Чтение онлайн

В коридор выскочил папа, за ним - мама.

– Прости Настя! Мы в розыск подали. Ты же никогда, никуда... В университете видели, тебя Максим увёз, и ты пропала. Он под следствием. Все думают, что он тебя изнасиловал и убил, - пока Соня скороговоркой выдавала информацию, мама уже стояла возле меня и дрожащими руками гладила лицо.

Папа просто смотрел, не отводя глаз, прислонившись плечом к стене, словно не мог стоять.

– Настенька, родная, покажись!
– услышала я больной голос бабули и побежала в зал.

Бабушка лежала на диване. Рядом на столе - таблетки и пузырьки, пахло корвалдином. Она протягивала ко мне свои дрожащие руки с тонкой, словно папиросная бумага, кожей. Я наклонилась, обняла её.

– Всё хорошо, бабуля. Я дома.

Вся толпа собралась в зале. Радостная встреча плавно перетекала в гневную.

– Как ты могла не предупредить! Я на следующий же день позвонила твоим родителям! Я же думала он с тобой что-то сделал! Столько времени ты ему - от ворот поворот! У кого хочешь крыша поедет!
– кричала Соня обрывочные фразы.

– Ты совсем, ни о ком, не думаешь! Как только мы воспитали такую махровую эгоистку! Посмотри на бабушку! Тебя совесть не мучает?
– выговаривал отец повышенным тоном.

– В полиции заявление только на третий день приняли, до этого мы тебя сами везде искали, - жалобно-укоризненно рассказывала мама.

– Кто это, внученька?
– обратила внимание на Михаила бабушка.

– Никто!
– сказала я.

– Я её мужчина.
– сказал, одновременно со мной, Михаил.

– Это правда?
– зажала рот ладонью мама.
– Где ты была? С ним?

– Послушайте! Я всё расскажу. Максим действительно увёз меня из университета к себе домой и хотел изнасиловать, но мне удалось сбежать. Потом я познакомилась с Михаилом и провела с ним остальное время, но это оказалось ошибкой. Простите меня за то, что заставила всех беспокоиться. Я не ожидала, что Соня поднимет такой переполох и была слишком занята своими собственными переживаниями, - я выдохнула.

Вроде не соврала. Терпеть не могу враньё.

Михаил стоял рядом, его напряжённая спина отражалась в стекле старого бабушкиного серванта, и по его каменному лицу было непонятно, что сейчас творится в его ненормальной голове. Я повернулась к нему так, что моё лицо видели только он и Соня.

Мои черты, наверняка, исказились от невыносимой ненависти, которую я испытывала к этому человеку, принёсшему столько боли моей семье, я зло прошипела сквозь стиснутые зубы:

– Убирайся отсюда.

Он молча протянул мне коробку с Трактором и, коротко попрощавшись со всеми, буркнув что-то вежливое к случаю, быстро ушёл.

И только после этого я смогла свободно дышать. Облегчение накатило такой волной, что даже голова закружилась и я села в ноги к бабушке. Михаил просто давил на меня своим присутствием.

Дальше общий разговор пошёл уже плавно.

– Да не о чем, особенно, рассказывать, мама, - устало сказала я, когда папа, повинуясь тайному маминому знаку ушёл на кухню ставить чайник, - его зовут Михаил. Всё это время была только с ним. Бабушка, да, я потеряла с ним девственность. Мама, Соня, честно, хоть он и красивый, и видный, да, бабушка, и представительный, но мне с ним совершенно не понравилось, поэтому больше не хочу его видеть. Посмотрите, лучше, это, кстати, Трактор, мой котёнок, приблудился там к нам. Правда, он красавец?

Мама и Соня, посмотрев на уродливое лысое тельце, переглянулись и сморщили носы. Бабушка только подняла бровки.

Я выставила Трактора из коробки на пол.

– Осматривайся, хозяин!

Котёнок ненадолго замер, а потом уверенно взял курс на кухню.

– Надо в полицию сообщить, что Настя нашлась, - вошёл уже одетый папа.

– Так позвонить можно, - удивилась я.

– Нет, схожу. Мне извиниться надо, - смутился папа и скрылся из виду.

Через минуту хлопнула входная дверь.

– За что это ему надо извиняться?
– я заговорщицки посмотрела на бабушку.

Мама с Соней ушли на кухню готовить завтрак, а меня с бабулей оставили в качестве «самого лучшего в мире лекарства».

– Он вчера там форменное безобразие устроил. Кричал, стучал кулаком, говорил всякое разное. Просто, ему там сказали, чтобы не волновался, что сама вернёшься, что ты с парнем загуляла, дело молодое, а он сорвался. На нервах мы были, и не думали, что и правда так, - бабушка вздохнула.

– Прости, бабуля, - я положила голову на её ноги и заплакала.

Станет им легче, если расскажу правду? Что какой-то урод бил и насиловал их драгоценную маленькую девочку? Нет, пусть лучше так, пусть - я загуляла.

К вечеру ко мне пришёл Максим. Я распахнула дверь на звонок, куча людей в доме, не страшно, а он стоит на пороге. Смотрю, похудел за неделю или просто с лица спал, смотрит пристально, серьёзно, потом, вдруг, сделал шаг вперёд и обнял меня, сжимая всё крепче и крепче и повторяя:

– Где ты была? Где ты была? Настя, где ты была?

У меня начали трещать рёбра.

– Максим, отпусти, раздавишь!

– Отпустить? Нет уж! Теперь никуда не отпущу. И мне плевать, где ты была!
– шёпотом прокричал он и тут же непоследовательно спросил - Где ты была, Настя?

– После того как ты опоил меня и попытался изнасиловать?
– спросила я, всё-таки, с усилием, немного расширив обруч из его рук.

– Да тогда, - не стал спорить или оправдываться он.

– Сбежала, конечно. Попала к мужику, который меня грубо трахнул. Так что, теперь я уже не девственница. У него я и была, пока он меня сегодня домой не привёз.

– Понятно...

– Что тебе понятно? Ты уходи лучше, Максим. Не до тебя мне сегодня. Соня моя кипишь подняла, родители прилетели, бабушка. Бабушка ещё и заболела. Ты иди. Завтра буду на занятиях, захочешь, там увидимся.

Небольшая двухкомнатная квартира на ночь превратилась в казарму. Бабушка спала на диване, родителей уложила в спальне на свою кровать, а мы с Соней улеглись в зале на полу. Трактор присоседился к нам, свернувшись клубочком.

Едва бабушка захрапела, мы с Соней поняли, что уснуть при таком шуме, будет трудно и выбрались на кухню, так сказать, позавтракать на ночь.