Чтение онлайн

Оставалось крутиться вокруг в ожидании момента, когда эльфка соизволит появиться. Обвинять девушку я не мог — скорее всего, ей тоже пришлось пережидать элитаров снаружи.

Придя к этому умозаключению, я крутнулся волчком, соображая, куда мог податься неприкаянный коп. Когда табло внутреннего циферблата выбило полные 12 часов оборота, я опешил. У входа не было никого, кроме уже знакомого мне персонажа. И если в модификацию эльфов не входила невидимость, появиться она могла только из недр пакгауза.

— Следы уже затоптали? — спросил я у девушки.

Айви смерила меня взглядом поверх тёмных стёкол — «шутки, сэр, здесь явно неуместны!» — и сухо ответила.

— Смотря какие. Окурки, очевидно, уже собрали, но дыры от выстрелов — ещё нет.

— Уже неплохо, — я подошёл к эльфке почти вплотную. Осторожно стянул очки с лица и сунул в собственный карман.

— Они вам не идут, Стерлинг. Что по делу?

Айви без особого сожаления проводила взглядом линзы, предназначенные защищать чрезмерно впечатлительных граждан от вторжения в частную жизнь.

— Будет лучше, если я расскажу всё на месте. Не забывайте придерживать шляпу — тут минут десять коридорами, рассчитанными под модификацию «гном».

— Такой ещё не придумано, — буркнул я шагая вслед за точёной фигуркой девушки.

У эльфки с тяжёлой стальной плитой, служившей воротами в пакгауз проблем разумеется не возникло. «Умный» замок ворот послал запрос в Управление, сверил номер жетона и дозволил эльфке провести внутрь некоего Стоуна.

Вскоре я понял, что имела в виду Айви, говоря о гномах. Пакгауз глубоко уходил в землю. Мы миновали три десятиметровых пандуса, а потом долго петляли служебными проходами, лишающими человека всякой гордости — ни плеч развернуть, ни сутулость исправить. Мне то ничего, я не из гордых; а вот эльфке, чуть не выше меня ростом, явно приходилось несладко.

Родовой гонор — он не для современных городов-муравейников.

Наконец впереди мелькнула люминесцентная лента полицейского ограждения и призрачный свет полицейских ламп. Не то чтобы тусклый, а какой-то казённый, мертвенный. Солнце, робко заглядывающее в световые люки склада выглядело приглашённым статистом.

— Ты был прав, Джек, — сказала эльфка, когда мы перелезли через ограждение. — Не выйдет у нас расследования.

— Это почему же? — осведомился я, неспешно осматриваясь. Длинные, похожие на метёлки ковыля пучки «ловушек для зевак» неохотно отпустили девушку, обрызганную специальным спреем, и едва не приклеили к полу меня. Метров за тридцать от нас два докера с матом пытались высвободить своего товарища из липких объятий. Оранжевые комбинезоны мелькали повсюду — судя по всему, преступление не отменяло аренды склада.

Это не мешало бы проверить — кто это такой крутой, чтобы оставить за собой склад, по закону помещённый под карантин. Я поставил галочку в памяти и принялся оглядываться по второму кругу — внимательно.

По всему выходило, что внутри пакгауза прошла небольшая война. Несколько контейнеров были вывернуты почти наизнанку. Смятая, скрученная и оплавленная сталь наводила на мысль о том, что в боевом столкновении применялось какое-то секретное оружие — иначе с чего бы в этом деле принимала участие военная безопасность?

Было несколько чёрных полос от полицейских лазерников «Бич», «модель III, только для высших полицейских чинов». На полу и стенах мутно поблёскивали пятна эрозированной — будто подтаявший снег или побывавший в воде кусок рафинада — материи. Похоже, что кто-то использовал СВЧ-пушку, которую используют в лабораториях климат-контроля для формирования «миниатюрных» погодных явлений — вроде карманных смерчиков и уничтожения информации на компьютерах.

