Чтение онлайн

Безликий шел по улице, чуть пошатываясь – видимо явился в мир совсем недавно, и пожрал силу всего одной жертвы. Даже такой он был опасен. Лиердрем подал сигнал приготовиться. По отмашке люди выскочили из-за угла и навалились на закутанную в плащ сутулую фигуру. «Гвозди, скорей»! – заорал отставной солдат. Все еще борясь с извивающейся как змея рукой, Лиердрем схватил молоток и одним точным ударом вколотил длинный железный штырь в запястье. Стукнул еще, и гвоздь прибил руку к дощатой мостовой. Безликий дергался и шипел, пытаясь освободиться, но с каждым новым ударом молотка ослабевал. Заколотив последний гвоздь, Лиердрем откинули капюшон создания тьмы. Зыбкий дрожащий мрак кутал голову безликого. Сколько старый солдат не видел этих тварей, все равно не мог к ним привыкнуть. Изгоняющую молитву затянули хором, как по команде. Золотистые огоньки заплясали в воздухе, окружая порождение тьмы. Безликий снова задергался и завизжал, как поросенок на бойне, гвозди начали выходить из досок, но через мгновение все уже было кончено.

— Где-то недалеко должен быть вкусивший плоти колдун, – объявил своим товарищам Лиердрем: – Нужно найти его как можно скорей.

Собранная с таким трудом команда (пятеро крепких мужчин, из которых двое со всем неплохо владели мечом) смотрела на своего предводителя с сомнением. Это были простые люди и столкновения с колдуном не могло их не пугать. Но Лиердрем знал, правильные слова придадут им смелости:

— Безликие слабы лишь поначалу. Они неизбежно начнут охоту за новой кровью, а колдун поможет им какими-нибудь темными чарами. Подумайте о своих семьях – если тьма наберет силу, никому не удастся спастись.

В подтверждение слов солдата, в воздухе замельтешили жирные черные точки. И снова Лиердрем успел осенить себя знамением, прежде чем тошнотворная слабость смогла как следует развернуться в его теле. Остальным повезло гораздо меньше. Здоровяка бондаря пришлось приводить в чувство холодной водой. Колдуна, и вправду, нужно было уничтожить как можно скорей.

Теперь Кемерток все понимал: насланное порождением тьмы лживое наваждение должно было сбить его с истинного пути. Он устоял.

— Нужно выпустить кишки этому гнусному колдуну, – проговорил лейтенант. Уставившийся на него мастер Уверги попятился и прижался к стене. Кемерток не обратил внимания – сейчас значение имел только колдун. Образы плясали в его разгоряченном сознании. Лунная ночь перед сражением на поле Вердет, наполненная пронзительным завыванием парящих в небесной черноте колдунов. И полное детских костей логово одного из таких служителей тьмы. И день почерневший от ряби муторных наваждений. Так лейтенант и ходил по обеденному залу из угла в угол, слова чужого языка то и дело слетали с его уст. Хозяин «Гномьей могилы» и периодически заглядывающие в трактир летковские погромщики взирали на своего командира со священным ужасом.

Через час один из отрядов Возрожденной Гвардии выловил пожженных специалистом летковцев. Так колдун был обнаружен и его убежище вычислено. Лейтенант все это время не находивший себе места, начал успокаиваться и строить планы. Люди четырех отрядов, отправленных очищать район от мору, постепенно собирались у «Гномьей могилы». Кемерток замечал на их лицах усталость и неверие. Каждый раз, встречаясь с полным сомнений взглядом, лейтенант усмирял ярость: «Эти солдаты тоже подпали под злые чары колдуна их просто нужно наставить на путь истинный». Вот глаза людей начали зажигаться, Кемерток почувствовал нарастающую в них решимость. И сладостную светлую силу, которая текла через его душу прямо в их сердца. Возможно, это были лучшие ощущения всей его жизни.

