Чтение онлайн

Сегодня он приедет около полуночи. Я как раз буду дома. А если он будет голоден, то я приготовила плов.

— Приехали, Ева, — голос водителя прерывает мои мысли.

— Спасибо, Алексей. Вы могли бы подождать, пока я зайду в дом?

— Конечно. Я провожу. Не волнуйтесь.

— Не нужно. Просто постойте у машины. Спасибо.

Единственный неприятный нюанс жизни в этом доме, это то, что иногда я чувствую себя не уютно. Соседа с собаками, о которых говорил Влад, я видела. И в ту ночь это был явно не он. Чувство, что за мной кто-то следит, не покидает.

Достаю ключи и замечаю конверт перед самой дверью. Наверное, курьер принёс для Влада. Поднимаю, открываю дверь и включаю свет.

Пока раздеваюсь, вижу, что на конверте что-то написано. И когда вижу надпись «Для Евы», мигом открываю.

Внутри записка и увесистая пачка фотографий.

Я присаживаюсь на диван и начинаю их смотреть. Потом вспоминаю о записке.

«Твой парень — убийца.» гласит она и я ощущаю прилив страха и непонимания.

На фотографиях молодые женщины. Девушки блондинки.

Но какое это имеет отношение к моему мужчине?

Несколько фото, где он с этими девушками, но не со всеми.

На обратной стороне фотографий подписаны имена. Я начинаю просматривать.

Насчитываю шесть имён.

Светличная Инна.

Калинчук Анна.

Сергеева Алина.

Маслей Елена.

Касабеева Ульяна.

Николаева Виолетта.

Беру телефон и вбиваю в поиске имена по очереди. На последнем имени телефон едва ли не выпадает из рук. Слёзы текут по щекам и дикий одноб охватывает тело.

Они. Все. Мертвы.

— Ева ты горишь, — слышу голос Влада, — вставай, детка, поедем в больницу.

Голова ощущается такой тяжелой, что я не хочу отлипать от подушки. Реальность накрывает грузом страха неизвестности. Я выныриваю из беспокойного сна и понимаю, что вчерашние фото — это не выдумка. Как вести себя, абсолютно не знаю.

— Всё нормально, Влад. Не нужно в больницу. Я просто перенервничала.

— Почему? Что случилось? — он так искренне интересуется, что я не могу поверить в его причастность к этим гнусным преступлениям.

— Не знаю. Просто настроение такое. Не обращай внимания, — я сажусь, натянута как струна.

Не то чтобы я боялась его… просто… если это действительно правда, то мне нужно бежать от него сломя голову, но я не могу. Я люблю его так сильно, что происходящее кажется мне злой шуткой.

И это действительно может быть так. Ну кто бы слал фотографии жертв и записки, если можно обратиться в соответствующие органы? Кто-то играет с нами. И я хочу знать кто.

— Ева, не пугай меня. Как это не обращай внимания? Тебе плохо, — он присаживается ближе, трогая мой лоб и щёки, будто у него есть опыт определения температуры таким образом.

— Просто выпью таблетку и всё пройдёт. Который час?

— 2:40.

— Ты только вернулся?

— Я вернулся около двенадцати, ты уже спала. Не хотел будить.

Встаёт и направляется на кухню. А я иду умываться и ложусь обратно. Сил нет на сложный мыслитель процесс. Вспоминаю только, что спрятала конверт в сумку для ноутбука.

— Выпей, — он протягивает мне болеутоляющее и стакан воды. Я послушно выпиваю.

Влад раздевается и ложится рядом, прижимая к себе.

— Спи, Евочка. Я тебя люблю.

Замираю в его руках, боясь пошевелиться. Сердце начинает стучать сильнее. Он сказал, что любит меня… И не знаю, как реагировать. Мы пара, вместе живём, делим постель. Говорить слова любви совершенно нормально. Но я не думала, что такой мужчина, как Влад, осилит эти три слова.

Поворачиваюсь к нему и шепчу в губы:

— Я тоже люблю тебя, — слёзы катятся по щекам. Кажется, я выплакала их все над теми фотографиями, но, нет.

— Почему ты плачешь, Ева? — он вытирает солёные дорожки.

— Не знаю… Я не знаю, — качаю головой. У нас ведь всё хорошо. А эти послания — бред какого-то конкурента.

Раздвигаю ноги, утягивая мужчину на себя. Он удивлённо всматривается в моё лицо.

— Ты нужен мне, Влад. Я хочу тебя.

Жаркие поцелуи клеймят моё тело. Я отвечаю такими же страстными касаниями. Отдаюсь всецело и удерживаю его внимание.

Нет никого, кроме нас двоих. Комната пропиталась ароматами нашей

безумной страсти, влажные звуки доводят до пика возбуждения. Я притягиваю его за ягодицы, желая максимально глубокого проникновения. Его глаза сверкают вожделением и я, кажется, чувствую, как мощные волны наших энергий ведут к ошеломительному взрыву.

— Можно в тебя… — я не даю договорить, ведь и так понимаю, чего он хочет.

— Да! — то ли кричу, то ли хриплю и ловлю жёсткие толчки, пульсируя на его члене, вбирая результат его оргазма до последней капли.

И чётко понимаю — этот мужчина не убийца. Такую искренность нельзя сыграть.

Влад

— Друг, хреновы дела. Бери свою девчонку и валите из страны.

— Это ещё почему? — я удивляюсь такому совету.

— Да потому что роют под тебя конкретно. Мне шепнули, что собирают все возможные улики. Алиби даже проверять не будут. Вроде как кто-то узнал тебя.

— Бегать я не собираюсь. То, что я этих девушек трахал, не значит, что я их убивал. Если сбегу, точно повесят всех собак на меня.

— Тоже верно. Но я не знаю, как тебе помочь. Убийства прекратились, как только ты остепенился в своём блядстве. Сечешь?

— Секу, блять. Но что прикажешь делать? Я за Еву боюсь пиздец! И похрен мне, что на меня кто-то думает, лишь бы её не тронули. Обещай, если меня повяжут, ты защитишь её.

— Влад…

— Обещай, Серый. Я, хер знает, что происходит, но малышка моя должна быть в безопасности. За бизнесом тоже присмотришь. Но Ева — самое главное.

— Ты влюбился, — заключает друг.

— Давно уже. И бегать от себя не собираюсь. Этап непринятия я прошел и понял, что мне нравится быть с ней. Не хочу стать ебанутым, как папаша.

— Рад слышать. А, вспомни, как ты ещё совсем недавно пел? Только секс, я не создан для отношений и всё такое.

Смеюсь.

— Было, признаю. Но, как ты и говорил, найдётся та, кто поставит на колени. Вот и я готов ей пятки целовать.