В довершение картины в воздухе чувствовался стойкий запах горелой проводки. «Водоросль» полицейского ограждения придавала пакгаузу сходство с трюмом затонувшего корабля. Присев на подходящий по размеру обломок контейнера я посмотрел на эльфку и понял, что обсуждать вопросы моей правоты или неправоты она не торопиться.

— Я всегда прав. За тем редким, но довольно часто повторяющимся исключением, когда ошибаюсь. Но, подозреваю, жертв этой стычки на несколько человек больше, чем нам известно. А значит след тянется — как за трактором по тундре.

Айви прикусила губу.

— Здесь была военная разведка, «элитары», прокуратура, федералы, — и все они выясняли границы полномочий друг друга едва ли не с применением табельного оружия.

— Ну если так, то победа наверняка за жандармерией, — согласился я. Оглашённый список заставлял признать — старик Томас Кларк сумел привлечь достойных плакальщиков для организации собственных похорон.

Вместо одного-единственного убийцы в курган на могиле сенатора будет заложена целая гекатомба.

Я ещё раз огляделся. Выводы, и до того не блестящие превратились у меня в чёткую уверенность. Кто-то заманил политика в засаду… и угрохал откровенно гангстерскими методами. Но, похоже, гангстеры носили форму — это объясняло и размах перестрелки, и пристальное внимание военных ведомств.

Впрочем, меня это скорее обнадёжило. Очевидно, что всю основную работу по расследованию возьмут на себя следователи из управления по делам бывших военнослужащих — клиент, очевидно, из их епархии, да и тяжеловооружённые недоброжелатели тоже, видимо, носили погоны. Или всё ещё их носят. Мне предстоит аккуратно оформить отчётность в части, меня касающейся, да держать ухо востро — чтобы принести шефу какую-нибудь ценную для его собственных политических войн информацию. Плюс… Вдруг я понял, что один из свидетелей преступления мне известен. И, определённо, должен дать мне некоторые объяснения.

Раз уж поставил меня на это дело.

Я посмотрел на эльфу. Как не крути, а для новоиспечённого остроухого детектива это — первое дело. И если вышедшему в тираж копу вроде меня на исход расследования, по большому счёту, плевать, то у офицера Стерлинг наверняка должны были присутствовать какие-нибудь мысли о карьере.

— Айви, не беспокойся. Мы это дело размотаем, тем более, что секретов я тут не предвижу. Все эти ведомства сюда приехали не убийц искать — а их было, как пить дать несколько, — а политикой заниматься. Держу пари, что военные и элитары уже знают, кто стрелял… или догадываются.

— Военные не знают. Равно как и жандармерия.

— Ого, какая уверенность! — хмыкнул я. Девочка, очевидно, не посещала курсы позитивной психологии. — А откуда МЫ с тобой об этом знаем?

Эльфка скромно посмотрела на носки своих сапог.

— Я присутствовала при их разговоре.

— И не выгнали? — усмехнулся я.

— Сочли что я одна из них. Среди военных не было ни одного в чине меньше полковника.

Я понял. Не знаю уж, откуда в нашей армии пошёл этот дурацкий обычай, но любой высший офицер похож скорее на хиппующего анархиста-пацифиста — с длинными волосами, в татуировках, черном мундире, разукрашенном всякими побрякушками в виде молний и черепов, с парадным мечом… Айви не только могла затесаться в эту компанию без проблем — её вполне могли бы принять за старшую по званию.

— Ну, девочка, это нам не помешает. За карьеру можешь не беспокоиться. Убийц мы найдём. Просто нам до них не дотянуться. Но обеспечить себе должности с такой информацией можно.

— Ты хочешь восстановиться, Джек? — мягко спросила эльфка.

— Ещё не решил, — ответил я и коснулся стенки одного из распотрошённых контейнеров. В пакгаузе не было кондиционирования, и потому от стенки исходило ощутимое тепло.

— Сначала говорить буду я, — сообщил я девушке. — Здесь стреляли.

— Надо же, какая наблюдательность! — фыркает Айви. Я невозмутимо продолжаю.