Чтение онлайн

Роуз хватает меня за руку и тянет телефон к себе. Она никогда не встречалась с Домиником, но это не мешает ее медвежьей натуре выходить наружу, когда она требует: — Он у тебя? У тебя Лиам?

— Знаешь, даже с твоими инструкциями эта женщина все равно отказалась отдать его. Честно говоря, такое чувство, будто я похитил ребенка. Я чувствую себя грязным….

— У тебя есть Лиам?

— Ответь ей, Доминик, — приказываю я вне поля зрения видео.

— Хорошо. Да. У меня есть маленькая крыса, — Доминик перекладывает телефон, и проходит долгая секунда кувыркающихся кадров, прежде чем он наводит телефон на автокресло и ребенка, лежащего внутри. — Скажи привет, малыш.

— Лиам! — плачет Роуз, ее глаза блестят от слез. — О, мой милый мальчик. Это действительно ты.

Ребенок моргает, открывая глаза, и заходящее итальянское солнце отражает цвет. Мое сердце замирает, когда все мое внимание переключается на невозможного ребенка, смотрящего в камеру глазами того же оттенка, что и мои.

Меня будит тихое жужжание моего телефона на диване. Честно говоря, я удивлен, что вообще заснул, когда мой разум был так перегружен вопросами и не хватало ответов. И из всех моих вопросов, самый большой мой вопрос — как вообще возможно, что ребенок Роуз может быть моим сыном.

Я смотрю на Роуз, с облегчением обнаруживая, что она все еще спит, свернувшись калачиком рядом со мной, используя мои колени как свою личную подушку. Она провела столько времени, сколько могла, по телефону с Лиамом, глядя на его спящее лицо, пока Доминик не был вынужден повесить трубку, когда он сел на частный самолет, чтобы доставить их в Майами. После этого она снова потеряла сознание, и вокруг нее стало заметно легче. Как будто одного взгляда на Лиама было достаточно, чтобы облегчить некоторые кошмары, преследующие ее, и она наконец-то могла просто заснуть.

Мой телефон снова жужжит, и я хватаю его, прежде чем он разбудит Роуз. Ей нужна каждая минута сна, которую она может получить. Я осторожно убираю прядь великолепных рыжих волос с ее лица, прежде чем ответить на звонок, не глядя на идентификатор звонящего.

— Да?

— Мистер ДиАнджело? Это доктор Гонсалес. У меня есть ваши предварительные результаты.

— И?

— Подвижность, морфология и жизнеспособность сперматозоидов в пределах нормы. В лаборатории проводится дополнительный анализ, но пока все выглядит хорошо.

— Что это значит? Я бесплоден или нет?

— Нисколько, мистер ДиАнджело.

Я закрываю глаза и откидываю голову на диван. — Спасибо, доктор.

Повесив трубку, я слепо отбрасываю телефон в сторону, затем щиплю себя за переносицу. Такое ощущение, что мир, который я знаю, рушится в один гигантский шторм, в центре которого находятся Роуз и Лиам.

Лиам.

У мальчика те же уникальные светло-карие глаза, которыми славится семья ДиАнджело, и с доказательством моей плодовитости у меня теперь нет никаких сомнений, что Лиам — мой сын. А это значит, что кто-то солгал и что кто-то дорого заплатит. Своей жизнью.

— Майкл?

Я открываю глаза и поднимаю голову, встречаясь с сонным, но любопытным взглядом Роуз. Она смотрит на меня с моих колен, и я чувствую внезапную потребность прикоснуться к ней. Подняв руку, я провожу по той стороне ее лица, которая не покрыта синяками, и улыбаюсь, когда она глубже утыкается носом в мое прикосновение.

— Хорошо спала? — спрашиваю я ее.

— Хорошо, — честно отвечает она. — Я не хотела подслушивать, но это был доктор?

— Да. Предварительные результаты показывают, что я все-таки не бесплоден, — это не нужно повторять, но произнесение вслух делает все это еще более реальным.

— Я же говорила, — она улыбается мне из-под ресниц. — Так ты мне теперь веришь?

Я провожу пальцем по ее скуле и вниз по линии подбородка большим пальцем. Она вздрагивает под моим прикосновением, ее глаза на мгновение закрываются.

— Да. И я должен извиниться за то, как я себя вел. За то, что сказал.

Она качает головой. — Все в порядке, Майкл. Ты считал себя бесплодным. Я не могу винить тебя за это, когда ты не знал ничего другого. И я также извиняюсь за то, что набросилась. Мне было больно, но это было неуместно.

Я повторяю тот же маршрут вниз по другой стороне ее лица, заботясь о ее больной щеке. — Чистый лист?

— Я бы этого хотела, — улыбка Роуз становится шире и ярче. Прекрасное зрелище посылает ощущение по моему позвоночнику. Роуз потягивается и издает самый милый писк, когда это делает. Когда она устраивается, положив голову мне на колени, я остро ощущаю ее тепло и чувствую, как становлюсь твердым. Я пытаюсь сместиться, не показывая своего дискомфорта, но, конечно, Роуз замечает. Ее взгляд опускается на очевидную выпуклость, напрягающуюся под моей молнией, и огненная соблазнительница выходит, чтобы поиграть. Та, что взывает к моим демонам, как сирена в море.

С озорной улыбкой она садится и качается у меня на коленях, обхватив руками мою шею. Мои руки тут же находят ее бедра, и я притягиваю ее к себе, давая ей почувствовать то, за что она отвечает. Ее губы нависают над моими, когда она качнулась вперед с глубоким стоном. Я приподнимаюсь и захватываю ее губы.

Наши языки переплетаются, пока мы боремся за контроль над поцелуем. Один быстрый укус ее нижней губы, и я выигрываю эту битву. Но не войну. Потому что следующее, что я помню, руки Роуз оказываются на моей молнии, а затем ее изящная рука ныряет и обхватывает мой твердый член.

Она проглатывает мой стон с дьявольским смешком, который заставляет моих демонов покорно мурлыкать. Эта женщина может попросить о чем угодно, и я дам ей это без колебаний. Она хочет сжечь мир? Я зажгу спичку за нее. Она хочет выследить и убить тех, кто ответственен за ее похищение? Я отдам ей пистолет. Она хочет забрать мою темную душу себе? Она уже ее.

Мои руки сжимаются, готовые бросить ее на этот диван и лизать ее пизду, пока она не увидит звезды, когда лифт запищит, звук разносится по пентхаусу, как пожарная сигнализация.

Внезапным рывком Роуз убирает руку с моих брюк, как будто там бушует ад, что, честно говоря, так и есть. Она падает с моих колен, ее лицо красное, как помидор, прежде чем она исчезает под одеялом.

Ее смущение восхитительно. Мой невинный маленький ангел с дьявольской стороной. Это заставляет меня задуматься, понравится ли ей посещение Playground, русского секс-клуба, для ночи открытий и наслаждения.

— Тук, тук!

Я едва успеваю застегнуть молнию на брюках, как моя сестра порхает из-за угла, как птица. Хищная птица, может быть. Секундой позже Рафаэль следует за ней, нагруженный несколькими большими сумками, а Энцо идет за ним по пятам, неся башню коробок.