Темный карнавал
Шрифт:
– Ты слышал, слышал?
Оклахомец поставил ноги на холодный линолеум. Голос внизу перешел на фальцет. Леота начала всхлипывать.
– Заткнись же, дай послушать, – прикрикнул на нее муж.
Наступила тишина со стуком сердец, и он прислонил ухо к полу.
– Цветы не опрокинь! – проорала Леота.
– Заткнись! – гаркнул он, и снова вслушался в пол.
После чего чертыхнулся и снова влез под одеяло.
– Это просто какой-то мужик внизу, – проворчал он.
– Вот именно. Мистер Уайт!
– Нет, это не мистер Уайт. Мы на втором этаже многоквартирного дома, и у нас есть соседи снизу. Вот послушай. – Фальцет внизу заговорил. – Это жена мужика. Судя по всему, говорит ему, чтобы не заглядывался на чужую жену! Оба наверняка пьяные.
– Не пытайся меня обмануть! – стояла на своем Леота. – Строишь из себя храбреца, а сам дрожишь так, что кровать трясется. Призрак это, точно тебе говорю, и он говорит разными голосами! Как бабка Хэнлон в церкви, которая вечно вскакивает со скамьи и вещает на всяких непонятных языках [13] . Квакает, не поймешь – то ли в нее всякие там африканцы или ирландцы вселились, то ли тетки внутри собачатся, то ли лягушку проглотила! Это точно тот мертвец, мистер Уайт, он ненавидит нас за то, что мы ворвались к нему ночью, говорю тебе! Послушай!
13
Имеется в виду традиция пятидесятничества, одного из протестантских течений христианства, возникшего в начале XX века в США. Пятидесятники придают особое значение крещению, понимая его как особое духовное переживание, в момент которого на верующего нисходит сила Святого Духа, как на апостолов на пятидесятый день после воскресения Христа. Когда прихожане «наполняются Святым Духом», они часто поднимаются со скамьи, встают и поднимают руки, говоря на (якобы) иностранных языках. Специфическое понимание явления «говорения на иных языках» (глоссолалии) является отличительной особенностью христиан-пятидесятников. – Прим. пер.
Словно в подтверждение ее слов, голоса внизу заговорили громче. Лежа на локтях, оклахомец исступленно качал головой – у него не было сил даже смеяться.
Внизу что-то грохнуло.
– Это он шевелится в своем гробу! – закричала Леота. – Он – псих! Нам нужно сваливать отсюда, Уолтер, или завтра нас найдут здесь мертвыми!
Снова грохот, снова стук, снова голоса. Потом – тишина. И следом – какое-то движение ног в воздухе, уже над головами. Леота заныла:
– Он освободился из своей гробницы! Ему удалось выбраться, и он ходит по воздуху над нашими головами!
К этому времени оклахомец уже успел набросить на себя одежду. И, сидя на кровати, надевал ботинки.
– В этом здании три этажа, – сказал он, заправляя рубашку. – У нас есть соседи сверху, они просто вернулись домой.
В ответ на последовавший долгий вой Леоты он сказал:
– Пошли. Я отведу тебя наверх, и ты сама с ними познакомишься. И удостоверишься, кто они на самом деле. А потом мы спустимся на первый этаж и поговорим с этим пьяницей и его женой. Вставай же, Леота.
Кто-то постучал в дверь.
Леота завизжала и перевернулась в кровати, превратившись в стеганую мумию.
– Он опять в своей гробнице, стучит, хочет выбраться!
Оклахомец включил свет и отпер дверь. Вошел крайне жизнерадостный маленький человек в темном костюме. У него были голубые глаза, морщины, седые волосы и толстые очки.
– Извините! Извините, – объявил маленький человек, – я мистер Уэтмор. Я уехал. А теперь я вернулся. Мне просто невероятно повезло. Невероятно. Мое надгробие все еще здесь?
Он посмотрел на камень, прежде чем увидел его.
– А-а, ну да! Да… О, здравствуйте. – Он заметил Леоту, которая выглядывала из-под нескольких слоев одеяла. – У меня тут люди с роликовым транспортером, и, если вы не против, мы вывезем отсюда это надгробие, прямо сейчас. Это займет всего минуту.
Муж с благодарностью рассмеялся.
– Буду чертовски рад избавиться от этой штуки. Выкатывайте!
Мистер Уэтмор запустил в комнату двух мускулистых рабочих. Он прямо-таки задыхался от предвкушения.
– Это просто поразительно. Сегодня утром я был потерян, побежден, раздавлен… но случилось чудо. – Надгробие погрузили на небольшой транспортер. – Всего час назад я случайно услышал о некоем мистере Уайте, который только что умер от пневмонии. И это, заметьте, мистер Уайт, который обычный Уайт, без буквы Е. Только что я связался с его женой, и она очень рада, что камень уже готов. А мистер Уайт даже остыть еще не успел за шестьдесят минут, и его фамилия пишется без Е, вы представляете. Боже, я так счастлив!
Конец ознакомительного фрагмента.