Чтение онлайн

Он моментально вскочил и, несмотря на протесты друзей, ринулся в гущу сражения с саблей наголо.

— Только никого не убивай! — вскрикнул Кеоран, сомневаясь, что Лир его услышит.

Элрэт двигался слишком быстро и слаженно для пьяного. А не было ли его опьянение всего лишь фарсом? Он ловко блокировал занесённую над ним дубину и ударом ноги в солнечное сплетение вывел из строя горе-воина. Лир перехватил летящий в него стул и, орудуя им как щитом, расчищал себе путь. Он метнул кинжал прямо в канат, поддерживающий подобие люстры. Люстра упала, прижав троих к земле, но, как показалось Элрэту, они остались живы. Он уклонился от ножа, которым пытался его проткнуть один из бандитов, и поднёс клинок его горлу, готовясь сделать последнее решающее движение…. Время снова остановилось, всё замерло, летящий стул, человек застывший в боевой стойке, раненый на земле, кровь фонтаном… Всё застыло. Лишь открытые в безумии рты и выпученные в азарте битвы глаза.

Лир смог повернуть голову и увидел идущего к нему Кеорана.

— Нельзя их убивать, — произнёс стаж изнанки, — тебе не надо пачкаться в крови этих недостойных.

— На моих руках и так уже слишком много крови! — воскликнул Элрэт.

— Когда-нибудь одна маленькая капля переполнит чашу, — ответил Кеоран.

Лир осознал, что может двигаться. Он сделал шаг назад и убрал клинок в ножны. К нему направлялись Энн и Ангарэль.

— Пойдёмте отсюда, пока не поздно, — сказал Кеоран.

И все трое покинули таверну, выйдя в ночную мглу. Лир, не прощаясь, двинулся туда, куда вели его ноги. На него снова накатил хмель и непонятное состояние. Он шагал как сквозь густой кисель, даже не замечая, что за ним по пятам следует Энн. Сейчас он сам был не властен над собой, хотя остатки сознания всё ещё сохранялись. Он оказался возле лачуги Камжена. Резкий удар ноги — хлипкую дверь снесло с петель. На шум выбежал заспанный Серый Кот.

— Кто здесь, что вам нужно?! — спросил он.

В ответ Лир промолчал.

— Волк, что тебе надо от меня среди ночи?! — выкрикнул он.

Но взгляд пустых глаз Элрэта сказал больше, чем все слова в мире.

Элрэт достал меч из ножен.

— Убей меня! Я не могу так больше жить! — причитал Камжен. — Лучше уж принять смерть от твоей руки, чем от кого-нибудь из них! Что медлишь?! Это она прислала тебя?!

Лир равнодушно стоял в стороне и смотрел, сознание и воля начали потихоньку к нему возвращаться.

Камжен упал ему в ноги.

— Убей меня, прошу тебя!

— Встань с колен! — произнес, наконец, Элрэт. Сознание прояснялось, но мысль убить Камжена начала казаться своим искренним желанием. Может быть, так и действовало это колдовство.

— Ну что же ты медлишь?! Ты струсил? — прошипел Серый Кот.

— Я ничего не боюсь, — ответил Лир.

— Дурак ты! — сказал Камжен совершенно другим тоном, как будто в дружеской беседе. И схватился руками за лезвие клинка, собрав последние силы, напоролся на него грудью.

— Прощай, Лир, — прохрипел он, выплёвывая кровь.

Лирнэ стряхнул уже бездыханное тело с клинка, не забыв напоследок закрыть глаза трупу.

И побрёл дальше по дороге. И всё ему казалось правильным, и дело его — благой милостью. И что так оно и должно быть.

Наконец-то он заметил Энн, которая всю дорогу следовала за ним, чтобы пронаблюдать за убийством.

— Пойдём домой, — сказала она.

— Пойдём, — сказал Лирнэ, обнимая её.

Он проснулся на рассвете. Взглянув на стены, он понял, что находится не у себя. Рядом лежала Энн, прильнув к нему всем телом.

