Чтение онлайн

— Тагур, не было никакого отступничества. Я не делала против Таннедер-Ир никаких заявлений, я не пыталась убивать тзай-тарров. С точки зрения законов Таннедер-Ир я чиста.

— Но ведь Орден пытался тебя убить!

— Всего лишь… По сравнению с тем, что исходит от регента, это мелочь.

— Да расскажешь ты мне или нет, что там случилось, в этом проклятом дворце?! — Тагур уже потерял терпение, схватил Эрию за плечи и встряхнул её. Эрия посмотрела на него большими глазами, в которых читался страх, и прошептала:

— Только в Итуэдозе, только когда я буду в безопасности. Давай скажем, что готовы отправиться туда сегодня же.

В голове Тагура разом появилась куча догадок, одна другой хуже, что же произошло этой ночью. Но в любом случае, раз Эрия так настойчиво хочет убраться отсюда, он должен согласиться. Тем более что это идёт и в соответствии с его планами. В конце концов, он ведь может доставить Диск регенту и один. И забрать свою награду.

— Я согласен с тобой, Эрия, — ответил Тагур. — Давай найдём Цзенну тэ-Хеня и сообщим, что мы согласны с предложением регента.

— Давай пока просто погуляем по городу, — предложила Эрия.

— Ну да, давай зайдём в какую-нибудь из этих замечательных кофеен. Есть же в Эньши-Эннорен и хорошее.

— Хорошее есть и немало. Но нам так и не дали местных денег, — напомнила Эрия.

— Ну тогда просто пойдём гулять, — пожал плечами Тагур.

И они отправились в длительную прогулку по этому замечательному городу. Заблудиться они не боялись. Повсюду находились карты города, по которым легко было найти путь в нужное место. Раньше, когда их вёл Цзенну тэ-Хень, они особо не обращали на это внимание, но сейчас карты со всей очевидностью доказали свою пользу.

— Эрия, скажи мне, ты не боишься возвращаться в Итуэдоз? — вдруг спросил Тагур во время прогулки.

— Ты знаешь, уже нет, — ответила девушка. — Видишь ли, я сейчас как раз думала обо всём этом, вспоминала все случаи гибели тзай-тарров… В самом Итуэдозе от неестественных причин не умер никто. Тзай-тарры погибают только за его пределами. Если есть для меня где-то по-настоящему безопасное место, то оно там. И интриги начинают раскручиваться тоже вовне, в других странах. Ошибкой было то, что я решила поступить в дипломатическую миссию. Надо было просто тихо заниматься какими-то исследованиями прямо из Итуэдоза. У нас есть такие люди, их немало. Им присылают материалы из других стран, а они их изучают, делают выводы, строят теории. В спокойствии и достатке.

— А тебе не может угрожать какая-то опасность там со стороны Ордена? Ты ведь сражалась с тзай-таррами, пусть и не причинила им вреда.

— Не думаю, что меня ходят заманить туда для того, чтобы спокойно наказать. Наказать меня они и вправду могли уже в Туманье. Они ведь не атаковали, помнишь? Они ведь просто хотели поговорить. Да и Орден не разбрасывается словами. Если бы меня хотели объявить вне закона и судить, то так бы и сказали.

— Но не побоятся ли они, что ты знаешь что-то неприглядное, и тебя теперь следует как-то тихо убрать, отравить например?

— Нет, Тагур, это уже совершенно глупости. Вот скажи мне, что мы знаем? Знаем, кто в нас стрелял? Знаем, зачем? Нет, не знаем. Ничего мы не знаем. Никаких страшных тайн. И рассказывать-то нам и нечего.

— То есть весь наш путь, получается, мы зря сделали? Мы зря бежали от угрозы, которой и не было на самом деле?

— Ну да, можно было просто отсидеться в ближайшей деревеньке и через несколько дней вернуться в Кеторий. Тому, кто убил посла и пытался убить меня, просто нужен был скандал. Скандал они и так получили, я уже была не нужна. И как это мне раньше в голову не пришло?

