Чтение онлайн

— Ни хера се! — явно обрадовался хулиган. — А чё, так можно было? — с мерзкой лыбой на лице он повертел головой, обращаясь ко всем и одновременно ни к кому.

Чему ты радуешься, придурок? — подумал я про себя.

Опять же, чтобы не размазывать ненужные размышления, о которых я тогда размышлял, скажу кратко — представь себя на моём месте, и не говори, что ты бы ничуть не удивился. Наверняка, ты бы офигел. И это ещё мягко сказано.

Тут, конечно, всё зависит от возраста. Если в тринадцать-четырнадцать ты можешь позволить себе нафантазировать нечто подобное — что к тебе явится волшебник и скажет, что в тебе скрыта некая суперсила, — то в двадцать три, повидав немного жизнь, ты костенеешь, потихоньку переставая верить в чудеса. Нет, не так. Ты перестаёшь верить в глупости!

Страшно представить, что происходит в сорок…

Так или иначе, меня эта участь обошла — участь сорокалетнего хрыча, не верящего ни во что. Как бы я не отнекивался, ко мне, в самом деле, явился волшебник, нежданно-негаданно заявив, что один из моих предков обладал какой-то там энергией. И да-да — я упустил кучу подробностей — типа, мир совсем не такой, каким я его представлял, или же вот это вот переиздание старой истории про ад и рай на современный лад. Верхний сектор, нижний сектор, средний сектор, и вот это вот всё, и так тому подобное…

— Простите, — снова поднял руку я. — Вы уверены, что не ошиблись?

— С чем? — удивился хранитель.

— С тем, что подобрали нужных людей. Мне кажется, мы совсем не те, кто способен вам помочь.

Кто-то сейчас скажет: да какого хрена ты базаришь?! Это же твой шанс! Это же возможность изменить жизнь! Ты же неудачник! Бросила какая-то шкура, и сразу сломал себе жизнь! Спился! Тебе срочно нужна реабилитация! Заткнись, и радуйся подаренной возможности! В ответ на это я могу ответить только: ну, да… ну не хотелось мне ввязываться в эту историю. И даже не из-за хренового прошлого, а просто из-за лени. Подумай сам: передо мной стоит выбор — помочь спасти мир, или же отказаться, подставив светлых, чтобы чуть позже погибнуть от рук тёмных. Очевидно же, что нужно выбирать первый вариант. Но мне лень… мне так не охота никого спасать, после всего, что произошло полгода назад я так в себе не уверен, что мне проще отказаться, забыв обо всём, вместо того, чтобы раскрывать потенциал, становится магом и сражаться с монстрами. Я не идиот и прекрасно понимаю, что с большой силой приходит большая ответственность. Благо, дядя Бен научил, как жить правильно. Мне такой ответственности не надо.

— Да, друг мой, я уверен, — спокойно заявил хранитель. Его слова ничуть не расходились с делом. Снова обратившись ко всем, мужчина заявил: — Господа, в основы я вас ввёл. Теперь дело за вами. У вас есть сутки на раздумья.

Что? Так быстро? Мы ведь ещё не закончили? А как же вопросы?

Громкий хлопок прервал внутреннюю панику. У правого края платформы образовался овал со сгустком непонятной субстанции, переливающейся внутри. Портал, — тут же сообразил я.

— И если вы всё же решитесь принять моё предложение, — мужчина пафосно щелкнул пальцами, — попробуйте понять, что за сила скрыта в каждом из вас. Не просто понять, но и, возможно, даже воспользоваться ею. Внутри каждого из вас есть определённая способность, которой вам, в случае согласия, предстоит научится пользоваться.

Просто научится? Инструкция полагается?

— А теперь, прошу, — вежливо указав в сторону портала, переливавшегося цветами небесного оттенка, мужчина первым подошёл к нему. Быстро взглянув на наручные часы, он добавил: — У меня не так много времени. Всё остальное, надеюсь, обсудим завтра. С этим же молодым человеком, — кивнув на качка, сказал он, — мы поговорим отдельно.

Точно какой-то швейцар он встал у входа, приглашая нас пройти внутрь.

— Ну уж нет, — замахал пальцем совсем уже осмелевший хулиган, — у меня вопросики остались.

Не взирая на наглость мальца, с улыбкой на лице хранитель ответил:

— Всё потом.

— А я говорю ни хрена не потом! — продолжал давить малец.

