Чтение онлайн

‘Нахмунд – достаточно щепетильная тема, ’ – сказал Гиллиман. ‘Это моя печать, она откроет для тебя любые двери. Если же кто-то откажется, то сразу же шли его ко мне – все должны знать, чьи приказы не обсуждаются. ’

‘Так и сделаю, ’ – ответила Яссиллия. ‘Хочу сказать, что идея о том, что я буду ходить по вашему кораблю и светить печатью тогда, когда вы находитесь всего лишь в нескольких километрах от тех, кому я буду ее показывать, мне не совсем нравится. Как-то это… бестактно. Как будто я хвастаюсь. ’

‘Понимаю. Это и есть дипломатия. Знай, что каждый раз, когда мы говорим, я еще раз убеждаюсь, что не зря назначил тебя агентом Логос. ’

‘Вы сейчас похвалили меня или себя? ’ – спросила она.

Гиллиман одарил ее довольным взглядом. ‘Я позабочусь о том, чтобы ты получила всю нужную информацию. Сообщение, которое я хочу, чтобы ты передала стражу Темного Империума, готово. Оно будет передано на твой корабль за час до твоего отлета. ’

‘Какая точность. ’

‘Точность – это то, для чего я был создан. Содержание этого письма должно оставаться в тайне. Я, конечно же, зашифровал его, также не забыв снабдить устройство механизмом самоуничтожения, но ты же знаешь, что всегда можно найти путь явить что-либо миру. ’

‘Механизм самоуничтожения? ’ Она была шокирована этим. ‘Лучше бы мне справиться с этим заданием, ’ – добавила Яссиллия.

‘Если твой корабль захватят, то ты будешь благодарить меня за быструю смерть, ’ – ответил примарх.

У неё не было фактов для того, чтобы парировать заявление примарха.

‘А теперь к вещам, о которых хочу поговорить я. Расскажи мне о Матьё. Ты уже навестила его, как я просил? ’

‘Вроде того, ’ – ответила девушка.

‘Пожалуйста, уточни: что значит «вроде того», Яссиллия. Надеюсь, что ты ему не сопротивлялась. ’

‘Может быть, ’ – сказала она. ‘У него есть небольшое укрытие, что расположено в недрах корабля. ’

‘Я знаю о нём. В Монументе Павших, ’ – сказал Гиллиман.

‘Разве это место не священно? ’ – спросила Яссиллия.

‘Священно – не то слово, которое я бы хотел слышать. Это место было мемориалом, воздвигнутым в память о павших. Это было очень давно. ’

‘И вы не против того, что он рыскает там? ’

‘У Матьё интересный характер. До тех пор, пока я знаю о месте его нахождения, у меня нет претензий к тому, что у него есть своё личное пространство. Он предан Императору, а мысль его глубока. Пусть его разум будет чем-то занят. Предполагаю, что он находит Монумент в какой-то мере божественным. А что думаешь ты? ’

‘Я думаю, что он не представляет вам никакой опасности. ’

‘А какова его мотивация служить мне? ’

‘С того момента, как я объединилась с вами на Тусене, мне удалось поговорить с ним несколько раз. Я прочитала о нем всё то, что предоставили мне его коллеги. Мне кажется, что единственная его мотивация служить вам – это его долг перед Императором и Империумом. Кое-что из того, что он сказал мне, заставило меня подумать о том, что он хочет обратить вас в свою веру, но чего-то более опасного за этим не стоит. ’

Гиллиман кивнул. ‘Все эти жрецы… Все они хотят того, чтобы я уверовал. В этом есть определенный риск. Если я буду противостоять ему слишком рьяно, то все может прийти к тому, что он ополчится против меня. ’

‘Серьёзно? ’

‘Это будет не первым случаем, когда религиозные дела приведут так называемого «спасителя» к падению. ’

‘Могу ли я спросить у вас кое-что? Кое-что крайне нахальное. ’

