Чтение онлайн

— Не надо… — срываются с разбитых губ слова. Жалкие, слабые…

А ведь сначала пыталась быть гордой, дерзкой… дуреха. Может быть, веди она себя смирней, сейчас били бы меньше.

И она бы сказала, все сказала! Было бы что…

Воспаленные глаза улавливают размытое движение: мужчина в серой форме вновь заносит руку для удара…

— Отставить, сержант! — а вот этого голоса она еще не слышала.

— Но, сэр! Молчит ведь…

— Вы хотите забить девчонку до смерти или все-таки получить информацию? Выйдите, покурите. Я сам ею займусь.

— Есть, сэр!

Здоровяк в сером уходит, но Лике все равно: один палач сменит другого, велика разница?

Чьи-то пальцы осторожно, почти ласково касаются лица.

— Совсем ребенок… тебе сколько лет, девочка?

— Шестнадцать… — хоть на какой-то вопрос она может ответить!

— Великая Сила… и зачем ты с этой бандой связалась, деточка?

— Деньги нужны были… они предложили много… послушайте, я не знаю ничего! Я на стреме просто стояла, они ничего мне не говорили!

— Ты знаешь больше, чем думаешь. Ну, чего ты дергаешься? Не бойся: будешь умницей, и сержант Траск тебя больше не тронет. Посиди спокойно, пока я вызову врача. А когда он с тобой закончит, мы поговорим.»

Лика потрясла головой, отгоняя непрошенные воспоминания. Нет, сейчас ситуация совсем иная. Она уже не запуганная до полусмерти девчонка, а Кевин — не старый, уставший от своей службы полицейский. Тогда, десять лет назад, ей лишь чудом удалось избежать колонии для несовершеннолетних: несмотря на искреннее сочувствие, пожилой майор не собирался ее отпускать.

Но для старика, в свое время с грустной улыбкой проигнорировавшего все мольбы девочки, она была никем — просто очередной малолетней преступницей, которых он на своем веку повидал немало.

Кевин — совсем другое дело. Он если и не влюблен в Лику, то уж точно успел привязаться к ней, и вряд ли станет так трястись над буквой закона… или станет? Все-таки нельзя забывать, что этот милый юноша — сибовец. Как и того, что преступлений наемницы вполне хватит на смертный приговор.

«Но я вовсе не обязана рассказывать ему все. А вот насчет полуправды следует поразмыслить… тем более, что так будет куда проще объяснить, почему мне необходимо срочно сбежать с планеты.»

— А теперь объясни мне, каким образом ты попала в перестрелку. Только ври поменьше, ладно?

— Ай! Ты что, решил допрос в лучших традициях своей конторы устроить? Больно же!

— Я не виноват, что кое-кто вообще о своем здоровье не заботится. На твою рану даже смотреть страшно, не то что ее обрабатывать. Ну, я тебя слушаю.

— Кевин, — наемница понурила голову, собираясь с мыслями и напуская на себя несчастный вид, — я не хочу вдаваться в подробности. Они тебе не понравятся.

Судя по тяжелому вздоху и процеженному сквозь зубы ругательству, в данный момент юноше не понравился ответ Лики.

— Так, послушай-ка меня, — отложив в сторону вату, пропитанную какой-то резко пахнущей субстанцией, он взял девушку за подбородок, вынуждая поднять голову. — Только не надо разводить таинственность, грустно вздыхать и изображать из себя ангела. Думаешь, я раньше не догадывался, что кое-кто не в ладах с законом? Или ты решила, что раз я молчу, значит — ничего не понимаю? Глупая.

Сказано это было настолько ласково, что у Лики даже не возникло желания заехать одному имперцу по наглой физиономии.

— Ты так спокойно на это реагируешь, — улыбнулась она, мягко отводя в сторону его руку. — Ты же понятия не имеешь, чем я занимаюсь. Вдруг я, скажем… людей за деньги убиваю?

— Это так? — с невозмутимым видом поинтересовался Кевин.

— А если я скажу «да», что ты сделаешь?

Лика хотела всего лишь оценить реакцию сибовца — и, если та ей не понравится, сделать вид, что неудачно пошутила. Но, даже не успев договорить, поняла: вместо вопроса получилось признание. Слишком уж живой интерес прозвучал в ее голосе — и слишком явное волнение.

«Я всегда была никудышной актрисой… и что теперь делать? Неужели я все испортила?»

Те несколько секунд, что Кевин медлил с ответом, тянулись мучительно долго. «Скажи уже что-нибудь!» — хотелось крикнуть наемнице, но она сдерживалась — хоть и с большим трудом.

— Посоветую тебе не лезть в неприятности хотя бы некоторое время. Тот, кто тебя подстрелил, использовал очень оригинальные боеприпасы — судя по всему, токсичные. Именно поэтому твоя рана так медленно заживает. Кстати, потерпи: сейчас жечься будет ужасно. Должно, по крайней мере.

И он, как ни в чем не бывало, принялся копаться в аптечке.

— Что? — ошеломленно выдохнула Лика. Она ожидала какой угодно реакции, но только не абсолютного безразличия. — И это все, что ты хочешь сказать?

— А что, я должен был отреагировать как-то иначе? Быть может, приставить тебе к виску пистолет и отвести в уютные застенки моей конторы? Или устроить скандал из-за того, что ты не призналась раньше? Или вообще — застрелить на месте, просто из принципа?

— Не знаю… правда, я понятия не имею. Но ты же должен бороться с такими как я, разве нет?

— Лика, неужели ты думаешь, что я задался целью извести под корень всю преступность в галактике? Я не верю, что ты представляешь угрозу для Империи, а на все остальное мне, откровенно говоря, плевать. И знаешь что? Галактика была бы куда лучше, будь в ней побольше таких преступников, как ты, и поменьше таких «честных людей», как… многие.

— Кевин, ты… чудо. Просто чудо, — выпалила девушка совершенно искренне. Молодой сибовец не переставал ее удивлять — и удивлять приятно. — Только твоему совету «не лезть в неприятности» я последовать не могу. Я в них уже по уши…