Чтение онлайн

Это было терпимо.

Я все еще мог видеть события, происходящие в жизни Елены. Это было утомительно.

Но я не собирался сдаваться. Я буду бороться до победного конца.

***

Я проснулся сразу после обеда. Ее голос звенел у меня в голове, как будильник, который я не мог выключить.

По крайней мере, она веселилась и не ныла. Она каталась на водных лыжах с Эмануэлем, драконом короля Хельмута. Она сидела позади него, обвив руками его талию. Она чувствовала противоречивость. Она была счастлива, но дело было не только в этом.

Я рассмеялся, когда понял, что это было.

Ее привлекал человеческий облик Эмануэля.

Лучше он, чем я.

Я настроился на это.

– Это как полет, - сказала она, когда гидроцикл несся по воде.

Что она знала о полетах? Насколько я помню, она боялась высоты, когда стала драконом.

– Я забыл тебя спросить. Каково это - быть драконом?
– спросил Эмануэль.

– Не надо. Я скучаю по этому больше всего на свете.

Приняла ли она свою драконью сторону? Когда? Почему я не мог вспомнить?

Ей пришлось убить свою драконью сторону, чтобы заявить на меня права. Это я запомнил. Но как, черт возьми, она выжила?

Это сбивало с толку. Мне нужно было выяснить, что произошло за этот недостающий промежуток времени.

Они поменялись местами. Елена заняла место водителя.

Она понятия не имела, что делает, и выжала акселератор до отказа. Эмануэль упал, и она чуть не перевернула гидроцикл. Она была жалкой. Она даже не могла делать то, что я любил.

Бекки и Джордж подбадривали ее.

– Ты в порядке?
– спросила она.

– Жить буду. В следующий раз чуть поменьше энергии, принцесса.

Она остановилась рядом с ним и помогла ему сесть. Я видел все так, будто это я протягивал ему руку.

Это казалось неправильным. Ее желание обладать Эмануэлем было навязано мне. Ее желание поднялось в моей груди, когда мышцы Эмануэля обтянули его мокрую рубашку. Я закрыл глаза, пытаясь отогнать этот образ.

«Он старый, Елена. Он стар, стар, стар,»– мысленно продекламировала она.

Я хотел, чтобы она забыла о моем существовании, но я также отчасти хотел, чтобы она услышала меня.

«Он не такой уж старый».

Ее вздох и перемена в ее эмоциях стали моими. Мои глаза распахнулись.

Черт! Был ли это двусторонний поток?

Может быть, у меня все еще была какая-то власть над ней? Я диктовал, что она могла слышать, а что нет. Я содрогнулся при мысли о том, что она могла бы сделать со всем тем, что творилось у меня в голове.

Я отключился. Я не хотел становиться частью ее жизни.

Она была пиявкой, жалкой девицей, попавшей в беду. Заклинание пыталось заманить меня этим односторонним потоком. Оно хотело, чтобы я захотел ее. Но я - нет. Я бы этого не сделал.

Я бы никогда не захотел Елену такой.

Никогда.

***

– Она владеет «Лонгботтомс», - вот и все, что сказал Айзек, когда я спустился к завтраку примерно неделю спустя, сидя за столом и читая утреннюю газету.

Ее тявканье все еще было слышно, но это было тихое бормотание в глубине моего сознания. Терпимо теперь, когда она была счастлива.

– Ура ей, - сказал я.

Я сел за полный стол. Юрий приготовил яйца, бекон, тосты с джемом и что-то похожее на свежевыжатый апельсиновый сок.

Мисси уставилась на меня через стол.

– Что?

– Ты действительно настолько глуп?
– спросила она.

– Мисси, - одновременно сказали Юрий и Айзек.

– Папа, Айзек, - сказала она в ответ.
– Кто-то должен сказать ему.

Я прищурился.

– Сказать мне что?

– Какой же ты идиот. Послушай, ты мне нравишься, но ты собираешься оставаться здесь и прятаться до бесконечности? Это не тот Блейк Лиф, которого я знаю. Раньше ты боролся с тьмой. Теперь ты собираешься сдаться этому? И, по-видимому, я единственная, кто это видит.
– Она многозначительно посмотрела на своего отца и брата и вышла из-за стола. Прежде чем дойти до лестницы, она обернулась и сказала: - Она не так уж плоха. Перестань дуться и ворчать, Блейк. Сражайся, чтобы жить.

– Я сражаюсь. Просто не так, как ты этого хочешь. И я не обязан перед тобой оправдываться.
– Я тоже встал и протиснулся мимо нее.

– Это было необходимо?
– спросил ее Юрий, когда я возвращался в комнату Айзека.

– Папа, он - Рубикон.

– И вот почему он сражается, Мисси, - крикнул Айзек.

Он не последовал за мной в комнату, и я захлопнул за собой дверь.

Она купила «Лонгботтомс»?

Это была одна из моих любимых тусовок, и она это знала. Возможно, она сделала это в качестве приманки.

Я должен был сыграть в свою игру. Она была далека от завершения.

Несколько часов спустя у Айзека зазвонил телефон.

Джимми хотел, чтобы мы сыграли на открытии нового «Лонгботтомс».

Я покачал головой.

Он улыбнулся и что-то сказал Джимми о том, что он пытается переубедить меня.

– Нет, - сказал я.

– Это хорошие деньги.

– Меня не волнует гребаная зарплата. Нет!

Он вздохнул.

– Извини, Джимми. Это «нет».

Я ни за что не ступлю ногой на вражескую территорию.

***

На следующий день я чувствовал себя несчастным. Все таблоиды бредили новым «Лонгботтомс» и тем, как принцесса ворвалась, чтобы спасти положение. Они сказали, что ей ни для чего не нужен ее дракон.

Мне должно было быть все равно, но они выставили меня трусом. Я не был трусом. Я всем докажу, что дент не был чем-то священным, как они думали. Это было рабство. Я разрушу его и освобожу всех драконов, попавших под его чары.

Джордж вернется.

Я был Альфой, и я должен был присматривать за ними. Освободить их.

Меня не волновало, приведет ли это к еще одной глупой войне.

У них не было ни единого шанса против Розового поцелуя.

Даже у нее.

Юрий и Мисси отправились на рыбалку с другой семьей оборотней. Они планировали отсутствовать весь уик-энд, поэтому Айзек пригласил группу к себе.

Мы джемовали, пили и веселились.

– Ты не собираешься возвращаться в Драконию?
– спросил Айзек.

Он был в постели, а я - в гамаке. Все, кроме Тая и Мэтью, разошлись по домам, и мы сделали все возможное, чтобы прибраться.