Чтение онлайн

Не привыкать – я и личный номер получил от убитого бойца, на место которого меня

распределили. У нас нет ничего собственного… Имена – характеристики и только… Личное

оружие, снаряжение – это принадлежит системе, как и мы… То, что принадлежит всем, не

принадлежит никому – так говорит Стикк. А я уверен, что общее – это общее. А общее

принадлежит всем вместе и каждому отдельно, но только – отчасти. Айнер подтвердил мои мысли

кивком и скривил тонкий рот…

– Да, Герф, и жизнь тебе дали в личное пользование – право на собственность закреплено за

вооруженными силами AVRG, за армией. Это правило системы. Мы бы слишком берегли жизнь,

если бы она принадлежала только нам, и совсем не дорожили бы ей, если бы она была полностью

чужой.

Мороз пробежал по коже – так каждый раз, когда кто-то из офицеров мне в голову проникает.

Они к этому привыкают и уже не замечают, что читают – закрытые мысли. Но у Айнера, похоже,

привычки под контролем – уж очень ехидно он рот кривит…

– Не читаю я твои мысли. Ты мне и без них насквозь виден. Понял?

– Так точно.

Правда это, но поверить трудно… Из-за этого Лесовский высших офицеров стороной обходит…

– Унхай, как они тебе?..

– Скоро привыкнут. А пока я им плечо подставлю.

– Другого от тебя и не ждал. Присмотри за ними. Из них толк выйдет.

Лейтенант вернулся на пьедестал – сидит как изваяние… Унхай сканирует объект с должной

четкостью – сейчас в счет идут и пробоины стен этих зданий, и сорванные панели, и разбитые

блоки – все, что у нас на пути станет… Нор вперил в нас с Лесовским буровой взгляд… Он

хищник, сразу видно… Затаивается и нападает – каждое редкое движение – резкий, стремительный

выпад…

– Герфрид, Владислав – подходящие характеристики. Таким здесь и место. Мы с вами еще

после битвы попируем. Ради такого дела пару скингеров к ужину точно забьют.

– Очень кстати бы.

– Да, только с этим нас торопить будут.

– С чего так?

– Здесь счетчики времени всех погоняют.

– Не бичами же они нас гнать будут.

– Больше нечем. Их, Герф, слушать следует.

Нор мысли спешно излагает, чтобы сигнал не пропустить – ему просто приперло сказать что-то,

как можно быстрей. Он отключил затемнители – за ними его пронзительные глаза берут

информацию отраженного света, как сканеры машины, хватают, как узкие зрачки хищной твари, и

скрывают, как бледные пленки на глазах мертвеца, которые ничто не отсекают от ровного потока с

его уже ничего не значащей информацией. Влад тоже почувствовал, что с Нором не так что-то, и на

секунду перевел на него синие глаза – прямо световые сигналы воздушной тревоги…

– Так уяснил, что тут со временем что-то не то происходит…

– Правильно, Лесовский.

– Командир взвода наш тоже тут воевал, тоже про счетчики времени говорил… Несут они нас

черт знает куда, не разбирая пути… хорошо, что мы его еще разбираем.

– Об этом за сутки узнаем – не дольше.

– Мы на острие…

Нор коротко кивнул…

116

– Острие – это пока еще взлетная площадка, но все знают, что с него и сорваться можно. От

него отходит полоса разгона. Сложить полосу на короткий разгон или раздвинуть – это выбор. И,

похоже, это уже наш общий выбор.

– Он возложен на плечи наших командиров – не на наши.

– Нет, Герф. Он сошел на всех нас. Значит, решение может стать продиктованным нашей силой

– оружием.

– По приказу верховного главнокомандующего мы и кипящей воде пузыриться надрывами не

позволим.

– Он передал силу нам. Мы применим эту силу. Надо будет – против него.

– Кончай с этим. Снегов контроль не утратил – он эту силу сдержит.

– Здесь что с конвейера бойцы, что из чертовой бездны – все одно. Не много у нас сражений

впереди.

– Значит, надо так.

– Не за что эти бои.

– Бои всегда за победу.

– Еще не поняли, что здесь происходит? К вечеру поймете. Мы ждем неизвестно чего, а если

так дальше пойдет, Хантэрхайм и до Полуночного турнира не простоит. А там “белых медведей”

ничто не удержит.

Унхай взял Нора за предплечье – это почти что арест. Но Нор сержанту дублированной линии

не открывал…

– Ты на посту.

– Унхай, мы за сигналом следим. Нам в кровь въедливую дрянь пустили – свалит нас, если

просто стоять будем. Если еще и молчать – не выдержим напор этой дозы.

– Нор, считай, что я твои мысли читаю.

– Они должны знать. Это из-за того, что Снегов заледенел от прожитых лет и забыл, что он –

человек.

– Мы под присягой.

– Мы присягали человеку!

– Верховному главнокомандующему.

– Но человеку!

– Тому, кто верен долгу.

– Долг не для всех един.

– Молчи, Норглан, не то спишут.

– Да плевать. Хоть сейчас расстреляйте. Кого тогда вперед бросать будете – на лучи?

– Ты не настолько нам нужен, Нор. Посмотри на руки и вспомни про шрамы.

– О шрамах я помню – за этим их и оставили. Потеряли они значение. Думать скорее надо –

скоро поздно будет. Сколько мы еще так город продержим?

– Сколько будет нужно. Нам необходимо время.

– Унхай, мертвецам время не нужно. Пора стереть Ивартэн.

Эхом пронеслось одно слово “недоверие” – его никто не произнес, но оно словно связало нас на

пару секунд. Оно связывает и наших командиров – и тех, кто за, и тех, кто против… На мгновение

зависла тишина.

– Капитан узнает об этом.

– Он должен, Унхай. Да он уже знает. Норвальд не может допустить того, чтобы и мы

разделились.

– Он не допустит.

– Но он молчит. Унхай, пора действовать – все к этому ведет, все к этому готовы! И держит нас

только страх перед людьми Скара! Смерть от их рук сегодня пугает нас больше, чем от их лучей

завтра.

– Нет, Нор, не этот страх нас держит. Не так страшны “тени” Скара и враги, как наше оружие,