Чтение онлайн

Как оказалось, пол бывает мужской, женский, мужской-женский (гермафродит), бесполый и, о чудо, еще вариант: другое – нужное вписать. Этот белобрысый паразит беспардонно покосился, расплываясь в улыбке, хрюкнул под "…не запятнать светлое имя Иствика…" и сделал вид, что не подсматривает. А проблемы-то на этом не закончились. Пол, оказывается, у этих весёлых ребят делится на биологический, психологический и социально-адаптивный, и варианты ответов прикладывалась ко всем трём. Так, как же правильно: женский, женский, женский или женский, женский, не поняла? Или правильно: не определилась? Чего они вообще хотят? Тэра совсем растерялась, и покосилась в торопыжкины ответы.

– Не списывать! – хрюкнул тот, но под озадаченно-пламенеющим взглядом повернул бумагу.

Этот паршивец, оказывается, просто развлекался. В полях "имя" и "фамилия" честно переписал: "имя", "фамилия". А второй пункт… Он у нас оказывается биологически "переменное" существо. Да-да! Так и вписал, паразит. В графе "психологический" значилось "определюсь в пятницу", а в социально-адаптивном красовалось "уже догадался?". И все разными почерками.

– Ты чего тваришь?

– Ответы дать просили.

– Ну?

– Так и отвечаю, никто ж не требовал правильные.

– Тебя не пропустят.

– Спорим?

– С этим? – Тэра ткнула в графу "Специальность". – "Отдых"… У тебя что, чердак протек?

– Так спорим или как?

Зная этого шутника, Тэра только уткнулась в опросник. Ответив под "…мы стремимся к светлому будущему человечества…" на все дурацкие полсотни, подняла обалдевшие глаза на Клотара. Тот кивнул на редкую толпу у выхода и они побрели. Каждый прибывший сдавал опросник сидящему за столом сутулому психологу, тот скользил взглядом по бумажке, аккуратно укладывал в стопочку и протягивал руку за следующим, чтобы опять сунуть под нос. Клотар дождался очереди и протянул листки. Опросник небрежно скользнул под нос. Замер. Уши психолога дернулись от удивления. Настороженный взгляд скользнул по сиреневому пиджачку.

– Клота-ар?

Несчастный побледнел.

– Привет, красавчик. Я вернулся.

Парень сглотнул и тыкнул опросником на выход. Тэра протянула свой, но психолог только сунул его в стопку, а сам таращился в спину насвистывающему веселый мотивчик Торопыжке.

Полупрозрачная девушка еще вещала, а Тэра уже догнала:

– Ты здесь был!

– Это Шкадя тебе намекнул?

– Кто?

– Ушастик у выхода. Он долго мою анкетку анализировать будет. В прошлый раз месяц карпел. Четыре собеседования устроил.

– Зачем?

– Ой, лапа, работа у него такая. Как говорят психологи: неправильных ответов не существует. – В серых глазах сверкнули веселые искры, – я отвечал честно.

Они остановились под кронами раскидистых вязов. Бордюрные камни дорожек извилистыми змейками расползались по огромному парку, теряясь в диком сочетании зелени и пестрой травы. Правил, казалось, не существовало. Вообще. Местные бегали по дорожкам. Смешанная компашка вдалеке с визгами и воплями на газоне перекидывалась мячом. На траве! Тэра сморщилась – да на Карстаке за такое… И ни одна деталь внутри не наводила на мысли о Крепости, агрессивности внешнего мира, но маленький горбатый гномик внутри опять начал подозрительно почёсываться.

– Мистер Арчик.

Клотар обернулся и пожал протянутую руку.

– Раф.

– Не пора ли нам избавиться от ноши? – бюрократ кивнул на сумку. – В музей с ней не пустят.

– Как музей? – Клотар взглянул на спутницу. Расплылся в ехидной улыбке. – Ей рано. Поработает. Забинтуем… похороним… выкопаем мумией… – Тэра поджала губы, заливаясь краской, а паршивец продолжил, – вот тогда…

– Вы всё шутите, а кто-то ещё должен ответить за дрона. Да и барышню надо пристроить. – Взгляд Рафа опять потеплел.

Клотар скуксился:

– Музей, так музей. – Без церемоний дёрнул молнию сумки. Выловил за ухо медвежонка. – Держи. Гемме понравится.

Девушка возмущенно вцепилась в любимую игрушку. Раф кивнул:

– Возможно, мистер Арчик, вы правы.

Ворчливый горбун выполз из тёмного уголка, дернул за загривок Пантеру и Тэра не выдержала. С тихим рыком медвежонок стукнул о бедро:

– Гемма, да… Значит, Гемма… Что тут происходит?!

Мужчины переглянулись.

– Ты здесь был!

Клотар пожал плечами:

– Каюсь. Казнить будешь, лапа?

Медвежонок взвился и начал охаживать программиста:

– Ты… паршивец… здесь… был… и молчал… А ты!… – медвежонок замахнулся на Рафа. Чиновник шагнул подальше. Расплылся в улыбке, вскидывая руки:

– Виноват-виноват. Мы знакомы.

– Я еду не знаю куда, а они… А ну колитесь! – маленький кулачек потряхивал медвежонком перед ухмыляющимися физиономиями.

– Мистер Арчик изъявил желание вернуться. Он хороший специалист и я распорядился чуть изменить план полета.

– Изъявил, значит… Что ты там ещё изъявил?

– Ну, Тэ. Знаешь, как было смешно следить за физией этого уважаемого господина, пока он по трапу поднимался, придумывая как бы тебя на борт забрать. Правда-правда. Правила Иствика, знаешь, какая жёсткая штука.

– Да, барышня. Мистер Арчик редко дает рекомендации.

– Ах, рекомендации… – Тэра глубоко вздохнула. – И кем же он работает?

– Работал главой группы К.

– Кем?

– Шишкой над компьюторщиками, Тэ.

– И уволился?

– Я бы сказал, взял дли-и-инный длинный отпуск. Что с моим местом?

– Ждёт.

Тэра вздохнула:

– Что-то вы тут оба не договариваете. Вот чувствую, не договариваете.

– Ну что, мир? Идем?… Ну, Тэ, я же честно обещал найти работу.

Медвежонок опустился. Тэра обреченно кивнула, а Клотар сунул сумку охране. Раф что-то чиркнул на экране переносного терминала и троица углубилась в парк. Тэра пинала ворохи листьев, то и дело под ногами перекатывались переплетенные комочки травы, а она не отрывалась от мощенной камнем тропинки.

– Теперь понятно, как ты выигрывал.

– А?

– Покер. Но…

Она подняла глаза за Рафа:

– Позавчера он выиграл, не смотря в карты.

– Что Вы, барышня. Разве такое возможно?

– Я… Я собственными глазами видела.

Но Раф только качал головой.

– Видела.

– Тэ, какая разница, какой стороной карты, если эти олухи одной колодой три года играют?

– В смысле?

– Тройка червей – большое масляное пятно. Шестерка пик – складка на уголке и ржавая полоса. Король бубей – рубашка царапана. Продолжать?