В радостном парении не давал удержаться рассказ одного из солдат уничтоженного отряда. О человеке с красной кошачьей головой на груди. Мысль о том, что кто-то из «Красных игремов» встал на сторону тьмы, язвила лейтенанта, как гвоздь в башмаке. Он ведь знал их всех лучше, чем кто бы то ни было. Неужели кто-то из его людей мог оказаться скрытым мору? Вероятно, мог – жители города из розового кирпича, тоже, ведь, прикидывались мирными обывателями. Да и алхимик служил тьме. Хотя этого умника он знал не так уж долго. Кемерток покачал головой. Нужно было пересчитать тела после того взрыва и собрать всех, но он тогда был слишком занят своими вдохновенными видениями. «Э та ошибка больше не повторится», – решил лейтенант: «Теперь буду внимателен ко всему, и операцию против людей колдуна проведу по всем правилам. А с предателем разберусь по закону священной войны».

В единственном безопасном квартале на всей Летке, теперь народу было еще больше. Слухи живучие и пронырливые, как крысы, перемещались даже по оцепеневшему в кровавой агонии району. Они приводили переживших вчерашнюю ночь. Во дворах у Ренельтоков и Денгри теперь было не протолкнуться. Женщины брались помогать по хозяйству и колдовать над скудными продуктовыми запасами. Немногочисленные мужчины становились в тени у стен и всем своим видом пытались показать, что тоже готовы драться. На беженцев из Треугольника кое-кто смотрел косо, но извечная вражда разделенных рекой районов даже на едкое словечко пока никого не сподвигла.

Специалист все хотел перемолвиться с парнем из банды змей. О странном бледном, как вердугская смерть старике, в черном плаще с огромным капюшоном. Если это и вправду искаженный, то говорить нужно с глазу на глаз. Овер покосился на контролера Нжамди, тот наблюдал за ним с интересом, но, кажется, без враждебности.

— Здесь собралось столько народу, что горлопанящие идиоты, не найдя никого на всей Летке, в конце концов, сюда заявятся, – начал разговор специалист, голос его прозвучал необычно глухо.

Драммр пожал плечами:

— Думаю, они нагрянут намного раньше. После такого-то разгрома кто-нибудь самый ненормальный непременно начнет рвать на себе одежду и кричать про темных колдунов.

— Ничего, отобьемся, – специалист посмотрел контролеру в глаза, хотелось ему сейчас в них найти хоть немного осуждения. Ничего такого Овер не заметил, равно, как и желанного: «Ты молодец, спас всех сейчас и тогда в Ревенуэре».

— У них там трое наших, – Смерки погладил кошачью голову красной эмали на центральной нагрудной пластине: – И лейтенант. Так что, если полезут сюда, то с умом… – знаменщик глянул на сковырнутую сапогом земляную кучку и пробурчал под нос что-то вроде: – Дранное шрадом демоново дерьмо.

— Тогда понятно, чего они теперь строем ходят… – протянул специалист, перед его мысленным взором прошли картины штурма баррикад в Ревенуэре. Меньше всего ему хотелось бы участвовать в чем-то подобном.

Весь разговор шел на пониженных тонах, почти шепотом, но бледный старик услышал. И подошел, держась за ребра. «Не искаженный», – решил Овер. Следом за ним нехотя подтянулся Ненел Удавчик.

— Ваш лейтенант, очевидно, эфирный проводник. Через него Страж передает свою волю… – голос профессора прозвучал тихо и хрипловато. Драммр с недоверием посмотрел на старика: «Интересно, какой демон нашептал дедуле про этого Стража»? – промелькнула мысль.

— Кемка он, конечно, и по бабам любит, и выпить, но чтобы того… – Смерки смотрел на профессора с деланным непониманием.

— Не знаю точно, в чем тут дело: то ли в особой восприимчивости, то ли в типе личности, но Резиг–тар может так управлять лишь немногими людьми, – продолжал профессор как ни в чем не бывало: – Да, конечно, он мог бы переломать сознание каждого, кто находится в пределах его досягаемости, но ему, вероятно, слишком сложно уловить и сконцентрироваться… В общем, я думаю, он использует вашего лейтенанта, как своего рода промежуточное звено…