Чтение онлайн

Джон, забери Яна отсюда! Ей пришло на ум полюбопытствовать, где же спрятался Блайед — такой же неловкий оттого, что действовал из своей тюрьмы, как и Ян, и смогут ли они, очутившись между двух огней, выбраться вовремя.

Потом драконы объединились вокруг Сентуивира, хватая его и таща, пытаясь заставить приземлиться. Переливчатая драконица была уже на земле, слабо подергиваясь на грунте — Дженни едва взглянула на нее, когда из охваченного паникой лагеря подлетел зеленый с розовым Хаггнаршилдим, а из горного ущелья на призыв Карадока вылетел Энисмирдал. Дженни зря потратила два из трех оставшихся выстрелов, пытаясь ранить Сентуивира, но третья стрела вошла в лимонно-желтую шею Энисмирдала. Во время беспорядочного хлопанья крыльев и щелканья зубов, что последовали за этим, она увидела, как переворачивается и запинается желтый дракон, когда снадобье подействовало. Смутно она слышала, как взывал к войскам Фолкатор, пытаясь вновь собрать оставшихся драконов и волшебников, а в это время снизу раздавались выкрики сражавшихся солдат.

Внизу без оглядки сражалось целое море людей. Сталь в крови, тут и там бледные лица, искаженные болью. Осветительные ракеты бросали какой-то свет, но большей частью это был первобытный хаос, смешение, что царило, как гласила легенда, над водами океана до той поры, пока Древний Бог не разделил небо и море. На холме над дорогой разгорелся круг огня и в его золотистой короне она мельком заметила Роклис на лошади, а вокруг нее — знаменосцев, которые подавали сигналы командирам расположенных там войск. Потом поднялся радужный дракон, в когтях которого было несколько арбалетов, несколько тяжелых отравленных стрел и два огромных гарпуна для убийства драконов.

Яростный крик внизу снова заставил Дженни взглянуть туда. Сквозь ряды сражающихся двигался Еж, поражая остриями все на своем пути, и Дженни увидела, что он направляется прямо к освещенному холму, где сидела Роклис. Командир повернула голову. Она что-то сказала адъютанту, он подал ей лук, а пехотинцы сомкнули вокруг нее копья. Еж наступал, а за ним бежали солдаты, оставляя за собой кровавую бойню, и никто не рискнул встать у них на пути. Дженни знала, что Карадок метнул туда заклятья, но они отскакивали от охранных чар Королевы демонов.

Из передних отверстий Ежа выстрелили стрелы, попадая в охрану Роклис. Но она все еще оставалась на месте, наблюдая за его приближением, механическим и непривычным. Она выбрала скалистое место, слишком крутое, чтобы Еж мог легко взобраться, хотя потом Дженни подумала, что он бы непременно это сделал.

Но он остановился. Со щелчком открылся люк и появился Джон, держа лук руками, покрытыми кровью от шипов Нимра. Он натянул тетиву, но помедлил — от изнеможения, подумала Дженни.

А Роклис не медлила. Никогда не медлила.

Ее стрела ударила Джона в грудь, толчок выбросил его из люка Ежа. Он неловко схватился за острия позади себя, пытаясь опуститься целым и невредимым. Дженни видела кровь, видела отблеск огня в его очках.

Потом он упал. С воплем ярости люди, что бежали за Ежом, нахлынули кругом, прорезая и прорубая путь среди охраны Роклис.

Сентуивир развернулся и исчез.

Схватите его! — закричала Дженни. За ним! Остановите его! У него драгоценности-тюрьмы!

Но остальные драконы — Ирсгендл, Нимр и молодая переливчатая драконица — сделали круг и вернулись к попыткам прижать к земле Энисмирдала и Хаггинаршилдима; Дженни подумала, что в сознании ей послышался голос, говоривший что-то о Времени. Время. Следуй за ними и рассчитай время.

Самоцветы-тюрьмы, талисманы! Фолкатор все еще может их использовать!

И Ян, и Блайед, и все остальные маги — и она сама — все еще были пленниками.

Но вслед метнулся Моркелеб, покидая сражение в ночи.

Мы не можем дать ему уйти! Интересно, сколько времени Ян сможет поддерживать связь между своей плененной сущностью и телом? Может ли его демон овладеть им снова до того, как сам будет пойман в ловушку, как уже поймали Амайона? Может ли другой демон занять его место?

Хватит ли ему силы, чтобы спасти жизнь своего отца?

Джон, падающий со стрелой в сердце…

Она отбросила эту мысль прочь.

