Чтение онлайн

Осиный рой нервно вздрогнул и начал медленно отлетать назад.

— Да ладно, ребята… — Я усмехнулся. — Говорю же, сегодня обойдёмся без негатива. Просто… Если мои безголовые спутники снова сотворят нечто подобное, не трогайте их. Смертные… Глупые, как дети. От них слишком много шума, согласен. Но эти люди под моей опекой.

Осиный рой замер, а потом резко развернулся и полетел в противоположную от меня сторону.

— Сработало… Значит, и правда Дикие земли связаны с Империей Вечной ночи. Но… Как?!

Я постоял немного на месте, потупил, а затем бросился догонять своих «легионеров».

Группа обнаружилась на очень приличном расстоянии от поляны с коконами. Видимо, бежали мои «воины» очень быстро.

Они стояли, прислонившись к деревьям, и тяжело дышали. Из всех присутствующих, самым взволнованным выглядел Никита. Он все время вытягивал шею и вглядывался в лесную чащу. Так понимаю, искал меня. Честно говоря, даже на душе как-то потеплело. Похоже, за эти дни Строганов привязался ко мне, как домашний питомец привязывается к хозяину.

Стоило мне выйти из-за деревьев, паника в глазах смертных сменилась стыдом. Такие одаренные детишки, почти уже маги, а повели себя как трусы.

— Эти твари…я не думала, не знала… — выдохнула Трубецкая, избегая моего взгляда.

— Вот в следующий раз лучше думай, прежде чем швыряться свои огнем, — холодно отрезал я. — Мы сбились с пути. Княжна, сориентируешь нас по направлению?

Муравьева, такая же бледная, как и остальные, снова закрыла глаза. Через несколько секунд она открыла их, посмотрела на меня и покачала головой.

— Искажения повсюду. Пчелы… они создали какой-то магический хаос. Все пространство идет сильной рябью. Не могу понять. Мне нужно время, чтобы сориентироваться. — Княжна подняла голову и посмотрела на мрачное небо, которое стало почти черным. — Сейчас вечереет. Предлагаю выбрать место, где мы сможем устроится на ночевку.

Она была права. Свинцовое небо неоднозначно намекало на стремительное приближение ночи, в лесу запахло ночной прохладой и чем-то еще, более опасным.

— Значит, остаемся здесь, — заявил я, изучая небольшую поляну, на которой мы находились. — Разбиваем лагерь. Нам нужно соорудить два шалаша. Один для девушек, второй для парней. В принципе, можем спать прямо под открытым небом…

Я окинул взглядом свой отряд, в ответ получил раздраженное фырканье от Трубецкой.

— Собственно говоря, так и думал. Ну…Тогда приступайте с строительству, господа аристократы.

Следующие пару часов я повеселился от души. Это было весьма унизительное для сметрных и одновременно комичное зрелище. Оказалось, что их хвалёная магия способна только разрушать и заниматься глобальными проблемами, а бытовые вопросы ей не под силу.

Звенигородский проявил инициативу и попытался «слепить» шалаш из веток, которые собрали Воронцова с Трубецкой. Его магия, грубая и необузданная, рванула с такой мощью, что ветки не собрались в конструкцию, а разлетелись по поляне, как щепки от взрыва. Одна чуть не угодила Воронцовой в лоб.

Муравьева попробовала создать пространственный «карман», в котором можно было бы переночевать, но ее талант был слишком тонким для такой примитивной работы; стены «кармана» дрожали и расплывались, не способные удержать даже собственный объем.

— Боюсь, если мы туда заберемся, то он схлопнется и нас выкинет где-нибудь в Антарктиде. — Хмыкнул я, наслаждаясь видом взъерошенных и злых людишек.

Трубецкая и Воронцова просто стояли и беспомощно наблюдали. Оказалось, что дети элиты, будущие властители магии, абсолютно беспомощны в условиях, где требовалось не разрушать, а созидать.

Вот тут-то Строганов показал себя во всей красе. Скромный, тщедушный Никита, не говоря ни слова, принялся за работу. Его заклинания были тихими, почти незаметными. Он не ломал ветки, а аккуратно сгибал их, заставляя переплетаться. Находил крепкие лианы и с помощью магии затягивал их в узлы, которые держались лучше стальных скоб. Он собрал мох и сухие листья, создав нечто вроде мягкой подстилки. Через час на поляне стояли два убогих, но надежных шалаша, способных укрыть от ветра и дождя.

Все молча наблюдали за Строгановым. Даже Звенигородский смотрел на него с новым, уважительным интересом. В этот момент Никита доказал свою полезность куда лучше, чем кто-то из одаренных аристократов.

В конце строительных работ я достал флаконы с эликсиром и велел каждому выпить небольшую порцию. Дело было не в том, что хотелось взбодрить смертных. Просто мутная жидкость, в которой присутствовала моя кровь, утолила их голод.

— Черт… Ну хоть что-то… — Протянул Звенигородский, развалившись на мягкой подстилке. — А то желудок в узел скручивало.

— Сейчас темно. — Тихо прокомментировал его слова Никита. — Рискованно идти в чащу. Но завтра, когда рассветет, я попробую найти что-нибудь съестное.

— Да уж конечно! — недоверчиво хмыкнул Артем. — В этих долбанных Диких землях есть только одно съестное. Это — мы. Отличная пища для местной фауны.

— Эй, вы чего, уже улеглись? — В шалаш просунулась недовольная физиономия Трубецкой. — А никто не хочет распределить время караула? Или вы думаете, здесь можно спокойно дрыхнуть, не опасаясь, что какая-нибудь особо поганая дрянь решит нас сожрать?

— Все нормально. Пусть отдыхают. — Ответил я, выбираясь на улицу. — И вы спите. Так и быть, покараулю ваш сладкий сон.

Мои спутники расползлись по спальным местам и мгновенно вырубились. Я же не сомкнул глаз до самого утра. Во-первых, не хотелось. В голове бурлили всякие мысли, мне требовалось их проанализировать и разложить по полочкам. Во-вторых, когда я сидел, прислонившись к дереву, и смотрел в темноту, то чувствовал на себе чужой взгляд.

Темное пятно никуда не делось. Оно снова было рядом. Маячило на краю поляны, рядом с небольшим источником — ручейком, сочившимся из-под корней древнего дуба.

Однако, стоило мне подняться на ноги, оно тут же исчезало за деревьями. Судя по всему, существо не горело желанием устроить близкое знакомство со мной.

— Что же ты за тварь такая… — Высказался я себе под нос, уставившись в точку, где висело черное облако.

Ответа, естественно, не последовало.

Утро началось еще менее радостно, чем закончился вечер. Смертные проснулись измученные, продрогшие и голодные. Действие элексира закончилось давным давно, а давать людишкам свою кровь в чистом виде я не рискнул. Еще разорвёт их на кусочки, как ту осу, чего доброго. А мне потом объясняйся с преподавателями, что послужило причиной столь внезапному повороту.