Тень
Шрифт:
Маньяк заорал переводя свой голос в дикий смех!
– Куда это ты собралась мелкое отродье!? Сегодня тебе конец! ТЕБЕ КОНЕЦ!
Его пальцы на мгновение отпустили свой упор и тут же обхватили всю боковую часть двери. Спасение которое казалось так близко испарилось.
Успокоившись и уже играя с жертвой мучитель не просовываясь полностью остановил свое лицо в проеме. Смастерив ехидную улыбку он прошипел.
– Сегодня я сдеру с тебя шкуру маленькая овца.
Нечто обрушилось на дверь защемив руки урода в проеме.
Он взревел от боли,пританцовывая ногами. Вырвал защемленные пальцы ,перебитые на уровне больших фаланг и прижал их к груди.В его взгляде через боль читалось не понимание. Все еще притоптывая теперь только одной ногой он отступил в глубь темницы.
– Сука!! Сука!! Аххаххх, Сука!
У двери стояла Виктория. Ее распрямленный кисти почти соприкасались с дверью.
– Не делай этого!! Ты даже не предст...,-договорить он не успел.
Мгновения их взгляды изучали друг друга и на этот раз маньяк понял,что стоящий перед ним ребенок больше не ребенок. Перед ним не девочка не девушка,а женщина перескочившая момент взросления за один дверной скрип. Она больше его не боится!
– Сделано!,-ее руки толкнули дверь и та как-то иначе чем первый раз скрипнув захлопнулась принося в темницу полный мрак.
– Защелка!!
Беглянка ухватилась за рычаг и потянула в сторону включая все свое тело, опасаясь, что и на этот раз ей не хватит силы. Хорошо смазанная щеколда рванула влево и заблокировала дверь попутно прищемив кожу на детской ладони между указательным и большим пальцем.
Боль была потом на поле ,а сейчас с щелчком защелки она услышала глухой удар. Она знала этот звук. Он не раз предназначался ей и всегда вместе с ним приходила боль в то место куда попадал кулак маньяка.
Что-то за дверью глухо осело на пол. В голос заплакали дети.
– Ты откроешь эту дверь сейчас же или клянусь всем что мне дорого я вырву им сердца .Всем до единого!
Его увесистые кулаки обрушивались с той стороны заставляя дверь ходить ходуном!
– Открой сейчас же и возможно пострадаешь только ты. Возможно даже я тебя не убью.
Удары вдруг прекратились.
– Детка,- его голос смягчился на сколько смог в данной ситуации.- Ты же не хочешь чтобы наш театр развалился?? Как мы будем ставить наши спектакли без главной звездочки.
Над уровнем пола прошел шепот.
– Беги Лиза. Позови помощь!,-дальше голос стих уступая место стонам и глухим звукам ударов ногами.
– -------
Через пол часа изнеможденная беглянка лежала на поле не в силах оторвать взгляд от свинцового кашеподобного облака раскинувшегося от горизонта до горизонта.
Отрешаясь от яви к ней пришли виденья: просторная кухня залитая таким ярким светом, что то и дело приходилось зажмуриваться, когда бросаешь взгляд на окно. Колышущаяся от летнего ласкающего ветерка воздушная тюль,прикрывающая на половину открытую створку окна. Белое,персонально ее детское кресло с приделанным к нему столиком для еды.
Мама в легком платье с небрежной прической добавляющая в ее тарелку с манной кашей, только специально для нее ,две ложечки вишневого варенья. Там были цельные безумно сладкие ягоды и главное без таких нелюбимых Лизой косточек.
Персональная тарелка была ее собственностью, и не было никакого приема пищи если на детском столе она не стояла.
Белая с сине-зеленой росписью по кругу. В центре удивительно детально прорисованный маленький зайчишка,спрятавшийся от опасности в высокой,зеленой траве.
Девочка любила этот рисунок. Нарисованный зайчик стал для нее напарником по еде и родители часто пользовались данной детской слабостью в момент плохого или своевольного настроения дочери.
В этот раз она не успела поздороваться с нарисованным другом и ложкой разгребала темную от варенья кашу пытаясь добраться до зайки.
В ночи. На открытом ,продуваемом ветрами поле. В открытом пространстве мира заполненном беспроглядными вертикальными струнами воды лежала девочка. Ее худенькая ручка,с распрямленными пальчики, с оставшимися фрагментами красного лака на ноготочках, тянулась к небу.
Тонкие пальчики гладили воздух пытаясь добраться до нарисованного друга,... а может она пыталась раздвинуть сереющие облака скрывающие за своей непроницаемостью солнце, в надежде увидеть теплый,дающий жизнь всему живому, огненный шар,в последний раз.
Ручка опустилась на живот. Еще секунда и бессознательность овладеет детским разумом.
<