Чтение онлайн

Хромос подошёл ближе к мертвецу и бегло осмотрел бездыханное тело. Это был высокий, молодой мужчина крепкого и прямо-таки атлетичного телосложения с жилистыми кистями, покрытыми многочисленными мозолями. На нём были надеты простецкие мешковатые штаны, льняная рубаха со шнурками вместо пуговиц, затасканный жилет с парой заплат на груди и самые обычные сапоги, которые любой сапожник мог смастерить на коленке, предварительно вылакав целый кувшин сивухи. Убитый парень походил на человека, что занимался монотонной, но тяжёлой работой, возможно, был грузчиком в порту, плотником или строителем. Его рубаха была разрезана от ворота до низа живота и распахнута в стороны. Два длинных, неровных разреза начинались на его левом плече, один уходил горизонтально к правому плечу, а второй шёл вниз наискось мимо соска к солнечному сплетению. На конце кожного лоскута висел толстый рыболовный крюк с петлёй из пеньковой верёвки вместо ручки. Из ран успело вытечь немало крови и впитаться в желтоватую ткань, но на сей раз убийца ещё не успел выколоть глаза, и остекленевший взгляд покойника был устремлён к сверкавшим в небе звёздам.

Прежде у Хромоса ещё оставались некоторые сомнения, но теперь он окончательно убедился в своей догадке, что ловкий беглец, облачённый в чёрные одежды, был тем самым неуловимым убийцей, по чьим зловещим следам он шёл в последние дни. С новой силой на его спину обрушались чувства досады, злости, глубочайшего разочарования в самом себе, а разум наводнили сомнения о том, стоило ли ему использовать более сильные заклинания, чтобы поразить злодея, всё же рискнув жизнями людей в доме. Однако прошлого уже невозможно было изменить, и капитан, силой воли заглушив внутренние терзания, сосредоточился на обследовании нового трупа.

Раны на груди хоть и были довольно большими, но всё же были неглубокими, не затрагивали внутренних органов и не могли стать причиной смерти. Хромос сразу обратил внимание на то, что убийца не пронзил сердце этой жертвы, как он делал прежде с купцом и певицей, а значит это было самое последние действие в цепи его ритуальных кощунств. С этой мыслью капитан принялся искать первичную рану и вскоре заметил, что непослушные русые волосы в районе макушки были почти что чёрными и немного поблёскивали в свете фонаря. Капитан подошёл к мертвецу с другой стороны, присел на землю и приподнял голову, чтобы лучше разглядеть смертельное ранение. Немного раздвинув пальцами слипшиеся волосы, его глазам предстала четырёхгранная дыра, оставленная стилетом в самой верхней части черепа, где у младенцев обычно находится родничок. Среди медленно вытекающих сгустков крови он увидел разводы голубого яда, которым был густо смазано оружие. И снова убийца пожертвовал слишком много ценнейшей отравы, когда бог обойтись самой маленькой каплей, бережливо размазанной по всей поверхности клинка.

Хромос выпрямился и огляделся вокруг, чтобы в воображении воссоздать картину нападения. Рана была нанесена строго вертикально, и вряд ли бы её нанёс человек, стоявший за спиной. Тем более что убийца был значительно ниже своей жертвы, и в таком положении силы его удара явно бы не хватило, чтобы сражу же пробить кость, и стилет непременно бы соскользнул вдоль черепа, сняв часть русого скальпа. Тогда Хромос вспомнил ловкость и цепкость беглеца и взглянул на ближайшую крышу. Для невидимого ловкача спрыгнуть с края на ничего не подозревающую жертву, приумножив силу удара своим весом, было сущим пустяком. Всё здесь было довольно очевидно кроме того, что же забыл убитый работяга ночью в этом мрачном гадюшнике и кем таким он вообще был.

— Так, теперь расскажите мне, как вы его нашли и что вы при этом увидели, — обратился Хромос к внимательно следившим за каждым его движением стражам.

— Так точно, — ответил Дионэ, — мы были в патруле уже где-то с час, может дольше, ходили вдоль границы квартала, не заходя на его территорию. Всё вроде было тихо, если не считать пары взбалмошных пьянчуг, подравшихся из-за права заплатить одной девице за утехи, но там разобрались и без нас. Когда же мы шли по той улице, Лабрану захотелось отлить. Дальше ты сам рассказывай.

