Чтение онлайн

Даже Лизу, казалось, развлекал наш эксперимент, настолько, во всяком случае, что она решила устроить мне «показательный шоппинг» и научить выбирать «правильные» вещи. Поистине, никогда не знаешь, где тебя ждет приключение: меньше всего я рассчитывала, что к моим попыткам вылезти из раковины будут причастны именно Даша и Лиза.

Стаккато мобильного прозвучало в самый неподходящий момент: я должна была закончить к вечеру текст длинного и сложного договора, изобилующего подводными камнями. Высветившийся номер был мне незнаком. Ну и прекрасно, надо будет – перезвонят. Я выключила звук телефона и вновь погрузилась в свой договор. Следующие, беззвучные звонки прошли незамеченными, а когда, наконец, я смогла позволить себе перерыв и устроиться в зоне отдыха с чашкой кофе, то обнаружила четыре пропущенных звонка того же «неизвестного абонента». Любопытно… Кому-то явно нужно было мне что-то сказать. А мне нужно было отвлечься от корпоративного права, поэтому я сама набрала загадочный номер.

– Софья Александровна, спасибо, что перезвонили, – раздался незнакомый мужской голос, довольно низкий и слегка приглушенный. – Швецов Алексей Павлович, старший следователь (чего-то там, я не запомнила деталей). Мне необходимо сегодня с вами встретиться. Где Вам будет удобно?

От неожиданности я пропустила информативную часть, в голове осело только слово «следователь». Первая мысль, разумеется, касалась работы, но я практически сразу отбросила ее.

– Простите, можете повторить Вашу должность?

– Старший следователь Кунцевского межрайонного следственного отдела.

– А что случилось?

– Расскажу при встрече. Когда Вы заканчиваете работу?

– В принципе, могу выйти уже сейчас. – На самом деле, мне нужна была еще пара часов, чтобы закончить дела, но предчувствие надвигающейся катастрофы вдруг нахлынуло на меня с такой силой, что я вряд ли смогла бы вновь погрузиться в работу. – Когда вы сможете подъехать? Мой офис на Белой площади…

– Я уже внизу, в лобби.

Однако. Как много «они» обо мне знают! Чем я могла «их» заинтересовать?

Наскоро попрощавшись с коллегами, я схватила куртку и сумку и почти бегом пустилась к выходу.

Он подошел ко мне до того, как я успела обвести взглядом немногочисленных людей в лобби.

– Софья Александровна (не вопрос – утверждение), я Швецов.

Я с любопытством взглянула на невысокого, худощавого шатена в короткой замшевой куртке и джинсах. В противоречие с его на первый взгляд невыразительной внешностью быстро вступал его низкий голос, чуть хищная манера держаться и очень яркие, отороченные густыми черными ресницами серые глаза, довольно неожиданные на типично славянском лице. Уверенным, но недемонстративным движением он показал мне свое удостоверение: вроде бы, все в нем соответствовало тому, что он озвучил по телефону. Впрочем, сам факт, что Швецов ждал меня в лобби, благополучно миновав наш бдительный пункт пропуска, свидетельствовал о том, что он является именно тем, за кого себя выдает.

– Мы можем присесть вон в том углу, на диванах, – неуверенно предложила я.

– Я бы предпочел прогуляться до моей машины, она стоит на парковке вашего здания.

Предчувствие катастрофы переросло в уверенность. Швецов двигался очень быстро, и, чтобы успевать за ним, мне периодически приходилось переходить на легкую рысь. Мы вышли на парковку, он нажал кнопку на ключе – и на электронный призыв отозвалась массивная серая машина. Он открыл для меня переднюю дверцу, и я неуклюже забралась внутрь, споткнувшись о порожек. Швецов быстро обошел машину, скользнул за руль, повернул ключ в замке зажигания. Пока Швецов устраивался на сидении и молча что-то включал и регулировал, я, не отрываясь, смотрела на его чуть островатый профиль.

