Тень любви
Шрифт:
– Не знаю, Кейт… Все так сложно.
В нем будто что-то надломилось, он никогда никому не рассказывал этой тайны и сейчас не был уверен, что пришло время сделать это. Тем временем кеб остановился у дома, где жила Кейт, на Вайнер-Стрит. Дэниел подал руку сестре, помогая выйти из кеба, а затем расплатился с кебменом.
– Может, ты поднимешься ко мне? – спросила Кейт.
– Не сегодня, милая. Ты очень устала, а завтра тебе на работу.
– Ты прав, Дэн, – девушка вздохнула, – а это платье, что на мне, должно было быть возвращено в гардероб театра до того, как появится миссис Кин. Оно сослужило свою службу. Тебе не стоит обо мне беспокоиться. И не думай о нас с Гарри. Скоро наш театр едет на гастроли, которые продлятся до самого рождества.
– Кейт… Прости меня, пожалуйста, – Дэниел положил ей на плечо свою руку. – Прости, что грубо с тобой разговаривал. Это потому, что я, конечно же, переживаю за тебя, за твою дальнейшую жизнь. Думаю, ты не сомневаешься, что я очень тебя люблю… Я хочу для тебя только хорошего. Ты ведь понимаешь это?
И Дэниел поцеловал сестру, крепко обняв за плечи. Смущенная его нежностью, Кейт уткнулась головой в грудь брата.
– Хочешь, я скажу тебе, кто сверлил меня своим отвратительным, оценивающим взглядом? Это Раймонд Дориан. А ты знаешь, что он помолвлен? Мне Гарри рассказал. И его будущая невеста была там. И если бы колкие взгляды могли убивать, то я бы давно уже была мертва. – И Кейт хихикнула. – Думаю, что никогда больше с ним не встречусь…
– Пожалуйста, Кейт, будь поосторожнее с ним. У таких типов, как этот Дориан, хорошая память и большие деньги. И еще, ничего от меня не вздумай скрывать, договорились?
Кейт улыбнулась, будто в подтверждение, и побежала в дом. Дэниел еще пару минут постоял, дождался, пока у сестры в комнате загорелся свет, и затем пошел себе, мысленно благодаря Бога за то, что все-таки не сказал Кейт о большой тайне. О тайне, которая большим и тяжелым грузом лежала у него на душе. И в то же время Дэниелу казалось, что такой момент открытия все равно когда-нибудь наступит и тогда ему станет намного легче. Возможно, это будет очень скоро.
Глава 2
Когда, наконец, к трем часам ночи разъехались последние гости, в Гленмурском дворце не мог уснуть ни один человек. Кристина лежала в своей постели и думала о том, что отец обязательно поинтересуется ее отношениями с Кейт и Дэниелом. Гарри немного успокоился, но утром собирался серьезно поговорить с отцом, получить его объяснения грубого тона по отношению к Кейт. Сам же Эверард Уориндер, который всегда был хозяином положения, сейчас страдал, выслушивая упреки леди Клариссы.
Когда Уориндер зашел в спальню, его жена уже облачилась в воздушную кружевную сорочку, в ней она всегда была похожа на юную наивную девушку, которую он когда-то взял в жены, а не на опытную и мудрую женщину, родившую ему троих детей. Леди Кларисса не замедлила обратиться к нему со словами недовольства.
– Знаешь, Эверард, Френсис не доволен тобой, и я не могу его винить. Как ты мог допустить эту безобразную сцену в холле, когда вокруг стояли слуги и глазели на вас? Вот увидишь, к утру об этом узнает весь город! Слава Богу, что дверь в танцевальный зал была прикрыта, и немногие видели вас. Я сама узнала об этом со слов Френсиса. Что тебя заставило устроить эту сцену? Это на тебя так непохоже…
– Мне бы не хотелось, чтобы наш Гарри оказался на крючке у этой певички.
