Чтение онлайн

– Так, Федор Викторович, хоть два слова для прояснения именно этой ситуации, - Синцов указал рукой вверх в сторону квартиры Кораблева.

– Хитер вы, батюшка, хитер. Сейчас, через минутку. Смотри туда, - и указал Синцову наверх.

Дверь квартиры Кораблева отворилась, и два полицейских вывели к двери лифта Веру Сергеевну и молодого человека.

– Тс-с, - поднял перед лицом Синцова свой указательный палец Дятлов.

Дождались, пока дверь лифта отворилась, в него полицейские завели задержанных людей, и дверь за ними затворилась.

– Ничего не понимаю, - прошептал Синцов.

– Одним неизвестным был Кораблев, вторым?
– и Дятлов с издевкой, как учитель, посмотрел на Николая, как на ученика, который должен ответить на заданный им вопрос.

– Конечно, не Столяров, - попытался угадать Синцов.

– Это третье неизвестное.

– Ну, Федор Викторович, не тяните кота за хвост.

– Сам Вертилов.

– Сергей Петрович?
– почему-то удивился Синцов.

– Он самый. Они дружили с Кораблевым с давних времен, когда служили в армии.

– Вот, оно, как, - не сводя своих глаз с губ Дятлова, сказал Синцов.

– И когда начались его запугивания...

– В смысле Вертилова?
– перебил Дятлова Николай.

– Да, - кивнул головой следователь, - узнав, что у него брат жив, и с его дочерью затевает против него какое-то дело, Сергей Петрович по-тихому решил переписать завещание на свою недвижимость на внука.

– Так.

– И он хранил его в доме у Кораблева.

– Вот, как!

– А у нотариуса уточнено, где хранится копия этого завещания: в "Красной папке" Кораблева, которая находится в библиотеке на такой-то полке.

– Понял, - опустив глаза вниз, посмотрел на свои тапки Синцов.
– И что дальше?

– Брат Вертилова занимался гипнозом. И он выведал у Сергея Петровича эту информацию. Дочка подслушала и решила убрать своего дядю руками Столярова Максима Максимовича. Мы ему помогли в этом, конечно.

– Убрать, то есть убить человека?

– Да, что вы такое говорите, Николай Иванович. Он жив и здоров.

– А собака?

– И она жива и здорова, только занималась этим направлением работы другая следственная группа, и я был допущен только к некоторой ее информации.

– Как и я?

– А вы, Николай Иванович, были одним из наших пальцев, как и Столяров.

– А он жив-то?

– Так, вам нужно продолжение?
– сплюнул с досады Дятлов.

– Ой, извините, столько информации сразу, и чтобы ее освоить, нужно...

– выслушайте меня до конца, - перебил его Дятлов.
– В конечном итоге Верой Сергеевной был задействован запуганный Киреев. И он согласился ей помочь. Сливянка понравилась?

– Хмельная очень.

– И ничего другого. Сам пробовал ее как-то, действительно, сильная штука. Он ею снабжал Вертилову, а та в нее что-то добавляла и использовала в своих целях.

– Убила кого-то?

– Снова перебиваешь.

– Извините, извините, а дальше то, что, Федор Викторович?
– Синцов еле сдерживал себя.

– Хочешь узнать? Тогда собирайся, я внизу.

– Товарищ следователь, - окликнула Дятлова Ангелина Сергеевна, - я же вас чаем хотела напоить?

– Извините, - Дятлов показал ей на телефон и сказал, - вызывают. Попозже встретимся, Ангелина Сергеевна, им только не мешайте, - показал он на дверь Кораблева.
– Извините, - и, перегоняя Синцова, побежал по лестнице вниз.

– 3 -

– Так, это была не Вера Сергеевна?
– удивлению Синцова не было предела.

– Уважаемый, это вы в ней хотели увидеть, именно, Вертилову.

– Так, кто же она?

– Племянница Вертилова. Ну что?
– обернулся следователь к полицейскому кинологу, подошедшему к ним с собакой.

– Ничего интересного, Федор Викторович. Мелкий уличный мусор: бумажки, две пачки из-под сигарет, да все такое. С этой стороны тоже самое. Безветрие на улице, все осмотрел.

– Да, да, я так и думал, - Дятлов взглянул на Синцова.
– Ну, что, Николай Иванович, ты сегодня моим помощником будешь?

– С удовольствием.

– Товарищ лейтенант, - обратился Дятлов к кинологу, - доложите о том, что ничего не нашли здесь майору Гутову, и вы свободны. Я вас отпускаю, думаю, и он тоже. Всего хорошего.

Николай выехал на улицу и, повернув направо, пристроился во второй ряд движения машин и увеличил подачу теплого воздуха в салон автомобиля.

– Вот, я удивляюсь тебе, Николай Иванович, почему ты думаешь, что Вера Сергеевна такая простая женщина?

– Если честно, то я ее побаиваюсь.

– Чего?
– удивился Дятлов.
– Потому что хитрая или красивая?

– Можно, я другой вопрос сначала вам задам, Федор Викторович?

– Давай.

– Ну, вот, сегодняшняя история со Столяровым Максимом Максимовичем, родственниками или родственницей Вертилова. Как они оказались в квартире Кораблева?

– А-а, да очень просто. Кораблев и Столяров - однопартийцы.

– Как это понять?
– с трудом проглотил слюну Синцов.

– А, вот, как оказался Кораблев в доме престарелых, он сразу и позвонил тому человеку, которому больше доверяет. Он же, Кораблев, на химкомбинате был партийным секретарем, так? В то время в Советском Союзе была однопартийная система...

– Федор Викторович, я знаю все про партию. Она была гегемоном пролетариата и т.д., ее политике, идеологии подчинялось государство, правительство, все директора заводов и фабрик, газет и пароходов.

– Успокойтесь, - поднял руку Дятлов.
– Так, вот. А когда в нашей стране в начале девяностых создалась многопартийная система, началась анархия, компартия ослабела, все люди начали кидаться из стороны в стороны в поисках своего защитника. Вот, именно, в этот момент Кораблев и создал фракцию, то есть партию "За справедливость". И она тут же стала пополняться обиженными в то время на власть людьми, такими, как Столяров. Их задача была одна: разделаться с мошенниками, ворами, и тому подобными, которые в Советские времена чернили своим поведением коммунистическую партию, но находились на ее вершине. То есть, они решили бороться не с рабочим алкоголиком, не со слесарем, который тащил себе домой что-то с завода, а с такими, как Киреев.

– С бывшим начальством, - вздохнул Синцов.

– В том-то и дело. И когда, вот, эти страшные ветры многопартийной системы задули, Вертилов, как прилипала, сразу в ряды фракции Кораблева и пошел.

– А чего же он боялся?

– Именно, этих седых головорезов. У этих людей искры с глаз сыпались, они готовы были со всеми разбираться, как с Яценюком. Ну, и ладно. Разбился на машине этот человек, тормозной шланг порвался, машину занесло, и остался инвалидом. Когда расследование проводили, была версия, что тормозной шланг был подрезан. Но доказать это не смогли, как и предположить то, в чьих это было интересах. Яценюк же владел несколькими базами, кстати, бывшими заводскими, и открыл в них склады, какие-то офисы. Ну, его устранение, как конкурента или собственника, было в интересах некоторых коррумпированных лиц, новых русских, как и этих партийцев-изгоев.