Чтение онлайн

Триумф Святого Гиллимана над ужасами нечистых сил на Эспандоре.

Он медленно и аккуратно выводил каждую букву, попутно усложняя их декоративными росчерками. Позже, после того как его произведение пройдет проверку критиками, он дополнит свое творение, украсив его великолепными изображениями. На данный момент у него было всего несколько набросков, которые он мог легко редактировать. Закончив, он на мгновение задумался о том, стоит ли ему указывать себя в качестве автора. Поколебавшись, он решил, что сделает это, после чего быстро сделал запись, дабы не передумать в будущем.

Записано Братом Матьё, Милитант-Апостолом Акронитовых Монахов, послушником третьего ранга, что лично присутствовал в месте проведения кампании.

Стоило ему закончить предложение, он тут же пожалел о своем тщеславии. Он чувствовал подобные внутренние после каждого написанного им отрывка. Зная о том, насколько хрупкими со временем могут становиться рукописи, он оставлял свое имя под заглавием каждой главы. Несмотря на то, что он действительно был на Эспандоре и действительно видел все своими глазами, потребности в подобных подписях было мало, а в таких подробных – еще меньше. Это была история о примархе, а не о нем, и все же он жаждал того, чтобы в нем признавали автора. В этом предложении были в два раза больше гордыни, начиная с указания его превозносимого ранга и заканчивая упоминанием его скромных монашеских корней, дабы все могли понять насколько высоко он поднялся.

Он отвлекся на секунду, прося прощения у Императора. Он решил, что сначала допишет историю войны до конца, после чего вычеркнет свое имя. Да, именно так. Он выполнит свой священный долг, а затем сотрет все упоминания о себе.

Плавно вдохнув и выдохнув, дабы не испортить свой почерк, он начал свою историю.

На Эспандоре Святой Гиллиман разбил силы ужасного примарха Мортариона, да будет он навеки проклят Императором за свое предательство. Благодаря великой силе и великому разуму, Имперский Регент Гиллиман, самый могущественный из сынов Бога-Императора, выдвинул свои войска против невообразимых тварей, изгнав их как с этой планеты, так и со всех прилегающих. Он атаковал врагов во всех соседних звездных системах с непоколебимой уверенностью в победе и изгнал мерзких отродий, тем самым прорвав блокаду, дабы принести Эспандору спасение. Города были возвращены, и в каждом из них Святой Гиллиман горевал об оскверненных храмов своего отца, о бесчисленных погибших слугах Терры. Под руководством Святого Гиллимана, Ультрамара и Его, что правит с Терры, осталась лишь десятая часть тех, кто жил на Эспандоре.

На протяжении пятнадцати дней примарх сражался на Эспандоре, низвергая господствующих демонов и Еретиков Астартес. Изощренной стратегией он обращал их в прах, яростно сокрушая их омерзительные тела. Молниеносными ударами и внезапными штурмами он разделял силы врага, после чего обрушивался на них своей божественной мощью. На Шпилях Приандора он свергнул проржавевших демонических големов падшего Легио Онерус. Река Гангателлиум почернела от демонической крови настолько, что для ее очищения потребовались молитвы двадцати двух высших кардиналов. В провинциях Береника, Эбора и Иорсика враг был окружен и уничтожен. Настолько быстрым и смертоносным было продвижение примарха, что в сердцах демонов, смертных и даже проклятых легионеров зарождался первобытный страх. С каждым ударом примарха меч его отца разгорался все ярче. Нимб благословения Его ангелов и Его святых сиял над Святым Гиллиманом так ярко, что разжигал пламя веры в душах его солдат и поражал слуг Хаоса везде, где только можно было увидеть его сияние. Приспешники Чумного Владыки, что черпают силы в отчаянии и безнадежности, сами познали отчаяние. Да! Их кожа горела от прикосновения света, оружие ломалось, а те демонические машины, что не превращались в груду дымящихся обломков, изгонялись из этого измерения навсегда.

Семь битв провел примарх, бросив вызов Чумному Владыке, ибо семь было его священным числом, дававшем ему силу. Седьмая битва была величайшей из всех.

Перед началом каждой битвы Гиллиман появлялся перед вражеской армией, говоря так, чтобы все могли его услышать.

‘Я Примарх Робаут Гиллиман, ярость Императора! Эти миры находятся под моей защитой. Вы будете изгнаны, повержены и уничтожены – никто не останется в живых! Для вас в моем сердце нет милосердия, ибо вы отвернулись от святого сияния Терры и отвергли милость Императора. Я взываю к вам! Покажите мне архи-предателя Мортариона, моего брата, падшего примарха и верховного демона! Я уничтожу его и вам, ничтожествам, будет дарована быстрая смерть. ’

Я, Милитант-Апостол Матьё, подтверждаю подлинность этих событий, ибо я был там, в рядах армии Святого Гиллимана, и сражался на его глазах во имя Императора.

