что он был невежлив или шёл по тротуару, грубо всех расталкивая. Напротив, он двигался с плавной грацией тигра. Уверенно ступая, возможно немного напоминая хищника. И мужчины инстинктивно обходили его, расступаясь на их пути, чтобы держаться от них на расстоянии.

Женщины, в настоящий момент вели себя по-другому. И это раздражало. Они реагировали так же, как в Нью-Йорке, но вчера это мало её беспокоило. Они отходили в сторону, но почти, словно не могли устоять, чтобы не задеть его, поворачивая свои головы по два, три раза в его направлении. Одна женщина бесстыдно прижалась грудью к его руке, проходя мимо. В нескольких случаях Хло бросала возмущённый взгляд через плечо, только чтобы перехватить некоторые из них, пожирающие его глазами. Может быть, она была маленькой, но - пропади всё пропадом - она не была невидимкой, идя рядом с ним, с его рукой, обнимающей её, его рукой, лежащей на её плече!

Не то, чтобы он не замечал имеющей место заинтересованности. Казалось, он не осознавал того, какое воздействие оказывал на женщин. Наверное, так к этому привык, что больше не обращал на это никакого внимания.

Она страстно желала такого же забвения, потому что глядя, как многочисленные женщины жадно разглядывали его, тем самым портила себе настроение. Она перехватила больше, чем парочку злых взглядов позади них.

Глубокая близость в самолёте будила опасно сентиментальные чувства в ней.

Признай, Зандерс, ты не тот тип девушки, которая может физически сблизиться с мужчиной, без того, чтобы не увлечься им эмоционально. Иначе ты бы не нервничала.

Без шуток, подумала она сердито. Она испытывала территориальные чувства. Чувства, которые не могла себе позволить, потому что он точно не демонстрировал территориальных чувств по отношению к ней. К счастью, пока она наблюдала как женщины пялятся на него, раздражение в два счёта разделалось с её нежными эмоциями. Она смаковала гнев, предпочтя его переливанию из пустого в порожнее сомнительных эмоций. Гнев был живительно ощутимым.

Как только они сошли с самолёта в Ивернессе, он снова стал холодным. Погружённым в свои мысли. Деловитым. Забирая их багаж, быстрым шагом направляясь к агентству по прокату автомобилей. Ей пришлось повторить три раза свою просьбу остановиться в Ивернессе на чашку кофе, в которой она нуждалась после пятнадцатичасового перелёта. Она не собиралась встретиться с его семьёй в муках кофеиновой абстиненции.

Его отчуждённость, после того как он совершенно потерял контроль из-за неё в самолёте, обижала. Он целовал её до помрачнения сознания, подарил ей её первый оргазм, а потом замкнулся в себе во всех возможных отношениях. Ей следовало знать, размышляла она. Чего ты ждала, Зандерс? Признание в близости только потому, что ты позволила ему интимно к себе прикоснуться?