– Должна признаться, что на меня она не произвела такого уж шокирующего впечатления, – продолжала леди Кларисса. – Действительно, поначалу и я была раздражена ее появлением, ее наряд был столь вызывающ, но потом мне показалось, что в этой девушке что-то есть, какой-то стиль, что ли. У нее хороший голос, да и вела она себя, согласись, довольно скромно. Могло быть и хуже.
– Неужели, Кларисса, ты бы согласилась видеть ее в качестве своей невестки?
Леди Клариссу удивил этот вопрос мужа.
– Ты просто издеваешься? Об этом, конечно, не может быть и речи. Гарри еще очень молод. У него, как у любого молодого человека, должны быть знакомые девушки. Если я права, до нашей с тобой свадьбы у тебя самого было несколько бурных романов.
– Если и были, то это не имеет никакого отношения к Гарри, – холодно сказал Уориндер.
– Но что заставляет тебя думать, что эта девушка недостаточно порядочна? Что между ней и Гарри…
– Ради Бога, не задавай вопросов! Я не на суде. – Уориндер замолчал, увидев выражение лица жены, а потом спокойно сказал. – Прости меня, дорогая… Я не хотел тебя обидеть. День был таким суматошным, и мы оба устали. У меня есть конкретные предложения для Гарри, о чем я поговорю с ним утром. А сейчас оставим эту неприятную тему.
– Конечно, Гарри не должен был приглашать эту девушку, не оговорив это с нами, – продолжала Кларисса, – но раз уж это случилось, мы с тобой должны радоваться, что все было благопристойно. Согласись!
– Да, родная, ты права, – устало сказал Эверард, облачась в пижаму и ложась рядом с женой:
– Пожалуйста, не будь слишком строг с сыном, хорошо? – прошептала леди Кларисса.
– Это будет зависеть от него, – сердито сказал Уориндер. – Мне еще и с Кристиной нужно будет серьезно поговорить. Пока ты была с Маргарет, она совсем стала самостоятельной. Я считаю, что для того, чтобы у нас в семье все уладилось, Кристине нужно выйти замуж.
– Ах, Кристина, – вздохнула леди Кларисса, – девочка всегда была трудной, иногда просто приводила меня в отчаяние. Сегодня она выглядела такой очаровательной… Ей оказывали много внимания молодые люди, а она смотрела только на Гарета.
– Гарет хороший малый, со здравым умом… Кларисса, давай спать, сейчас уже четвертый час. – Эверард поцеловал жену. – Ты все замечательно подготовила. Я восхищаюсь тобой, дорогая. Ну спи, Кларисса…
Леди Кларисса закрыла глаза, а сама не переставала думать и вспоминать насыщенный впечатлениями день рождения своих детей.
На следующее утро Гарри собрался с духом, приготовившись к разговору с отцом. Он ждал, что отец зайдет к нему в спальню. Но потом Гарри решил, что сам пойдет к отцу в кабинет.
– А вот и ты, мой мальчик! – радостно сказал Эверард Уориндер. – Садись, сын, нам нужно поговорить. В доме сегодня еще не оправились от вчерашнего торжества… Попросить Бартона принести нам чаю?
– Не нужно, папа. Давай поговорим.
– Хорошо, тогда к делу, – улыбнувшись, сказал отец.
– У меня есть для тебя кое-какие предложения, планы. Давай теперь же и обсудим.
– Планы? О чем ты? – спросил Гарри.
– С тех пор, как ты вернулся из Оксфорда, – спокойно начал отец, я целый год к тебе присматривался и все время размышлял о твоем возможном будущем. Мне кажется, что тебе не помешал бы кое-какой опыт в жизни, в познании твоей профессии. Что ты думаешь насчет учебы на курсах в Париже? Это, несомненно, расширит твои познания, улучшит твой французский и вообще пойдет тебе только на пользу. Я помню, когда твой дедушка предложил мне поучиться в Цюрихе, я был просто счастлив.