— Хорошо, — подхватил Лабран. — Я, собственно говоря, отошёл по нужде в этот самый переулок, спустил штаны и собирался уже приступить к делу, как вдруг услышал какой-то шум и возню, словно кто упал. Я, помня то, что сказал в своей вчерашней речи капитан Пинарии и что нам приказал наш капрал, пошёл проверить, что же такое там происходит. Поворачиваю я, значит, за угол и вижу, как мужик в чёрной одежде сидит спиной ко мне на животе вот у этого бедолаги и быстро так руками дёргает вперёд-назад. Потом он обернулся, видимо услышал мои шаги. На лице у него была маска, уродливая такая, точно морда ссохшегося мертвеца, а в правой руке он держал охотничий нож. По лезвию текла кровь. Я окликнул ребят и побежал к нему. Он уже успел вскочить на ноги, вытащив кинжал из его башки, и побежал прочь, ну, а мы за ним. Как-то так он и было.

— Вытащил кинжал? — спросил Хромос, удивлённый тем, что убийца не извлёк оружие из тела сразу после нанесения раны.

— Ну, было темно, так что может я что-то и путаю, но да, он его, вроде как, вынул, — ответил Лабран, почёсывая тёмную щетину на горле.

— Что теперь прикажете делать, капитан? — обратился к Хромосу Дио.

— Смотреть тут больше нечего, а ему мы уже ничем помочь не сможем, так что утащите его в… кажется морг Игтиана тут недалеко, даже без лошади управитесь. Сдайте его туда и возвращайтесь к патрулированию. Я сам доложу обо всём в Крепость и попрошу господина Уонлинга выдать вам премию за отвагу и доблесть.

— Это ведь был тот самый Шкуродёр, о котором все говорят в последние дни? — спросил прежде молчавший страж.

— Да, он, — ответил Хромос с мрачным видом. Ему всё ещё не нравилась эта дурацкая кличка, но отчитывать исполнивших свой долг мужиков из-за такой мелочи он не хотел. — Если встретите его ещё раз, в чём я сильно сомневаюсь, но всё же, будьте осторожны и не ввязывайтесь в драку. Сегодня он от вас убежал, но одним только Богам известно, на что он способен в ближнем бою. А теперь за дело.

—Так точно, капитан, — козырнули рядовые и стали между собой спорить, как лучше тащить тело.

— Прикроем ему чем-нибудь грудь, голову и потащим его на плечах. Вполне за очередного пьянчугу сойдёт, — предложил Лабран, но Хромос уже этого не слышал.

Покинув Квартал Страстей, капитан перешёл на бег. Вести о новой жертве, несомненно, были важны, но не требовали какой-то особой спешки, ведь все возможности перехватить убийцу уже были упущены зато ради скорейшего посвящения господина Командующего в темную природу сил убийцы стоило стереть стопы до кровавых мозолей. Громко отстукивая каблуками по брусчатке и вводя прохожих в замешательство, капитал нёсся по улицам, свистяще втягивая воздух носом и многократно прокручивая в голове всё произошедшее, всё им услышанное и увиденное, и вместе тем он пытался припомнить обсуждавшиеся прежде на собраниях планы по противодействию чернокнижникам, если те вдруг объявятся в Лордэне. В таких случаях было необходимо обеспечить повышенную защиту самой Крепости, вызвать членов магической гильдии, чтобы те помогли с установкой сигнальных барьеров вдоль стен, а также озаботиться усиление караулов, приставив к обычным стражам солдат из особого корпуса капитана Манека. Они лучше всех остальных знали, как сдержать любых магов и дать им решительный отпор.

Минут где-то через двадцать-тридцать, Хромос наконец-то добежал до крепостных ворот, мокрый как мышь и алый как спелый помидор. Кожа на ногах горела огнём, и ему хотелось присесть, дабы маленько отдохнуть, но он, сжимая зубы, промчался сквозь внутренний двор, взлетел по лестнице на верхние этажи и без стука распахнул дверь кабинета господина Уонлинга.

— Хейнд, у нас ещё один труп! — проорал Хромос, позабыв про приветствия и формальности.

— Что? — не сразу понял северянин, проведший последние часы в трансе над стопками документов. Капитан прервал его прямо посреди составления важного письма, и все мысли начальника разом сбились и перемешались.

— Патрульные нашли ещё один труп на окраине Квартала Страстей.

— Чёрт! — выкрикнул Хейндир и ударил по столу столь сильно, что дубовые доски затрещали, а из чернильницы вылетели тёмные капли и пометили все близлежащее листы бумаги жирными кляксами. Свечи на канделябре вспыхнули ярче прежнего. — Его рук дело?!

— Да, это был он, — ответил капитан, немного удивившись столь бурной реакции наставника.

— Как выглядит эта жертва?

— Молодой мужчина, довольно высокий, не эльф. Тело крепкое, одет как простолюдин, а волосы короткие и светлые, — быстро вспоминал капитан, пока замеревший Хейндир окаменевшими глазами пронзал пламя свечей. Чествуя настрой своего господина и повелителя, языки пламени разрастались, жадно растапливая и пожирая жёлтый воск.