На самом деле, Гиллиман не произносил свои речи именно так, да и в описаниях моментов его могущества было много приукрашиваний. Но Матьё был убежден, что сам Император сражался на стороне Своего сына в те дни. Он практически видел Его. Когда-нибудь Гиллман поверит в природу своего отца и поблагодарит Матьё за то, что он провел его по пути веры. То, что он написал, могло быть не совсем точным, но все это определенно было правдой – он был уверен в этом.

Эти небольшие дополнения, конечно, волновали его, но настоящую тревогу вызывало другое.

Его позорная гордыня вновь всплыла на поверхность. Закусив свою губу от мучения, он принялся переписывать те моменты, где он упоминал себя. Он бился там. Бился с именем Императора на устах. Это погубило больше врагов, чем болты, которые выпускало его священное оружие. И тем не менее, он был не один такой. Множество других преданных воинов Империума возносили молитвы и поражали врагов зарядами лазера. Их имена не будут записана, так почему же его имя должно? Но разве он не может изложить скромную часть своей истории об их тяготах? Во множестве агиографий повествователь всегда охотно описывал свои личные деяния, будучи рядом со святыми. С другой стороны, он прочитал множество других историй, в которых практически не было никакой связи между рассказчиком и произведением, ибо скромность того преобладала над жаждой славы, хотя поступки таких людей порой были более величественными, чем у Матьё. Неужели он заслужил этого больше, чем они?

Шея Матьё затекла. Искушение стереть последнее предложение было слишком велико. Он не собирался включать его в рассказ. Это была прихоть его гордыни.

Его рука зависла над спорной строкой, но одно воспоминание остановило его. После битвы за Хладный Шпиль на невероятно жарком экваторе Эспандора Гиллиман сказал ему, что он сражался достойно. Ему было даровано одобрение примарха. Неужели он не заслужил права хотя бы немного гордиться этим?

Он отложил этот вопрос на потом. В ближайшее время у него были дела на нижних палубах, и он хотел закончить с книгой перед своим уходом. Резкий удар его авто-флагеллятора заставил его сосредоточиться. Как только боль утихла, он продолжил свою работу. Перо совершило движение по бумаге, после чего он вошел в ритм.

Силы врага понесли огромные потери. На Эспандоре не было величественной финальной битвы, ибо подлый враг решил вести войну не на полях боя, а в самых темных уголках этого мира, распространяя болезни и отчаяние. Лишь после сотен безрассудных схваток зараза врага была вычищена под корень. Эта борьба была грязной и тяжкой и, казалось, ей не будет конца. Несовершенства человеческих тел и душ проявлялись у всех, но только не у самых преданных слуг Императора. Но, Его милостью, силы зла не были бесконечными, что позволило возвращать контроль над Эспандором шаг за шагом, пока на этой священной земле не оставались лишь маленькие банды, которые, со временем, находились, окружались очистительными воинствами и, в конце концов, предавались огню.

Примарх отдал последние приказы своим подопечным на Эспандоре. Ожесточенные бои велись на Таласе и Иаксе, а также в воздушном и космическом пространстве между ними. Именно об этом мудрый Лорд Гиллиман и решил поговорить со своими командирами.

'Один человек не может находиться в нескольких местах сразу, но может передвигаться достаточно быстро, дабы наносить удары по самым слабым местам, тем самым разрушая укрепления врага и перекрывая линии его снабжения. Так мы одержим победу, вновь очистив Ультрамар. ’

Договорив, он покинул планету, забрав с собой восемьдесят девять целых, три десятых процента своих войск. Из пораженных чумной лесов Эспндора Лорд Примарх Робаут Гиллиман, за которым следовали могущественные воинства, отправился на Парменио, где в огромном количестве собрались силы Хаоса.

Так лучше, подумал Матьё. Честнее.

Во время путешествия примарха в варпе бушевали страшные бури, и великое судно Адарнатон было потеряно со всем экипажем, в то время как другие были разбросаны далеко друг от друга. Свет Астрономикона мерцал очень тускло и, будучи вне течения времени, флот был расколот. О нет! Священные поля Геллера пали, позволив демонами заполонить пространства кораблей слуг Императора, и примарх сразился вместе со своими сыновьями и другими людьми, изгнав отродий варпа со своего судна, тем самым вдохновив других своим примером сделать то же самое.