В ответ на это он услышал:

— Если не хотите возвращаться домой, можете выждать сутки прямо здесь. Но, полагаю, вам будет очень некомфортно.

Первым, кто осмелился, оказался очкарик. Сначала он внимательно всех осмотрел, после чего сделал первый шаг к порталу. Подойдя ближе, обернулся, снова наблюдая за реакцией присутствующих. Наконец он решился окончательно, и уже спустя секунду тело заики исчезло в переливающейся синими цветами субстанции.

«Надеюсь он не сдох», — пролетела мимолётная мысль.

— Следующий, — обходительно пригласил хранитель.

— Слушайте, — вдруг опомнился я. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось узнать: — А как вас зовут? Вы ведь так и не представились.

— Сейчас это не важно. Поговорим об этом когда согласитесь на предложение. Если не согласитесь, то вы всё равно забудете всё, что здесь произошло. Какой тогда смысл говорить вам имя?

Ну… так-то логично.

Мысленно согласившись с мужчиной, я пожал плечами, после чего всё же подошёл к порталу.

— Надеюсь, я и впрямь вернусь домой, — скорее себе, нежели к кому-то ещё обратился я. Но тут же добавил: — Хотя, не уверен, что хочу туда возвращаться…

Жалостливо взглянув на оставшихся, я обернулся к переливающемуся уже зеленоватым цветом овалу, оторвал правую ногу от холодного металла, и шагнул навстречу неизвестности.

Как бы странно это не звучало, но в глазах не темнело. Просто шаг, мягкая субстанция обволакивает тело, и уже спустя секунду оказывается позади. А перед тобой — знакомая комната панельной хрущёвки, гудящий системной блок компьютера, погасший экран и запах нестиранных носков, валяющихся где-то в углу. Боже… после отрезвляющей свежести Сан-Франциско я чувствую каждый оттенок этой вони.

Включив свет, быстро собрал все грязные вещи и отнёс их в ванную. Запихнул в стиралку, засыпал порошка и поставил на повседневную стирку.

Резко замер.

Что это вообще только что было? Решил постираться? Что на тебя нашло? Какая-то попытка отвлечься от бредней про другие миры? Ну что ж… попытка неплохая, но безуспешная. Всё равно эта чушь никак не испаряется из головы. А должна?

Ответом стало желание схватиться за бутылку. Оставив стиральную машину выполнять свои обязанности в одиночестве, я вернулся в комнату, поднял бокал, посмотрел на него, поставил обратно, поднял бутылку, открутил крышку и, приставив горлышко к губам, запрокинул. Обжигающий поток жидкости соскользнул по горлу, резко ударив прямо в желудок. Желание остановится было, но я давил его так долго, как только мог. А когда стало уже совсем невмоготу, резко одёрнул бутылку, проливая всё, что не влезло, на пол. Громкий кашель заполнил комнату. Соседям это явно не понравится. Но сейчас не до этого — кажется, ещё чуть-чуть и моя глотка сгорит вместе с желудком. Жжение такое сильное, что тянет блевать.

Прислушиваясь к внутренним ощущениям, я простоял так ещё какое-то время, после чего понял, что пора. Быстро рванув с места, добежал до туалета, на ходу распахивая дверь, залетел внутрь, опустился на колени и начал испражняться ртом. Во время очередной передышки пролетела смешная мысль: «явно не такими люди представляют спасителей мира».

Так я отключился во второй раз.

Проснулся от некомфортного ощущения в районе штанов. Можно было подумать, будто обделался, но нет — в кармане вибрировал телефон.

— Буэээ! — непроизвольно вырвалось изо рта.

Но, так как блевать было уже нечем, я перетерпел этот мерзкий позыв, расплывающийся по телу неприятной дрожью и мурашками, после чего кое-как запихнул руку в карман и достал телефон.

«НЕ БРАТЬ» — высветилось на экране входящего вызова.

Нарушив собственное священное правило, я ответил на звонок.

— Белый, ты где?!

Ну вот и настало время для нашего знакомства. Рад представиться — Тимофей Белый. Двадцатитрёхлетний неудачник-алкаш, потонувший в собственноручно выдуманной безысходности, работающий на должности продавца-грузчика-консультанта-кассира в небезызвестной сети продуктовых супермаркетов. Нет, Белый — это не сокращение. Это самая что ни на есть полноценная фамилия. Не знаю, как эта информация может тебе помочь, но на всякий случай усни этот важный момент. По кране мере для меня моя фамилия является предметом личной гордости.