Чтение онлайн

– Да, Кот, только за этим и вернется – из другого мира!

– Не опускай мне дух! Все будет хорошо! Вот смотри… Крысы почти все сделали! И компьютер подключен, и остальная аппаратура!

– Теперь нужно найти записи врачей. Поторопи крыс – скоро время сна…

– Как можно думать о сне?.. Не говори больше об этом, а то можно подумать, что у нас действительно время совсем не идет – спим, едим, валяемся – никаких важных дел.

– Это важные дела. Ты слишком много времени провел с человеком – у тебя происходит смещение ценностей. Скоро для тебя важным делом станет угроза уничтожения всего мира, которую ты сам и спровоцируешь.

– Ничего подобного. У людей важные дела – разрушить и починить весь мир, а у нас – изучить историю разрушений и починок всего мира, пока он еще не совсем разрушен.

– У людей и история опасная. Послушаем записи врачей и уйдем.

– Уйдем? И будем дальше есть крыс, и валяться, и спать – и больше ничего?! Нет. Мне этого мало. И знаешь, мы едим крыс, а они… Все они, как один мозг. Каждая крыса, как нейрон этого мозга, который передает информацию. Представляешь, мы нейроноядные существа… Уничтожаем частички большого разума. Я перестану быть хищником.

– То, что у них коллективное сознание, не значит…

– Они уникальны!

– Они просто крысы!

– Я буду считать, что ты этого не говорила…

– Я не могу… Уйдем… Это опасно…

– Чем опасно?! Мы же не будем активировать истребители.

– Тебя уже посещают такие мысли?!

Хватит ссориться, а то крысы решат, что мы совсем тупые. В их глазах Айнер сильно подорвал наш авторитет. Подраться мы всегда успеем, а вот… Даже шерсть дыбом встает! Крысы настроили параметры… Забыл, какие именно, но теперь меня (мой ментальный фон) зарегистрировали. Теперь у меня есть не только этот ошейник – хранилище моей памяти… и памяти мертвого командира взвода, с которым я ошейник делю… Теперь у меня есть и регистрация – я внесен в базу данных компьютера третьего порядка и имею к этой базе доступ. Этот компьютер, как и ошейник, теперь настроены на меня, и я могу давать им мысли и брать мысли у них – только я один могу. А без регистрации с использованием паролей и кодов доступа высших офицеров – ничего бы не получилось… У людей все так сложно… Но крысы здесь со всем поработали… Умные они – читать умеют. Но и они намучились с моей регистрацией – здесь все только на людей рассчитано… Но коты все же пригодны, а крысы – никак.

Как все интересно! Крысы ведь не могут направленными передачами общаться – их мысли ни ошейник, ни компьютер без мороки с несчетными настройками и программами не воспринимает, а вот мои… Теперь я все записывать буду – все свои мысли, а их так много… Главное – я должен записать то, что услышу. Сейчас крысы инструкции изучают – думают, как бы все это сделать. Долго уже думают. Мне гордиться, конечно, нечем – меня только, как передатчика взяли: я должен все прослушивать, записывать и им информацию передавать. Они бы и сами смогли, наверное, но решили, что так проще, – я рад, что они так решили.

Вот они засуетились… В памяти шарят – ищут все записи, связанные с нашим Айнером. Но что-то пока… Здесь только конфискованная память – записи людей в факторе риска (не знаю точно, что это значит). Есть в памяти и имя нашего Айнера… Его записей нет, но имя есть… И не зря его в такой раздел поместили… Уверен, что человек, не помещенный в раздел фактора риска, никогда бы не совершил такого подвига.

– Кот, а вдруг бледные нас найдут?..

– Все нормально. Иди сюда! Я тебе дублированную линию сделаю…

– Наш лаз – это дверь… Ее точно заклинило? У нас от них уже десять предупреждений…

– Их число не ограничено.

– Кот, моя двоюродная тетка здесь сгинула недавно – это они ее…

– Наверное, она просто в воронку залезла и облучилась. Почти весь центр Штрауба – заражен.