Демоны не получили бы тела Джона — лорд Эктор наверняка позаботится, чтобы его сожгли прежде, чем оно попадет в услужение демонам — но его разум, его сознание осталось бы в зазеркалье навсегда — добычей мстительной Королевы Демонов.

Хотя, конечно, (ей показалось, что она слышала, как произнес это Амайон), конечно, она и сама могла бы его спасти, если б повернула назад.

Сентуивир несся в ночи, а Моркелеб и Дженни — за ним по пятам. Они прошли над лесами Импертенга и над эбеновым изгибом Уайлдспэ; прошли над смутно видимыми землями Хита и Маглошелдона и фермами Белмари. Море, подумала Дженни. Они направляются к морю. К Вратам Ада, что лежат у подножия острова Сомантус. Она была в ужасе и отчаянии, и тут ощутила чуждое сознание Сквидслейера и остальных магов глубин, что поднялись из этой лазурно-черной бездны.

Серебряная кромка на черных волнах и скалах. Сентуивир, бросившийся в воду, на мгновение просияв голубизной и золотом. Потом он пропал, почти сразу с неба невидимой молнией спикировал Моркелеб — и холодный живой удар моря.

В воздухе ее окутали заклинания магов-китов. Она увидела Сентуивира, его ровно сложенные крылья и лапы, и огромного морского змея, что метнулся туда, когда он упал.

Обезумев от ужаса, Дженни увидела Врата, зеленую мерцающую пропасть среди скал; увидела себя, заточенную в драгоценном талисмане. Всех их — Яна, Блайеда, Изулт…И где-то в глубинах ее сознания возник смутно уловимый кошмар этого лишенного света водного Ада, той твари, что остальные демоны называли Адромелечем, жуткой немой тьмы в его сердце…

Дженни ощутила присутствие магов-китов, но боялась потянуться к их магии, чтобы их тоже не захватили. Безобразные и оттвратительные зеленые твари плавали в воде или вытягивались из трещин в скалах: бесконечно длинные усы морских водорослей, что заканчивались щупальцами, рыбы со светящимися ртами и искривленными рудиментарными крыльями. Они кишели вокруг Моркелеба, кусая его и набрасываясь на плечи и руки Дженни.

Среди скал, сотней ярдов выше Врат Моркелеб обогнал Сентуивира, отрезая от тошнотворного зарева позади.

Голубой с золотом дракон изрыгнул огонь — не кислоту настоящего дракона, а огонь демона, что охватил ведьму и дракона обжигающей тучей. Моркелеб качнулся назад, потом напал снова, хлеща и кусая — он был подвижнее, чем более крупный дракон, и легче мог скользить среди впадин и ущелий. Из самых глубоких рытвин вблизи от Врат поднялись бесформенные рыбы, но маги-киты и дельфины создали вокруг борющихся драконов защитное кольцо, отгоняя этих опасных чудовищ прочь.

Дженни выстрелила из арбалета Сентуивиру в грудь и шею, но пузырьки от ударов по воде мешали ей прицелиться, а сама вода замедляла стрелу. Наконец она стряхнула с ног ремень и с гарпуном в руке и пращой за спиной рванулась через черное пространство к дракону и демону, оседлавшему мага.

Карадок увидел ее приближение. Она ощутила обжигающую мощь заклинаний, что три ночи вытягивали ее силу. Его рубашка была порвана, берета не было; серебряная фляга плавала перед ним на ленте, а седые волосы вздымались подобно водорослям в бурлящей воде. Его глаза широко открылись, в них не было ничего, кроме зеленоватого огня. Его рот открылся, и как дракон, он выдохнул огонь, превративший воду вокруг нее в обжигающий поток.

Наваждения, боль, смерть, подобные наваждениям ее сновидений. Демон Фолкатор проник в нее и руками с силой выдирал корни и клочья ее магии, но она позволила ей уйти, и драконьей, и человеческой, доверясь только заклинаниям магов-китов. С порочной мудростью демона он ухватился за ее сны, древние желания и страхи, но и от этого она тоже избавилась, дав им уйти. В ее разуме не было ничего, и только прозрачная белизна — в сердце, когда она со всей силы вонзила гарпун в тело Карадока, пришпилив его к скалам, у которых Моркелеб держал Сентуивира. Потом, пока Карадок метался и дергался на гарпуне, а изо рта лилась кровь, она как рыба, развернулась в воде и запустила руки в волнистое многоцветное великолепие гривы Сентуивира.