Чтение онлайн

Затем Глеб и Федюня прошли в цитадель. Там находился Секретный Дом — узилище декабристов и польских борцов за независимость. По лестнице они поднялись на стену, пронизанную полуразрушенными ходами. Сверившись со старинным планом (сверху все было видно, как на ладони), Глеб присвистнул — на месте предполагаемого захоронения клада громоздились сплошные развалины.

— И как мы тут отроем клад? — растерянно спросил Федюня, глядя на груды битого кирпича и дикого камня. — Если, конечно, он существует не в нашем воображении, а на самом деле.

— Да обрящет ищущий, — бодро ответил Глеб, хотя у самого на душе начали кошки скрести.

— Где искать-то?

— Наблюдай за мной…

Координаты и привязки к рыцарскому щиту, обозначавшему место захоронения клада, Глеб помнил наизусть. Но щит ведь накрывает в масштабе большое пространство. Где искать вход в тайник? Наверное, тамплиеры, хранители клада, знали это место и без подсказки. Но ведь прошли столетия, многое изменилось, и как теперь быть?

— Это место примерно здесь, — указал Глеб. — Щит накрыл прямоугольник размером примерно сорок на тридцать метров. Будь это чистое пространство, с моей техникой не было бы никаких затруднений. А так… — Он сокрушенно покачал головой.

— Вот невезуха… — Федюня пригорюнился.

— Да ладно, не дрейфь. Завтра приедем сюда с детектором аномалий. Будем надеяться, что он поможет. А пока нужно все очень тщательно осмотреть. Потому как придется работать вечером и ночью. Хотя ночи здесь светлые… Но все равно, полазить нужно.

— Так чего же мы стоим?! За дело.

И Федюня храбро полез в развалины. Глеб коротко вздохнул — ну, начинается! — и последовал за ним. По натуре Тихомиров-младший был с ленцой и, чтобы начать работать в полную силу, ему нужно было «завестись». Но пока разные мысли и нехорошие предчувствия не очень способствовали трудовой активности.

Примерное место захоронения клада нашли не скоро. Оно находилось в развалинах стен, представлявших собой изрядно разрушенные воинские казармы, правда, с каменной крышей, поросшей травой и редкими кустиками. Все было сделано по уму: чтобы немедля начать отражение супостата, нужно было всего лишь быстро подняться по внутренней лестнице на крышу. Теперь там уже не было зубцов, а местами зияли провалы.

Передвигаться внутри казарм было очень опасно. Того и гляди сверху свалится кирпич на голову. Или провалишься в подземные казематы. А они точно здесь были, однако как ни пытались Глеб с Федюней найти туда вход или хоть какую-нибудь нору, у них ничего не вышло. Время бежало очень быстро, и только в начале пятого они вдруг вспомнили, что голодные, как цуцики.

Пообедать решили здесь же, расположившись под стенами казармы на недавно скошенном газоне (если можно было так назвать клочок каменистой земли с дикорастущими травами). Глеб заранее договорился с капитаном катера «Айгюн», что он обязательно заберет их около семи вечера. «Не беспокойтесь, мы работаем до последнего туриста, — ответил лихой малый в изрядно полинявшей тельняшке и парусиновой робе. — Во всяком случае, робинзонами на острове вы точно не останетесь».

Приятели жевали бутерброды и наслаждались тишиной и покоем, благо поток экскурсантов иссяк.

— Ты только посмотри! — вдруг воскликнул Федюня. — Нас закрывают!

Глеб обернулся и увидел, что служительница запирает ворота. Те самые, которые вели на пристань. Остальной музейный персонал уже давно ожидал катера. Глеб узнал, что в ночное время надзирать за крепостью остаются лишь двое дедов, которые мирно квасят в Секретном Доме с призраками сановных узников и во двор могут выйти разве что в случае разрушения их сторожки.

— Эгей, уважаемая, а про нас вы забыли?! — крикнул Глеб.

Увы, его вопрос оказался гласом вопиющего в пустыне — тетка спешила на катер. Все верно — рабочий день закончился, а там хоть трава не расти.

— Ну и чего будем делать? — растерянно спросил Федюня, глядя на закрытые ворота. — Это же… преступление перед человечеством! Мы что, до утра здесь будем кукарекать?! Твою мать!..

— Вы чего ругаетесь? — словно с небес раздался приятный женский голос.

Глеб и Федюня дружно обернулись и увидели молодую пару. Это были друзья по несчастью.

— Вы что, не видите — нас закрыли! — объяснил Федюня.

Экскурсанты дружно рассмеялись, и парень ответил:

— За углом в стене пролом. Хоть танком заезжай.

— Спасибо, други! — сердечно поблагодарил Соколков. — А то мы уже думали, что влипли.

Молодая пара продолжила прогулку по опустевшей крепости. А Глеб с удивлением задал риторический вопрос:

— Интересно, зачем эта грымза закрыла ворота на замок, если в стенах полно дыр?

— Для порядку, — ответил Федюня и прилег — чтобы жирок завязался.

Больше делать было нечего, и они последним рейсом отправились в Шлиссельбург. На катере Глеб сказал:

— Завтра приедем сюда после семи вечера. Теперь мы точно знаем, что внушительные ворота только для вида.

— А как будем сюда добираться? — спросил Федюня.

— По морю, аки по суше, — библейским изречением ответил Глеб. — Наймем лодку или катер. Без лодочника, — предупредил он следующий вопрос Федюни.

— Кто ж тебе лодку отдаст так просто?

— Есть средства… — загадочно ответил Тихомиров-младший, и на этом разговор закончился, потому что катер пришвартовался к причалу.

Решили пока пожить у Анны Петровны. С улицы их машина не просматривалась, что кладоискателей вполне устраивало, а обстановка благодаря заботам старушки была почти домашняя. Глеб дал ей денег на питание, и, когда они вернулись, их уже ждал сытный ужин с горячими щами и непременной настойкой, только на этот раз на каких-то ароматных травках.

Утром они сели в «Ниву» и отправились искать по подсказке Анны Петровны рыболовецкую артель. Город был небольшим, поэтому до окраины, где располагалась артель, было рукой подать. Деревянный домик, обитый досками и покрашенный в голубой цвет, они нашли быстро. Он стоял среди деревьев над самой водой. Его окружал забор и куча сарайчиков — видимо, для хранения моторов, запасных частей к ним, горюче-смазочных материалов и прочей рыбацкой надобности. Лодок было много: и возле берега — на плаву, и на берегу — лежали днищами вверх. Везде на специальных подставках сушились рыболовецкие сети.

На небольшом плашкоуте, к которому был брошен с берега деревянный трап и где тоже сушились сети, сидел малый в майке не первой свежести, курил и сквозь зубы плевал в воду. Он так увлекся этим занятием, что не заметил посторонних в своем хозяйстве — судя по всему, это был сторож.

— Уважаемый! — вежливо окликнул его Глеб. — Не соблаговолите ли сойти на берег?

Малый вздрогнул и уставился на Глеба, как на привидение. Видимо, так его никто и никогда не называл. Он долго разглядывал приятелей, а потом на его загорелом лице появилась щербатая улыбка, и он с пониманием сказал: