Чтение онлайн

— Боги, что же это такое? — ахнул я, глядя в окно.

— Кхарийцы были великими искусниками в области боевой магии, — прошептал волшебник. — Но как это ужасно…

Вначале я подумал, что солнце решило изменить привычный строй мироздания и взойти со стороны Заката. Неподалеку от города вспыхнуло золотисто-белое полушарие чистого огня, на несколько мгновений в Арелате стало светло, будто в ясный полдень. Даже на расстоянии четырех лиг отсвет пламени слегка обжег кожу на моем лице и заставил долго протирать глаза. Вокруг огненного купола распространилось несколько розово-оранжевых колец, тут же растворившихся в горячем воздухе. Когда свет начал меркнуть, город сотрясся от тяжелого гула, идущего словно бы из самых глубин земли.

— Ты опасный человек, Валент, — растерянно сказал я, наблюдая за вздымавшимся к небу облаку дыма, смешанного с жидким пламенем. — Неужели все это — твоя собственная сила?

— Не моя, — мотнул головой волшебник. — Я лишь открыл проход между самым сердцем Огненной Бездны и замком Астер. На один-единственный миг. Бездна выбросила в наш мир ничтожную частицу своей беспредельной мощи. Впервые это заклинание использовал Оридат, самый знаменитый маг Ахерона… Как я устал! Кертис, даже если сегодня начнется великая Битва Богов и наступит конец мира — меня не будить!

Валент проковылял к своей кровати, с трудом сбросил верхнюю одежду и сразу рухнул на чистые льняные простыни. Заботливый Гвайнард укрыл мага шерстяным пледом.

— И что теперь? — поинтересовался охотник.

— Ложимся спать. Я уверен, что скоро прибежит городская стража. Мы должны выглядеть заспанными. Лошадей Халька и Джигга я на конюшне не заметил, значит они еще не вернулись из замка протектора. Тем лучше, будет меньше подозрений. Кажется, мы сработали чисто, не подкопаешься.

— Хотелось бы в это верить!

— …А вы и не верьте, дражайший месьор Гвайнард!

Когда я услышал этот голос, мое сердце незамедлительно кануло куда-то в область левой пятки.

За моей спиной стояли довольно лыбящийся Рэльгонн, чья клыкастая пасть сейчас показалась мне особенно отвратительной, и… И барон Данкварт Гленнор, обожаемый начальник и бессменный глава тайной службы Трона Льва. Ему-то что здесь понадобилось?

— Кертис, тебя следовало удавить еще в колыбели! — не соизволив поздороваться безапелляционно высказался господин барон. — Я знаю, что ты способен на самые безумные выходки, но то, что вы устроили нынешней ночью переходит все мыслимые границы! Месьор Рэльгонн мне все рассказал. В подробностях. После этого я решил слетать в Арелату и лично высказать свое неудовольствие.

— Ваша милость распорядились действовать в соответствии с обстоятельствами, — я попробовал напустить на себя самый безмятежный вид. — Таковые обстоятельства требовали незамедлительного вмешательства.

— …А маги Черного Солнца теперь станут втройне осторожны, — проворчал Гленнор. — Ты поставил под угрозу тщательно разработанную операцию, балда! Но за пленение магички — спасибо. Это тебя отчасти извиняет. С ней сейчас сидит лекарь, как только она станет вменяемой, начнем работать… И вот еще что. Будьте крайне осмотрительны. Началась война. В Аквилонии.

— Что? — поперхнулся я. — Уже? Когда?

— В ваше захолустье новости приходят с опозданием. Король и гвардия короны направились в Полуденный Пуантен. Мятеж подняли сразу четыре графства, пожар скоро перекинется на Немедию и Коринфию — Черное Солнце будет вынуждено действовать. Вот такие у нас дела, любезный граф… Впрочем, мне надо возвращаться. Берегите себя.

Гленнор повернулся к Рэльгонну и упырь молча коснулся вытянутых ладоней господина барона. Мгновение спустя они были уже в Тарантии, за сотни лиг от столицы Коринфского протектората.

— Кертис, боюсь поспать нам не удастся, — сказал Гвай, прислушиваясь к донесшемуся со двора грохоту. В окнах мелькали факельные отсветы. — Кажется, в ворота колотятся? Руку даю на отсечение — это стража Арелаты!..

4 день третьей осенней луны 1296 г.

Окрестности Толозы.

Окружающий меня пейзаж в точности напоминает миниатюры из трактатов по военному искусству, раздел повествующий о штурмах и осадах крепостей. Если посмотреть с небольшой возвышенности, на которой установлены шатры короля и его легатов, то справа мы увидим восемь здоровенных требюшетов — метательных машин, способных швырнуть круглое каменное ядро диаметром в три локтя на расстояние двухсот шагов. Слева от холма трудятся гвардейские механики, распоряжающиеся согнанными из ближайших деревень простецами, которые возводят осадные башни. В близлежащем лесу непрестанно стучат топоры — армии необходимо много дерева. Поодаль пасутся коровьи стада — Конан распорядился забрать с каждого вилланского двора по корове или быку, их сырыми шкурами будут обиты осадные башни, а мясо пойдет на пропитание войска.

Если же смотреть прямо, то взгляд упрется в стены мятежной Толозы.

Сейчас утро. Несмотря на то, что началась последняя луна осени, в Полуденном Пуантене стоит ясная и теплая погода, заморозки случаются только ночами, но иней исчезает сразу после рассвета. Огромный лагерь гвардии короны просыпается — позавчера подошел пеший легион, разместившийся к полудню и полуденному восходу от города, общая численность нашего войска вплотную подошла к четырем тысячам клинков.

Паллантид утверждает, что этой армии будет вполне достаточно, чтобы усмирить бунтовщиков и без серьезных потерь взять город, но Конан только хмурится и качает головой — муж признался мне, что у него появились нехорошие предчувствия. Обычно, врожденное чутье киммерийца на опасность его не подводило, но я тешу себя надеждой, что у Конана сейчас просто скверное настроение и нам не о чем беспокоиться. В конце концов, скоро должны подойти подкрепления — соколиная почта подтвердила, что два из четырех легионов с немедийских границ уже выдвинулись на Полдень.

И тем не менее гвардия начала возводить «правильный» полевой лагерь — нечто наподобие временной крепости, способной задержать противника в случае нападения. Вокруг выстроенных квадратом палаток насыпается вал, который укрепляется бревнами и отточенными кольями, по углам ставятся башенки, за валом по периметру ставятся катапульты. Взять подобное укрепление с налету силами конницы или пехоты невозможно.

Толоза насуплено молчит и огрызаться вылазками пока не собирается — горожане и запершаяся в городе часть воинства графа Раймона понимают, что связываться с лучшим гвардейским легионом Аквилонии бесполезно. Даже если у мятежников будет двойной численный перевес, они не смогут выиграть ни мелкие стычки, ни сражение. Силенки не те. Установленные на башнях катапульты и баллисты до лагеря Драконов не достают, а потому обе стороны потерь еще не понесли.

Раймон доселе отсиживается в своем замке на полуночном берегу реки. Нарбонет пока находится в безопасности — Конан и Паллантид решили, что распылять наши силы и одновременно начинать осаду города и замка бессмысленно, особенно если учесть, что Нарбонет очень велик и замечательно укреплен. В любом случае замок окажется в кольце — стоит лишь дождаться появления дополнительных войск. Излишней суеты вокруг Нарбонета не замечается, только изредка проскальзывают в ворота всадники, приезжающие со стороны Заката. Раймон скорее всего пытается собрать армию из своих ленников, но пока наши дальние дозоры не замечали ничего подозрительного — в округе спокойно.

Конана очень беспокоит положение в цитадели Толозы — вчера, рядом с королевским знаменем Аквилонии, на главной башне появился черный флаг, означающий, что графу Люксэ и его людям приходится туго и они просят о немедленной помощи. Договориться с горожанами мы не сможем, особенно после того, как магистрат и военные не выполнили ультиматум короля и не сдали город без боя. Следствием стала показательная казнь девятнадцати старшин и вигуэров явившихся к королю для переговоров. Их смерть, несомненно, произвела на горожан самое дурное впечатление — они поняли, что пощады не будет и решили обороняться или ждать помощи от графа Раймона.