— Ладно, сейчас мы можем очень много размышлять о том, что бы было, если бы повели себя по-другому. И мы уже никогда не узнаем, чтобы было в действительности. Поэтому я считаю, что мы всё же верно поступили, что пошли в Туманье. Вот из Туманья уже можно было отправиться и другим путём. По домам.

— Да и я, Тагур, не считаю, что мы сделали лишний путь. Если бы не было всего этого пути, я бы не начала писать книгу и не узнала, какой ты хороший человек. Уже ради одного этого стоило пуститься в путь, — Эрия улыбнулась, пытаясь заглянуть в глаза Тагуру. А Тагур ничего не ответил, отведя взгляд. И на глаза ему попался роскошный энноранский храм.

— Смотри, какая красота, давай зайдём! — предложил Тагур, лишь бы увести разговор подальше от опасной темы. Эрия согласилась. Вместе они вошли внутрь и оказались в большом зале. Разноцветные лучи солнца проникали внутрь через мозаичный стеклянный потолок. У дальней стены зала стояла мраморная статуя, изображающего Эннори с мечом необычной формы в руке. Стены зала были расписаны сложными узорами, в которых местами угадывалась замысловатая письменность церемониального энноранского языка.

Рядом со статуей стоял священник. Больше людей в храме видно не было. Священник поприветствовал гостей на церемониальном языке, а затем уже на общепринятом продолжил:

— По вашим удивлённым лицам я вижу, что вы впервые в храме Эннори. А значит, вы гости из других стран. Могу я поинтересоваться, откуда именно?

— Мы из Вилении, — ответил Тагур.

— О, Виления, — протяжно произнёс священник. — В этой стране тоже есть почитатели Эннори?

— Там почитают не Эннори, но Эрклиона Освободителя, как и во всех свободных землях, — пояснил Тагур.

— Очень хорошо, что вы сказали так, молодой человек, — продолжил священник. — А вы знаете, какая разница между Эннори и Эрклионом Освободителем?

— Честно говоря, никогда не задумывался, — признался Тагур, хотя смутно он и улавливал разницу.

— Разница в том, что Эрклион Освободитель — просто герой, освободивший человечество. А Эннори — это не только освободитель, но и единственный законный правитель всего свободного человечества! — довольным тоном разъяснил священник.

— То есть вы почитаете его именно как правителя? — спросила Эрия. — Но страной ведь правит регент, а не он.

— Регент правит, это действительно так, — подтвердил священник. — Но власть его происходит лишь от воли Эннори.

— А что случилось с Эннори? Куда он пропал? До нас в Вилении очень мало сведений доходит, — признался Тагур в своём невежестве. Вопрос явно понравился священнику, поскольку вид его стал ещё более довольным, и он принялся излагать, желая познакомить иностранного гостя с особенностями веры энноранцев, иногда переходя почти что на заученных стих:

— Эннори очень много сделал и для Энноранн, и для всего мира, это знают все, это должны знать и вы, виленцы. Долгие столетия провёл Эннори в борьбе со скверной Владельцев, оставшейся как в земле Шенивашады, так и в людях её. Но силы его оказались не бесконечны, а люди не хотели сами изживать скверну из себя. Однажды почувствовал он, что устал от бесконечной борьбы, что разочаровался в людях, отвергающих путь благодати его, и потому решил он вернуться к звёздам, родителям своим, чтобы обновиться и вернуться с новыми силами, когда будут люди готовы принять его. А пока нет его, повелел он господину-заступнику Ширу рэ-Митсу следить за Энноранн и телом бездыханным своим, и для этого даровал он избранному регенту бессмертие. И покинул дух тело его; тело Эннори укрыли в одной из тайных усыпальниц, коих много в Энноранн, и никто не знает, в какой же из них в действительности тело его пребывает в ожидании пробуждения. Господин-защитник по заветам Эннори справедливо правит Энноранн, а сам Эннори с высоты самых высоких звёзд наблюдает за людьми и ждёт, когда же праведность распространится меж них, и это будет значить, что готовы люди вновь принять его. Тогда вернётся дух его на Шенивашаду, и пробудится спящий.