– Два дня назад в Кунцевском парке было обнаружено тело Пашковской Дарьи Александровны. В тот день она звонила Вам дважды, и, в принципе, Ваш номер несколько раз отразился в «недавних звонках». Видимо, в последнее время вы с ней часто общались?

Ощущение пустоты в невесомой, как ореховая скорлупа, голове, до этого появлялось в моей жизни лишь однажды: когда Макс сказал, что нам «нужно расстаться». Теперь оно настигло меня вновь, оглушив и лишив способности реагировать на внешний мир. А затем в пустую голову хлынула волна ужаса, заставившая съежиться на сидении, вцепившись пальцами в собственные колени.

– Но это… это же невозможно!.. Она же…

Швецов лишь молча смотрел на меня ничего не выражающим взглядом.

– А как же ребенок?!

Это слово как будто надломило меня: неверие отступило на второй план, и осталась лишь тоска. Не будет рыжего (вопреки Дашиным объяснениям я всегда представляла его рыжим) круглощекого младенца, не будет усталой, но счастливой Даши, рассказывающей о его попытках есть, ползать, сидеть. Не будет детских фото в инстаграм, не будет нарядного торта с одной свечкой… Слезы хлынули у меня из глаз, и вместе с ними выплеснулись наружу эмоции, которые мозг не в силах был «переварить» без внешних проявлений.

– Я отвезу Вас домой, – раздался далекий голос. Машина тронулась, но ее перемещения я воспринимала лишь как мелькание световых полос, прорезающих салон и порой слепящих глаза. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем ко мне вернулась способность думать, но, видимо, довольно много. К тому моменту, как я стала реагировать на окружающий мир, за окнами уже разворачивались знакомые пейзажи Парковых улиц.

– А что с ней произошло? Несчастный случай? Хотя подождите: Вы же следователь. Ее что?.. Убили? Как?

– Удар тяжелым тупым предметом по голове. – Ответил он бесстрастно и добавил, предвосхищая мой вопрос. – Орудие преступления рядом не обнаружено.

Я молчала, тщетно пытаясь избавиться от картины, возникшей в моей голове: роскошные Дашины волосы с запекшейся на них кровью возле некрасивой, вдавленной раны. Меня довольно часто укачивает в машине, но в тот раз приступ тошноты был, видимо, вызван другим.

– Простите, мне надо выйти! – как только мы остановились на светофоре, я начала судорожно дергать ручку двери.

Швецов меня понял правильно:

– Две минуты, я сверну с трассы и остановлюсь.

Он сдержал слово (это было в его интересах не меньше, чем в моих) и остановил машину в каком-то темном проулке. Опираясь рукой на ствол дерева, я склонилась над травой. Я мало ела в тот день, но тело мое, казалось, яростно расставалось со всем, съеденным за последний месяц. Лишь когда я уже едва держалась на ногах, желудок начал потихоньку успокаиваться.

– Не хотите зайти? – С надеждой спросила я Швецова, когда мы подъехали к дому. – Вы же собирались со мной поговорить, наверное, спросить о чем-то. – Мне не слишком хотелось отвечать на его вопросы в тот вечер, но я не могла откровенно сказать ему, что приглашаю в дом незнакомого человека, потому что боюсь остаться одна. Он согласился, не проявив особого интереса, но и настаивать мне не пришлось. Швецов устроился за кухонным столом и молча наблюдал, как я перемещалась по кухне, заваривала чай, расставляла чашки и безуспешно рылась в шкафчиках, пытаясь найти какие-нибудь конфеты или печенье.

– Вы были близкими подругами? – спросил он, когда я, наконец, угомонилась и присела напротив него на краешек стула.

– Не особенно. Мы и подружились-то совсем недавно. Когда-то учились вместе в школе, встретились на вечере встречи школьной параллели полтора месяца назад и, неожиданно, начали общаться.

– И тем не менее, она поделилась с Вами новостью о своей беременности. – Констатировал Швецов с ноткой сомнения в голосе.

– Она не делилась – я сама вычислила, еще на вечере встречи. Даша просто подтвердила мое предположение. Хотя, насколько я знаю, открытость вполне в ее характере… Была.