«Значит, всё происходящее не было сном», — подумал он. — Значит, и другие события вчерашнего вечера мне не приснились. И про таверну и про…», — дальше ему не хотелось думать. Весь ужас произошедшего навалился на него.

«Я убил Камжена по его просьбе», — ему стало жутко от одной мысли. Но у Элрэта была одна черта — оправдывать все свои поступки. «В конце концов, он сам этого желал, и я совершил акт милосердия», — сказал он сам себе.

Но на душе всё равно оставалось погано от того, что хорошего приятеля больше нет. Надо будет поговорить об этом с Кеораном, может быть, он всё это прояснит.

Он посмотрел на Энн и его передёрнуло: нет, она совсем не была ужасна, скорее наоборот. Но это ночь не оставила никаких воспоминаний кроме удовольствия плоти.

Рассвет загорался над стенами города. И дорога змеёй подкрадывалась к воротам. Из леса верхом на белой кобыле выехал Лирнэ Элрэт. Эту ночь он провёл в лесу. Он не мог объяснить себе самому этот странный поступок. Тем более объяснить своё отсутствие всем, кто вдруг этим заинтересуется.

Но знали бы они, как приятно иногда побыть одному. Насладиться тишиной и покоем, потрескиванием дров в костре, ночным морозным воздухом. И пробежаться по снегу вместе с волчьей стаей, которая охотно примет Красного Волка за своего собрата.

Как прекрасно наконец-то отдохнуть от человеческой речи и поговорить с кобылой по-эстирски. Сель не нуждалась в словах, в них нуждался Элрэт.

«Может быть, снова уйти в лес — подумал он, глядя на распростертый вдали город. — Но нет, Мэв не согласится. Зря я недавно сказал, что свободен и волен выбирать. Я в итоге ничего не выбираю. Да и к тому же Совет немало ограничивает мою свободу. Вместо того, чтобы заниматься тем, чем хочу, я обязан выполнять эти дурацкие поручения. Будь оно неладно! Спокойно. Вспомни, как в лесу хорошо и приятно. Что-то я уже думаю, как Кеоран».

Лир погнал кобылу быстрее, чтобы дурные мысли не задерживались в голове.

Возле ворот он показал страже свиток, заверенный несколькими печатями — разрешение на пребывание в городе. Был у него с собой и ещё один свиток, который никак не должен был попасть в руки властям. Карта города, где каждый район был отмечен своим цветом, обозначая группировку, которой принадлежит та или иная часть Тирвальдена. А так же разрешение на проезд в определённые части города. Например, Лиру, как члену Тёмного Совета, настоятельно не рекомендовалось бывать на востоке города, так как Селене удалось окончательно испортить отношения с какой-то местной гильдией. Также запрещалось бывать возле Вороньего моста и в кварталах, примыкающих к гильдии воров, но через Мэв Элрэту всё же удалось выбить разрешение. Были и районы, куда даже городская стража не заходила: такие как Сарач (он же Низина) и Крысиная яма, — очень уж зловонные и опасные места. Данные правила были введены совсем недавно, поэтому многие по-прежнему путались. Тем, кто в первый раз попадает не на «свою» территорию, выносится предупреждение, если после этого несчастный рискнёт снова прийти без разрешения, то судьба его будет незавидна.

Свернув на соседнюю улицу, Лир понял, что попал в зону владения вактри, об этом ему сказали не только карта и название улицы, но и любопытные взгляды с крыш домов. Существо, не привыкшее к жизни в этом городе, не заметило бы слежку с первого взгляда. Но Элрэт знал, что за ним наблюдают, он чувствовал их спиной.

В эстирском королевстве было много маленьких поселений и только одно из них — Эстирион — имело статус города. Лир не раз бывал там, но всё равно атмосферы Эстириона и Тирвальдена в корне различались. Город эстиров представлял из себя центр культуры, сосредоточие дворцов, храмов, мастерских. Никаких нищих, бездомных и воров. Такие были просто недостойны жить в эстирском обществе. Там выживали только воины или те, кто был им полезен. Представители остальных рас были в Красных Скалах всего лишь слугами, в обмен на покой и безопасность они обеспечивали быт.