Чтение онлайн

Ещё во время возвращения от тёти Виктора в машине и теперь дома, на работе, на даче она всё время думала о том, что рассказала ей тетя о гибели Светы. Сначала она была полна сомнений в правдивости рассказа, но складывая мозаику из всех кусочков того, что она знала, перед ней постепенно вырисовалась страшная картина происшедшего. Но…

Почему тётка спросила о Сергее? Какую роль он играл в этой истории? Что он хотел сказать по телефону? Какое кино он хотел показать Виктору дома, а потом в Питере? Почему Света так не хотела ехать к Сергею?

Почему Виктор не знал о беременности, почему?

Все эти почему, как августовские мухи, лезли Елене в голову. Слишком много вопросов и ни одного ответа.

Какие муки должна была испытывать ещё молодая, красивая, любимая, любящая, счастливая женщина, чтобы решиться на убийство своего любимого человека, ребёнка и себя. В эту пропасть её подтолкнуло что-то или кто-то. Елена чувствовала, что от этих мыслей у неё начинаются заскоки, в то же время она понимала, что близка к разгадке этого страшного ребуса. Ни посоветоваться, ни спросить она не могла, да и не было у кого. Юлька с её эмоцией была плохим советчиком, да и не хотелось доверять эту тайну кому-нибудь ещё. Но не хватало одного звена в этой цепочке событий.

И Елена рискнула узнать кое-что у Виктора, он отвозил вечером в пятницу её на дачу, а в воскресенье после обеда приезжал за ней. Один раз, глядя как он занимается с Иришкой задачками на сообразительность, ей пришла в голову мысль спросить его после окончания занятий:

— Витя, ты меня извини, я смотрю, с какой любовью ты относишься к Иришке.

А почему вы со Светой не заимели ещё одного ребёнка? Таня ведь уже была

большая, собралась в школу. Разве вы не хотели, чтобы у неё была или сестричка, или братик?
–

Виктор вздрогнул, он не ожидал такого вопроса от Елены. Встал, провёл рукой по лицу, щека начала немного подёргиваться. Елена уже жалела, что так грубо напомнила ему о его трагедии.

— Извини, я спросила глупость, не надо было тебе напоминать о прошлом. Я просто дура! — ей было стыдно за себя.

— Да, нет, ничего. Я уже могу более менее говорить об этом спокойно, просто это был для меня неожиданный вопрос.

Знаешь, Света очень хотела второго ребёнка, это стало для неё идеей фикс.

— Я тебе рожу ещё сына, вот увидишь и он будет твоя копия, я постараюсь — обещала она.

Но это было невозможно. Со мной говорил врач, у которого она наблюдалась во время беременности.

— У вашей жены очень большие проблемы с кровью, рожать ей нельзя, делать аборты тоже. Всё это может привести к катастрофе, она потеряет много крови, сворачиваемость очень, очень плохая. Поэтому я Вас предупреждаю, чтобы Вы её берегли, она у Вас прелестная, жизнерадостная женщина, очень мужественная, я удивляюсь, как она всё так стойко выдержала и мне очень жаль её.
–

Зная это, я принимал все меры, чтобы избежать беременности. На все её просьбы, что уже пора заводить второго ребёнка, я отнекивался, говорил, что с меня хватит и двух солнышек. Но она поняла, что что-то не то и поехала к этому врачу. Тот ей всё и выложил, приехала она от него в очень подавленном настроении, вся в слезах, я с трудом её успокоил. Сказал, что если она так хочет ребёнка, возьмём на усыновление мальчика, только рыжего, но поменяем квартиру. Она как-то смирилась, даже повеселела. Мы никому об этом не говорили, я не хотел, чтобы её жалели, такую весёлую и жизнерадостную. Думали начать знакомство с процедурой усыновления, когда Татка пойдёт в школу, собирались с ней поговорить на эту тему. Но после моей командировки всё что-то мешало, да и Света как-то не вспоминала об этом. Вот и всё, я потом жалел, что мы не успели вплотную заняться этим вопросом, может всё было бы по-другому.

Впрочем, что об этом говорить, ни к чему. Я теперь живу надеждой, что ты мне подаришь маленького человечка, я его уже очень люблю. Спасибо тебе, родная моя, за эту надежду — Виктор наклонился и поцеловал руки Елены.

Она была потрясена рассказом и его нежностью. Слова застряли в горле, Елена только смогла прислониться к Виктору, закусила губу, чтобы не расплакаться. Хорошо, что прибежали Иришка и Алёшка. Громко крича и смеясь начали рассказывать о соседской собаке, которая утащила у соседей со стола колбасу. Хозяйка бегала за ней, но она слопала всю без остатка.

— Она, наверное, была очень голодной, бегает и кушает. Мама, дай мне косточку, я ей брошу через забор. Алёша вот взял кусочек пирога, мы её покормим. Можно? — заглядывая в глаза Елены просила Иришка.

— Конечно дам, покормите её, только смотрите, чтобы она вас не укусила за руку. Хорошо? — Елена быстро пошла в дом, пытаясь скрыть от Виктора своё состояние.

То, что она сейчас услышала, просто потрясло её, ей надо было прийти немного в себя. Подержав в руке косточку из холодильника, вздохнула и уже спокойная вышла на крыльцо. Виктор с ребятами что-то оживлённо обсуждал, видно было, что он был доволен разговором. Елена облегчённо вздохнула и подошла к ним.

— Алёша, ты смотри, чтобы она не протянула руку. Хорошо? — Елена отдала косточку и дети быстро убежали.

— Красивая пара, прямо загляденье! Анна Михайловна, вот Вам и зять ещё один! — улыбаясь Виктор обратился к маме Елены, которая как всегда что-то пересаживала на клумбе.

— А я не против, хороший мальчик! — рассмеялась бабушка Иришки.

— Ну вы даёте, это же дети! — удивилась Елена.

— А помнишь, как ты сама дружила с трёх лет с Андрюшей и как плакала, когда они переехали в другой район. Столько горя было, рыдала несколько дней, еле тебя тогда успокоили — говорила Анна Михайловна с улыбкой глядя на растерявшуюся дочку.

— Елена, что я слышу? А так посмотришь, вроде скромная, кто бы подумал, что с пелёнок уже бегала за мальчиками — насмешливо сказал Виктор глядя на Елену.

— Да ну вас, вечно смеётесь надо мной! Я уже и не помню его, это было так давно — рассмеялась она.

Ей нравилось, когда Виктор посмеивался над ней. В его шутках не было ни превосходства, ни высокомерия, а только одна нежность.

Теперь мозги Елены постоянно были заняты услышанным от тётки Виктора. Она прокручивала в голове всё, что ей стало известным и постепенно из хаоса проступила канва трагедии, происшедшей восемь лет тому назад.

Целая цепочка тех давно ушедших событий проходила перед глазами Елены.

Море — поездка к тёте — приезд домой. Всё ещё хорошо, все счастливы. Потом командировка Виктора, отъезд Тани на дачу, приезд Виктора, школа и катастрофа.

Теперь всё стало на место — этот ребёнок не был ребёнком Виктора. Что же произошло во время командировки Виктора? Изменить ему Света не могла, это точно. Значит — насилие, но и это ещё под вопросом. Если бы её изнасиловали незнакомые, она бы не писала в тетради "эта мразь", значит это был знакомый. Кто посмел её обидеть, кто?