Приятно – она за меня волнуется… Но нас уже не раз ловили – бледные за всем здесь присматривают, а за нами – особенно. Крысам они доверяют, а нам… Раз уж мы с крысами, ничего с нами не сделают. А что она про тетку сказала?.. А вдруг?.. Шерсть дыбится на позвоночнике… Из-за этого я уже чуть не лишился уважения Айнера… Он даже пытался меня утопить – не со зла, конечно. Просто он считает, что от страха смерти избавляет только смерть. У людей, может, и так – они умеют возвращать жизнь даже мертвым, но у нас по-другому. Что у котов девять жизней – предрассудок. У нас все не как у людей. И стараньями Айнера, я не стал меньше бояться ни смерти, ни воды – только стал больше бояться самого Айнера… Он прав только в том, что от страха смерти котов избавляет только сама смерть. Да и то я в этом не уверен, но проверять не собираюсь.

Все готово? Крыса села рядом со мной и смотрит… Ну а дальше что? Теперь я должен запись запросить… А как?

– Прием! Прием! Слушаю вас! Отвечайте!

Ничего… Но меня отметили, компьютер настроил передачу на мой фон… Я, получается, имею доступ к записям… Все должно работать. А что тогда не так? Может, память пострадала?

– Крысы… Я читать не умею…

Когда их много, я с ними в ментальный контакт вступить не могу, – их общая связь для моей головы невыносима, в их ментальном фоне слишком много помех. Мы с ними общаемся в основном… Крыса стучит по столу лапой… Но я еще не выучил этот язык стуков достаточно хорошо…

– Оставьте передатчика – я не понимаю.

Крысы разбредаются, выходят из радиуса восприятия передатчика, оставляя его одного… Далеко им убегать приходится… Но теперь через мысли передатчика не проходят сигналы связи всех других крыс.

– Загрузи память Героя Великой Победы, Почетного Штурмовика Подземного Штурмового Отряда, Славного Разведчика, Спутника и Соратника Героя…

– Крыса, ты про Герфа?

– Да.

Не любят они, когда я их перебиваю, – это еще заслужить надо… Герф – боец Айнера. Мы его с почетом погребли в Шаттенберге… вместе с остальными. А его сломанный ошейник здесь… Но починить его крысы не могут – его память только в этом компьютере осталась… Если честно, мне в его память попасть как-то… Нет, не страшно. Я отважный хищник.

– Загрузи первую запись отчета бойца N2-8090.

Получилось? Да!

Запись№3 0 0 0 0 00 0 00:00

01. 04. 205 год Новой Техно-Эры 02:30

Лесовский еще раз просветил тоннель – лишь расколотый блок-отражатель остановил белый свет в километре отсюда: там темной горой свалены обломки корпусов “разрушителей”. Он снял шлем и, опершись на излучатель, неловко опустился на седло сбитой “стрелы”, вспоровшей при падении коридор черной прямой.

– Чисто, Герф.

Не смог даже кивнуть ему в ответ – шею от перенапряжения свело. Доложил взводному командиру, что сектор проверен, и руки сразу начали дрожать. Боль еще звенит в ушах – будто мои предплечья до сих пор располосованы теми остриями… Но от осколочных ранений и следа не осталось – это только память о той боли. И еще о другой… Чертовы штуковины эти регенераторы тканей – как не обезболивай (допустимыми средствами), каждый раз мучают хуже ран. Еще десять минут назад я этой боли не замечал, но сейчас, когда зачистка завершена…

Я остановился посреди лужи моей крови – она уже подсохла и загустела, но все еще липнет. Как только я дезактивировал шлем, запахло палеными волосами и обгоревшей кожей, но этот тошнотворный запах почти не ощутим за раскаленным маревом расплавленных перекрытий. Я ухватил сержанта за руки и попытался поднять – его словно держит что-то… Заливший его сплав застыл – спаял с панелями пола и осколками шлема оплавленные волосы и погасшие погоны…

– Влад, давай помогай! Сплав застыл!

– Резак активируй.