‘Я уже дал тебе разрешение на дерзость, Яссиллия. Говори. ’

‘Почему он? ’ – спросила она. ‘Почему вы не выбрали кого-то более уступчивого? ’

‘Каким-то образом мне нужно говорить с простым народом так, чтобы они понимали мои слова, ’ – ответил Гиллиман. ‘Мой предыдущий милитант-апостол был насквозь пропитан атмосферой своей церкви. Матьё же – человек свежий, более честный, а также понимающий страдания простых людей. Он недалек от них. Тем не менее, я понимаю, что его преданность граничит с фанатизмом. Я принимаю этот риск. ’

‘А разве люди не сменят объект своего поклонения, предпочтя Матьё вам, мой господин? ’

‘Это то, чего я хочу. Меня не прельщает быть превозносимым. Я иду по очень тонкому льду. Я не могу отрицать божественность Императора – эта зараза проникла в организм нашего Империума слишком глубоко. Если я сделаю такое заявление, то это будет началом войны. Личности, вроде тебя, достаточно редки и разбросаны по разным краям наших владений. ’

‘А ещё больше было сожжено заживо, ’ – подметила Яссиллия, вспомнив о том, что эта учесть могла постигнуть и её, если бы агенты Гиллимана не вмешались.

‘К сожалению, я знаю об этом, ’ – сказал примарх.

‘Вы могли бы просто подыграть. ’

‘В каком-то смысле я и так это делаю, но начать поклоняться открыто – это лицемерие, которого я себе не прощу. ’

‘Есть более страшные преступления чем лицемерие, мой господин, ’ – сказала Яссиллия.

‘Это так, но приход в церковь в качестве ее лидера приведет к таким же ужасающим последствиям, как и ее полный запрет – дробление на фракции и религиозная война. Я понимаю, что в период моего отсутствия такие события уже происходили. В конце концов, при любом раскладе я бы остался скованным по рукам и ногам. ’

Внезапно он остановился, тем самым застав Яссиллию врасплох.

‘Я никогда не склонюсь перед кем-либо, будь то человек или кто-то другой, ’ – твердо сказал он. ‘Я находился в плену у многих сущностей, а еще большее их количество использовало меня как пешку в своей игре. Я должен быть свободен, дабы проложить свой собственный путь, а иначе человечеству придет конец. Та стратегия, которую я использую против Эклизиархии, не слишком приятна для меня, ибо в ней есть множество изъянов, но мне придется смириться с ними, поскольку все другие варианты гораздо хуже. У меня просто нет другого выхода, кроме как быть свободным. ’

‘Вы хотите сказать, что вы бы предпочли умереть, чем остаться в неволе? ’

‘Продолжать мои мысли за меня – еще одно проявление нахальности, Яссиллия, но ты права – я бы предпочел умереть. Я не могу позволить себе руководствоваться чем-либо, кроме как выживанием человеческой расы. Это не просто идея, даже не вера. Если бы меня одолели и поставили перед выбором между моей жизнью и жизнями всех людей, то я бы с радостью принес себя в жертву. Та война, что я веду, должна быть такой же полезной для человечества, каким когда-то был Великий Крестовый Поход. ’

‘Разве такое возможно? ’

Примарх слегка улыбнулся. ‘Я расскажу тебе кое-что. Эта броня… ’ Он провел рукой по своей нагрудной пластине. Блики бледного света, излучаемого лампами корабля, красиво переливались на орнаментах в виде завивающихся линий. ‘Мне сказали, что именно она удерживает меня в мире живых. Та аэльдари, что помогла Архимагосу Коулу пробудить меня, сказала мне о том, чтобы я даже и не думал о том, чтобы снять ее. ’

‘Я видела ее без вас, ’ – сказала она. Яссиллия вздрогнула. ‘Аэльдари не из тех, кто постоянно лжет, но для них ложь – это нечто иное, чем ложь в нашем представлении. С ними следует быть осторожнее. ’